Таолы. Калейдоскоп вселенных 18

Автор: Яна Левская

Начало начал тут


Алестар из дома Арединов

Таолы.

Это, пожалуй, вторая по загадочности раса после гальтов, если последних вообще можно отнести к какой-то популяции.

Таолы единственные обитают и в Раминаре, и в Гаальдмаре. Они малочисленны, живут обособленно, хотя и зависят от соседей-людей гораздо больше, чем хотели бы.

Особенности их метаболизма таковы, что таолам изредка необходима человеческая кровь. Она служит чем-то вроде катализатора хитрых химических реакций, отвечающих за процесс кроветворения. Здоровому таолу в состоянии покоя не нужно кормиться чаще двух раз в месяц, да и всё «кормление» заключается в одном-двух глотках. В остальное время они питаются как и прочие существа. Благодаря замедленному обмену веществ и способности впадать в стазис при крайнем истощении, таолы живут в среднем от трёх с половиной до четырёх сотен лет.


Общество таолов разделено на четыре рода или Дома. В Раминаре обитают Агдары и Абенгоды. В Гаальдмаре когда-то были Авериды и Аредины. Гаальдмарских осталось всего ничего: первые пока ещё пытаются выжить, а вторых вычистили до единого. Вру. Один остался (Алестар с картинки), но для мира он всё равно потерян, ибо связан клятвой Спутника с гальтом. Что это такое — спорадически описано в книге.


Аредины и Авериды — это были два старших рода. Только у них появлялись на свет дети с особенной мутацией, позволявшей им влиять на мировую материю даже в бо́льшей степени и совсем в ином качестве, чем это могли делать нориу. Таких таолов называли зодчими. Они единственные способны были прокладывать долговременные тропы за внешней тканью, а некоторые из них — даже ставить полноценные межмировые врата.

Чистоту крови внутри этих двух домов по понятным причинам соблюдали строго. Ни Аредины, ни Авериды никогда не заключали межклановых браков с младшими домами, при этом нередко разбавляя кровь союзом с людьми, чьи гены, в отличие от генов соплеменников, никак не влияли на частоту рождаемости зодчих. Раминарские, младшие таолы, какое-то время и вовсе пользовались наивностью самих людей, дважды в год приводивших на капища Грызущего «невест» для Первого Змея. Понятное дело, что забирал их никакой не Змей.


Мало зная о таолах, соседи напридумали себе всяко-разно — на что фантазии хватило.

Белые гоблины зовут таолов «холодными» и стараются с ними лишний раз не пересекаться. Люди вообще о таолах, как народе, ни в зуб ногой, зато в своих сказках с древних времен используют образ волшебного духа, который дарит последний сон замерзающим путникам, чтобы облегчить их страдания.


На деле факты таковы:

  • температура тела таола действительно ниже человеческой или гоблинской. В нашей метрической системе это было бы примерно 33 градуса по цельсию.
  • таолы способны воздействовать на ликаду существа, но, в отличие от нориу, они не меняют кружево. Во власти таола заморочить сознание, усыпить жертву. Если надо, то и до смерти.
  • таолы владеют магией воды и льда, но не как боевые чародеи Коалиции. Эта власть врожденная, рефлекторная, как у нас способность... петь, например.
  • таолы-зодчие могут преодолевать мировые ткани до глубины в шесть-семь слоёв напрямую, без врат.

Это были плюшки, но есть и редька само-собой.

Если довести таола до крайнего эмоционального возбуждения или жажды, то он может впасть в состояние так называемого «ража». Бедолага теряет контроль над собой и способен несколько суток сеять вокруг смерть и опустошение, пока не выдохнется. Некоторые после ража уже никогда не возвращались к здравому рассудку. Состояние безумия таолы целенаправленно подавляли, зачищали тех, кто был подвержен подобным припадкам больше других. Твёрдая позиция и упорное следование принятому курсу на протяжении многих поколений привело к тому, что современные таолы уже и сами позабыли, что такое раж. Но, как говорится, мало ли что может случиться...


« — Халахам сказал, ты не человек. Кто тогда? Кроме гоблинов у нас тут нелюдей нет, но на гархту ты... не тянешь.

«Да, куда уж мне... Рылом не вышел», — хмыкнул Алестар и вспомнил о первой части прозвучавшего.

— Халахам? — он приподнялся, уперевшись локтями в скрутку. — Вы говорили обо мне?

Лайлин внезапно покраснела и промямлила что-то вроде: «Мимоходом». Алестар молчал, с прищуром рассматривая девушку. Она совсем растерялась в этом молчании. Как ветром сдуло боевой настрой и даже напускную смелость, снявшую с её губ то подтрунивающее «не тянешь». Судя по виду, Лайлин уже решила, что ответа можно не ждать, и тогда Алестар заговорил:

— Я Ледяной Князь из дома Арединов. Но вряд ли это тебе что-то говорит.

— Только то, — Лайлин повела плечом, — что ты из благородных.

— Ну, — су-волд усмехнулся, — не из тех благородных, о которых ты подумала. Назовусь иначе, хоть и не люблю изобретения фольклора. Эрбо-Зимний-Холод.

Алестар умолк, с любопытством наблюдая за ведьмой.

Кроме недоумённо взлетевших бровей, никакой реакции от неё не последовало, и он позволил себе иронию:

— Очень... поэтично, да?

— Гхм.

— Здорово... Я рад, что тебя ничем не прошибёшь.

Пустив по губам тонкую улыбку, Алестар снял куртку, размотал головную повязку и взялся расстилать постель. Уже расправляя плед, он услышал ожидаемое:

— То есть как, Эрбо? Дух Зимы из сказок, добивающий путников, которые замерзают в снежных бурях или попадают под горные лавины?

— Да. Это смысл моей жизни, — буднично сообщил он, потряхивая плоскую подушку, чтобы распушить свалявшиеся перья. — Как же они без меня умрут?

— Ты издеваешься.

— Нет, это вы, люди, издеваетесь, сочиняя всякую галиматью о народе, вам совершенно неизвестном.

— Я никогда не слышала о народе... эрбо?

— Белые гоблины зовут нас холодными.

— А как зовёте себя вы? — тихо спросила Лайлин.

— Разве это важно? — Алестар поморщился, но, заметив, что девушка мигом приуныла, сдался: — Таóлы.

Ведьма молчала довольно долго, о чём-то задумавшись.

— А вы... пьёте кровь? — подала она голос. — Или это выдумка?

Алестар растянул губы в хищной улыбке так, чтобы открылись кончики ярко выраженных клыков.

Лицо девушки осунулось, пока она рассматривала оскал. Наверное, поражалась, как можно было не замечать раньше такие зубищи. Всё просто — ведь до этого вечера ему не довелось улыбаться в её компании.

— Мы не кусаемся, Лин. Клыки — это рудимент, если тебе угодно.

— Почему?

— Почему что?

— Не кусаетесь.

— Потому что дикая охота низводит нас до уровня зверей. Таол теряет разум и впадает в раж. Свихнувшихся зачищали тысячелетиями, пока не осталось даже памяти о раже.

— А... твоё сердце?

— Бьётся.

— Солнце?

— Не беспокоит, наблюдательная ты наша.

— И откуда ты берёшь кровь здесь, посреди степи? Из животных?

— Пф-ф. Из вас конечно! А потом мозги правлю, чтобы вы не помнили.

— ...

— Кстати, я голоден, — Алестар уже откровенно паясничал. — Подай руку.

— Ты шутишь, — неуверенно произнесла девушка.

Су-волд улыбнулся и отвёл взгляд.»

______________________________________


«Алестар уже несколько минут стоял за спиной Яхры, и гадал, кого так тщательно высматривает магистр среди копошащихся внизу людишек. Верховный не чувствовал присутствия таола, потому что тот не позволял. Алестар не был слепым. Он давно заметил болезненно настойчивый интерес мага к своей персоне и всё ждал, когда же Яхра разродится. Но прошла почти неделя, раздражение таола увеличивалось, а горец по-прежнему провожал его взглядом и молчал. В конце концов, Алестар решил заговорить первым. Перерыв посреди аудиенции и вынужденное безделье подвернулись очень кстати.

— Кого-то потеряли? — вкрадчиво спросил су-волд, на всякий случай пустив по коже холод доспеха. Кто мог знать, не начнёт ли маг от неожиданности швыряться убийственными заклинаниями.

Яхра, вздрогнув, быстро развернулся, но бушевать не стал.

— Что вам угодно? — рыкнул он.

— Мне угодно знать, чего вы от меня хотите. Не пора ли побеседовать?

Горец сначала растерялся, но очень скоро вернул самообладание и смерил таола оценивающим взором.

— А давайте, — с задором согласился он. — Меня интересует в сущности пара пустяков.

— Как мило, — улыбнулся Алестар.

— Н-да... Кто вы такой и откуда родом?

Су-волду стало скучно. Это проклятие какое-то, всё время слышать один и тот же вопрос!

— А вам, позвольте, зачем знать?

— Это тайна?

— Может быть. Всё зависит от вашего ответа.

Горец пощипал себя за бороду, размышляя.

— Я встречал существ, подобных вам, на моём острове, но впервые вижу кого-то за его пределами и так близко. И вы единственный из представителей вашего рода, с кем удалось заговорить. Интерес мой подогревался десятилетиями. Хочу знать, что вы за...

—Твари? — помог закончить Алестар.

Верховный пожал плечами, соглашаясь с грубым определением. Чёрные глаза смотрели алчно и нетерпеливо.

— Я понял, — таол кивнул. — Вы хотели бы подгрести под себя весь остров, но восточное крыло гор занял непонятный народ, к которому не подступиться. Вас этот факт гнетёт и бесит. К тому же никогда не знаешь, чего ждать от таких соседей. Верно?

Алестар спросил просто так. Подтверждение ему не было нужно. Понимая это, Яхра молча смотрел в ответ.

— Род Абенгодов древнее, чем вы можете себе представить. Проект Жедарада ещё не родился в голове зодчего, а они уже были там, на восточных отрогах. Им не нужен весь остров, но их и на пядь не сдвинешь с принадлежащей Дому земли. Поэтому, вы не обращали бы на них внимания. Считайте, что там, за хребтом Кондора, ничего нет. Пропасть, бездна, конец мира. Просто не суйтесь туда. И всё будет, как прежде, тихо.

— Да скажите же, кто они такие! — вышел из себя маг. — Кто такой вы?

— Эрбо-зимний-холод, — напевно произнёс Алестар, забавляясь. — Дыхание Смерти.

— Что за вздор!

Таол хмыкнул, собираясь уходить, но Яхра уже вскипел, как всегда, быстро. Едва ли подумав, к чему это может привести, он перехватил руку Алестара, дёрнул его на себя и стиснул каменеющими пальцами горло.

— Отпусти, — сквозь зубы процедил су-волд. На мага смотрели заиндевевшие глаза с красным огоньком внутри.

— Что Ты Такое? — прорычал Яхра, ничуть не оробев.

— Сейчас покажу.

На кончиках пальцев таола мгновенно выросли когти ледового доспеха, он неуловимым движением полоснул локоть магистра по внутренней стороне, рассекая ткань, кожу и вену, полную крови. Горец даже не успел почувствовать боли. Каменная перчатка рассыпалась, рука соскользнула вниз, и к ней тут же прильнул обжигающий холодом рот. Зубы прихватили кожу, сминая свежую рану, мучая. Яхра почувствовал глоток — будто это его кадык дёрнулся, когда горло приняло горячую влагу. Таол высасывал кровь, исподлобья глядя на жертву и плотно прижимая к незащищённому горлу Верховного клинки когтей. Белёсая корка на радужке медленно таяла. После шестого глотка Алестар отстранился. Рану затянула тонкая плёнка молодой кожи.

Почувствовав свободу, Яхра шарахнулся в сторону и прижал руку к груди. От потрясения у магистра дрожали ноги.

— Не ходите за хребет Кондора, — повторил совет Алестар, стряхивая с кисти капли талой воды, после чего удалился.»

+42
224

0 комментариев, по

255 72 182
Наверх Вниз