Непутевый герой отправляется в путь
Автор: Влада ВолкодаеваНачала выкладывать фэнтезюху по мотивам испанской мифологии.
Появилась она у меня странно: будто ветром принесло. Вообще-то я не по испанщине, я север люблю. Видимо, поэтому мой герой, хоть и испанец, почти сразу откочевал в более холодные края.
Если читать испанские плутовские романы XVI - XVII веков, то там все беспрерывно куда-то едут. Но чаще не по любви и даже не по делу, а так, в поисках счастья и пропитания. Время было такое интересное.
Ну, а мой герой, стало быть, тащится в какую-то даль из-за любви.
Поначалу никакого героя и не было, а были только псевдоклассические любовные стихи, которые я сто лет назад выкладывала в ЖЖ под тегом "желание быть испанцем". Потом образовался их автор, а на него свалился какой-никакой приключенческий сюжет. Кажется, этот студент Франсиско де ла Хойя постоянно выбирает не тех девушек. Но кто решает, какие девушки не те, а какие те? Вот теперь он влюбился в нимфу ручья и отправился решать ее проблемы. Ладно, хорошо.
А это из его раннего:
САЛАМАНКА
(канцона о милосердной даме)
Помню, было дело
В вольной Саламанке,
Я ловил щегла без сети, рыбку без приманки.
Черт поймет едва ли,
Что поэту надо.
Дамы я искал без сердца, страсти без отрады.
Но по воле рока
Мне в обход закона
За грехи мои досталась добрая мадонна.
Идучи, бывало,
В храм или из храма,
Щедро нищих оделяет набожная дама.
На меня же глянет
Взглядом состраданья,
Но прошу, вот незадача, я не подаянья.
И меня ей жалко,
И людей ей стыдно,
И удара милосердья не дождусь я, видно.
Нет, не мне светило
Солнце Саламанки,
Там тоска меня трепала хуже лихоманки.
В горькой Саламанке
И пропасть бы сердцу,
Но отцы-иезуиты задали мне перцу.
На путях изгнанья,
Где бы ни носило,
Дам достойных я чурался пуще альгвасила.
Пыль глотал на завтрак,
Спал не пообедав,
Но узнал любовь без песен, верность без обетов.
Добрые мадонны!
С Богом продолжайте:
Орд влюбленных не гоните и не приближайте.
Да и нет не говорите,
Черный с белым не носите,
Не являйте им, несчастным, ни любви, ни гнева.
И тогда живыми, ясно, вас возьмут на небо.