Нечистая сила без прикрас

Заключив договор с нечистью, не пытайтесь Их обмануть. А иначе пеняйте на себя.

У Виталика Вешлёва, городского жителя, в деревне был старый дом и баня, что топилась по-черному. А в бане, как положено, был банник Банёк. Банники, домовые, овинники — нечисть своя, при людях кормятся, поэтому к ним доброжелательны. Да банника и нечистью назвать трудно — каждую субботу моется. Так что он-то как раз чисть.

Стынь-камень и бегучие ручьи питают болото, без которого лес погибнет, поля высохнут, а вместо влажного мха с грибами и ягодами будет бесплодное озеро. Но для поддержания экобаланса нужен труд, невидимый взгляду человека. Кика, порождение болота, занимается тем, что плетет тину и ряску Но случилось так, что по небрежности попала в трясину деревенская девушка, попортив Кикин труд и утопившись сама...

Ох, перестали совсем уважать нашу нечистую силу...

Жизнь в заброшенной деревне с точки зрения домового.

Молодой овдовевшей крестьянке не в радость пристальное внимание юного господина. Но заступника нет, и приходится искать защиты у местной колдуньи.

Мир мифов и легенд — это мост между прошлым и настоящим, где реальность переплетается с магией. В этом сборнике современные авторы приглашают отправиться в удивительное путешествие по мифологическим мирам, где оживают древние сказания о драконах, духах и волшебных существах. Эти истории не просто развлекают, но заставляют задуматься о добре и зле, о цене счастья и силе любви.
Авторы мастерски соединяют реальные эмоции с волшебством, показывая, что мифы живут в нас и готовы раскрыться в любой момент.
Этот сборник — подарок для всех, кто жаждет погрузиться в мир тайн и почувствовать дыхание волшебства в современности. Добро пожаловать в путешествие сквозь мифы, где рождаются настоящие чудеса.

Вот что бывает, когда орудуют про принципу "не спросясь броду - да бултых в воду". А вода-то всякая есть - иная пресная, а иная очень даже соленая. Так что, задумав истребить врагов-мелиораторов, водяные и болотные черти чуть было сами себя не истребили.

Семнадцатый век. Католики и протестанты сражаются за веру, заливая землю потоками крови. Но помимо Тридцатилетней войны, идет и другая, у которой нет имени - схватка людей с порожденьями Тьмы, что расплодились на погостах и пустошах. В этой войне не бывает пленных, а жалость к поверженной нечисти не трогает сердца тех, кого называют «Дети Гамельна». Они не бескорыстные паладины Света, они - ландскнехты, что сражаются за щедрую плату… Там, где бессильно слово Божье идут в ход горячий свинец и холодная сталь. А жажда золота превозмогает любой страх.

1650. Два года назад стал пеплом Зимний Виноградник и отгремели последние выстрелы Тридцатилетней войны... Но понесший потери Орден Deus Venantium по прежнему служил делу спасения человеков от Тьмы Ограблен Святой Престол. Следы ведут на Украину. Под командой капитана Мирослава выступает в поход отряд спешно набранных наемников. Шпаги и мушкеты, чугунные гранаты и папское серебро, опыт битв и походов - бойцы-ландскнехты упорны и безжалостны. В забытье дремлет Украина, краток вздох покоя между войнами. Но обманчива та тишина. Гуляют по руинам и обнищавшим хуторам разбойники, шевелиться обнаглевшая нечисть, восстают из могил мертвецы...

...
- Просто удивительно. Кто же это тебя, брат, так облагородил? - с улыбкой спросил я автобус, похлопав его по красивой, под дерево, пластиковой стеночке.
- Кто-кто, - пробурчали вдруг из-под сидения. - Я конечно. Больше-то некому
...

Долгими осенними вечерами у бабы Поли посиделки.
Все хотят послушать её истории - необычные, диковинные. Про тех, кто рядом с людьми живёт, вот только увидеть их дано не каждому!
Много историй знает баба Поля - про старое зеркало, про шуликунов, что на Святки просыпаются, про уводну, повстречавшуюся в лесу Пантелевне...
Заходите и вы на огонёк. Послушайте!

На обложке иллюстрация к картине Сергея Судейкина

Деревня, где бабы слишком ласковы, а все мужики «на барщине». Ночные стоны из‑подпола и ведьмы, что пляшут при луне. У бывшего драгуна Степана вместо кисти — железный кулак с серебряным пятаком внутри. И чует его рука: нечисто в этих краях.

Багатель имел в Академии репутацию серьезного фольклориста и этнографа, опубликовал под своим именем несколько научных трудов, а под псевдонимом – несколько томиков народных сказок и даже один бульварный роман. Однако путешественник он был неопытный, нежный, как устрица, и совершенно не приспособленный к лишениям. И когда он обратился в Академию с идеей фольклорной экспедиции в Трансильванию или куда-нибудь еще на Балканы или в Карпаты, куда его влекло, как ирландского лепрекона к горшочку с золотом, коллеги решили, что ему необходим порядочный спутник, способный защитить их обоих в диких землях. Так в составе экспедиции появился Маркус Меркатор, британец, рекомендованный Королевским Географическим обществом, много лет проведший в африканской саванне и южноамериканской сельве. Это т человек был неутомим, быстро принимал правильные решения, а еще он отлично стрелял, и все, кто его знал, утверждали, что он настоящий джентльмен, что бы это ни значило.