Калейдоскоп вселенных. Эра Мориарти (сценарный концепт)

Автор: Тулина Светлана

 Конкурсы, марафоны, игры

Отрывок из сценарной концепт-заявки. Часть 10 серии, "Шлем колониста". 

в рамках Калейдоскопа вселенных  (первопост и правила)

ЭРА МОРИАРТИ межавторский цикл, подборка


Германия.

Лаборатория доктора Менгеле.

Трое подопытных немцев, лаборантка


Под балалайку и баян — нестройное пьяное пение «Оймороз-мороз». Поют с акцентом, но внятно. (Поначалу хрителю должно казаться, что это Россия, но странная. Потом — что Лондон.)

Стол застелен газетой "ИСТИНА", на ней — бутылка водки, три граненых стакана, трехлитровая банка соленых огурцов и вскрытая жестянка кильки в томате. Над столом лампочка Ильича, на стене — революционные плакаты, вымпелы «победителю соцсоревнования». За столом три мужика — на одном галифе с тельняшкой, на другом — шаровары с гимнастеркой, на третьем — синие штаны и косоворотка с вышивкой. Один с балалайкой, другой с баяном, третий разливает водку по стаканам. Все трое старательно и очень сосредоточенно поют.

Синхронно смотрят на часы, прекращают петь, синхронно выпивают ровно по полстакана водки, закусывают. Возвращаются к пению.

Крупным планом — страница лабораторного журнала, сначала на немецком, потом перетекает в перевод

 шапка — ОПЫТ № 372, ниже таблица. женская ручка ставит галочки и цифры, вписывает время: водка — 3 по 0,1 литр, огурец — 1-1-0, килька 0-0-1, рекомендованная песня песня №14 из каталога 2 — 1-1-1



***

смена кадра

***


СССР. Россия. 

Электропоезд Москва-Колмак.

Пронин, Холмс, Ватсон


По пути в Колонию Макаренко Пронин рассказывает о системе перевоспитания коллективом, о ее достижениях, в том числе и о КОМИНТЕРНЕ (местном аналоге нашего интернета).

Ватсон:

— Откуда взялось такое название?

Пронин:

— Ну так коммуникации же, интернациональные. Сначала думали назвать сетью или паутиной, но это все не то, это все пережитки эксплуатации! Сети путают и ловят, а мы протягиваем руку братской помощи, а паутину вообще добрые хозяйки веником метут, зачем нам этот мусор?!

Холмс с усмешкой закидывает удочку.

Холмс:

— По утверждениям некоторой части британских ученых шлемофон Барченко работает исключительно на русских мозгах, одно время МИ6 носилось с идеей выявлять при его помощи советских шпионов, но без особых успехов. Была даже идея привить славянский менталитет добровольцам, но тоже как-то не пошло дальше идеи.

Майор Пронин (как-то странно напрягается, стягивает губы в куриную гузку):

— Вы хотите, чтобы я прокомментировал эти сплетни?



***

смена кадра

***


Перебивкой — Германия. 

лаборатория доктора Менгеле.

Трое немецких подопытных, лаборантка


Осоловевших мужиков уводят в соседний кабинет, крепят провода-датчики к телам, надевают шлемофоны, включают рубильник.

Девушка в белом халатике записывает в журнал итог по эксперименту — лицом-в-салат 0-0-1 — результат отрицательный.



***

смена кадра

***


СССР. Россия.

Электропоезд Москва-Колмак

Пронин, Холмс, Ватсон


Пронин (не выдерживает серьезной мины, хохочет)

— Это долго рассказывать и объяснять. Сами посмотрите.


***

смена кадра

***

СССР. Россия.

 Вокзал Колмака, Территория Колонии

Пронин, Холмс, Ватсон, беспризорники, сотрудники колонии, Макаренко


В Колонию Макаренко они прибыли одновременно с новым поступлением — группа завшивевших босяков-беспризорников, их выводят из эшелона чуть ли не под конвоем, они - толпа, причем хаотичная и норовящая разбежаться. Один из них, особо смачный, запоминается какой-нибудь колоритной фразой. (крым - там тепло, там яблоки). Их уводят на санобработку.

Гостям проводят экскурсию по заводу ФЭДов и коминтернов, по аудиториям, спортплощадке, по подсобному хозяйству (колония полностью на самообеспечении, за коровами и свиньями убирают те же самые колонисты, что сидели в библиотеках или играли в теннис и рассуждали о Плутархе и законах термодинамики)

И наконец — гвоздь программы! — клуб КОМИНТЕРН.

Пацаны и девчонки в шлемофонах заняты чем-то непонятным, общаются вслух с невидимыми собеседниками, часто на иностранных языках и очень бегло.

Макаренко:

— Хотите сами попробовать?



***

смена кадра

***


Германия.

Лаборатория доктора Менгеле.

Лаборантка, доктор Менгеле


Девушка в белом халатике стоит навытяжку перед доктором Менгеле, прижав к груди папочку.

Менгеле:

— Что ж, отрицательный результат тоже результат, я верю, когда-нибудь количество перейдет в качество и нам удастся откорректировать ментальный профиль добровольцев под примитивный славянский прототип. Завтра добавьте картошку в мундире и гимн Советской России. Свободны. Хайль кайзер!



***

смена кадра

***


СССР. Россия.

Колмак, КОМИНТЕРН.

Макаренко, Холмс


Макаренко протягивает Холмсу шлемофон.

Холмс (недоверчиво):

— Но ведь говорят, что только русские с их загадочной душой способны…

Макаренко:

— Ерунда. Пробуйте.

Холмс примеряет шлемофон Барченко — тот работает (на самом деле секрет в ретрансляторах, их нет в Британии).

Связь по всему СССР и его окрестностям, без перестукиваний.

/далее киберпанк. мешанина звуков, картинок, голосов/

Какая погода в Форт Россе? Проблемы испанских коммунистов, прием в компартию индейцев Аляски. Что там с протестанской резервацией, не бунтуют? Нет, мы дали им льготную лицензию на азартные игры и построили у ворот два борделя, так они теперь выходить боятся, так у себя там и сидят. Советская Византия, советский Порт-Артур. В Петропавловске-Камчатском полночь, но дежурный связист на вахте. Хотите посмотреть картинку? Это немного сложнее, но сейчас настрою...


***

смена кадра

***


СССР. Россия, Колмак.

Гостевые комнаты, коридор, столовая

Холмс, Ватсон, Макаренко, колонист/бывший беспризорник


Вечером в дежурном по столовой — подтянутом и полном гордости типичном колонисте — Ватсон вдруг опознает утреннего шпаненка. Тот отмыт, подстрижен, обряжен в новенькую форму, а главное — старается вести себя так же, как все прочие колонисты и совершенно не похож на себя утреннего, опознается лишь по колоритной фразочке.

Макаренко объясняет методику перевоспитания взрывом в двух словах — нельзя поместить хорошего мальчика в компанию плохих и надеяться, что он послужит им примером. Тут все сработает наоборот — он подстроится под большинство. Но можно переодеть группу плохих, сделать их неотличимыми от хороших и поместить в среду, более подходящую для хороших, а главное — убедительно показать, что и ты сам и все вокруг воспринимают их именно как хороших — и тогда форма исправит под себя содержание. Большинству из них окажется просто стыдно не оправдать ожидания, меньшинство побоится пойти вразрез.

А дальше быть хорошим войдет в привычку


***

смена кадра

***


СССР. Россия, Колмак.

Ночь. Гостевые комнаты

Холмс, Ватсон, Пронин, колонисты


Ночью подъем по тревоге — пожар в деревне при станции. Все очень организованно, без паники и суеты, разбирают насосы, ведра, багры и топоры, бегут строем. Пронин пытается остановить Холмса с Ватсоном

Пронин:

— Вы гости! Ребята и сами справятся, дело житейское.

Ватсон:

— Мы взрослые, а там дети.


***

смена кадра

***


СССР. Россия, недалеко от Колонии Макаренко.

Ночь, утро. окраина деревни

Холмс, Ватсон, Пронин, колонисты, сотрудники колонии, местные колхозники


Горит амбар с зерном на краю села, речка рядом. Передают воду по цепочки, разматывают шланг, начинают качать. Ватсон применяет навыки и способности ветерана и видит, что кое-кто из детей тоже вспоминает старые навыки форточников и воровские ухватки.

Утром, когда все потушили, колонисты снова выглядят шпаной, одежда драная и обгоревшая. Но при этом совершенно другая атмосфера, они утрированно вежливы и доброжелательны друг с другом, словно играют в джентльменов. А главное - их уже друг от друга не отличить% тех, кто прибыли только вчера, от те-х. кто тут уже давно

Майор Пронин объявляет всем благодарность от лица народной республики. Нет, это не поджог, никакой диверсии, виновата неисправная проводка.

Холмс осматривает спасенное здание, колупает ногтем стену, обнюхивает неисправную проводку, послужившую причиной пожара. К нему присоединяется майор Пронин.

Пронин (с ехидной усмешкой):

— Вы что-то ищете?

Холмс (не менее ехидно):

— Причину того, что загорелась проводка, которая никуда не ведет (показывает обрезанный конец провода). Ну или хотя бы причину того, почему столь недвусмысленный поджог остался незамеченным профессионалом столь высокого класса.

Пронин с усмешкой снимает фуражку. Холмс осматривает стену.

Холмс:

— Это здание за последние пять лет горело, как минимум, дюжину раз.

Пронин:

— Четырнадцать.

Холмс (со странной интонацией, бросив на майора короткий взгляд):

— О? Даже так:

Пронин:

— Именно так.

Холмс:

— кто в курсе?

Пронин:

— Все. Кроме новеньких. Мы играем честно.

Холмс(после паузы)

— И никто не возмущается?

Пронин:

— Нет. Это правила игры.

Холмс:

— Никакого зерна там, конечно же, нет?

Пронин:

— Обижаете. Мы играем честно. Зерно есть.

Пронин возится с замком, открывает дверь —амбар полон.

Холмс (становясь серьезным):

— А если бы сгорело?

Пронин (улыбаясь, пожимает плечом):

— Им пришлось бы голодать. Вместе с окрестными селами. Все честно.

(запирает дверь, идет к выходу, но оборачивается и добавляет:

— Но знаете, такого еще ни разу не было. Ни разу. За все годы.


***

смена кадра

***

+27
184

0 комментариев, по

1 469 231 575
Наверх Вниз