Мой ангел Осень. День рождения.
Автор: НаириМой день рождения приходится на середину последнего месяца лета. Ах, как славно в детстве мама устраивала для меня этот праздник. Привозила много вкусного и собирала всех моих дачных друзей. Придумывала весёлые конкурсы. Мой день рождения ждали уже с первых дней июня. А в августе было много цветов и огромный арбуз. С тех пор я обожаю арбузы и осенние цветы – астры, георгины, гладиолусы. И приближение осени меня не страшит. Потому что я жду её с хорошим настроением и теплом в душе. И могу признаться ей в этом.
*
Больше всех других я люблю тебя, мой рыжеволосый ангел. Я жду твой приход, когда ещё по-летнему одетые ножки зашуршат листьями на тропинках. Вот взмыл вверх лист клёна — яркий, словно по нему прошлась кисть художника. Вот берёзки и вязы при виде тебя, мой ангел, обвешались золотыми монетками, а осины заливаются краской медленно и стыдливо. Вот взмахнёшь рукавом – полетели к небу серебряные паутинки, чтобы запутаться в волосах у ветра. Кропотливо нанизываешь ты алые бисеринки рябин, и если не получается, досадливо топаешь ножкой, и больно бьют холодные брызги слезинками дождя. Ты бываешь разной, мой ангел. Весёлой, щедрой, тёплой, нарядной. Ветренной, очищающей, пронзительной, откровенной. То статной королевой, то плачущей замарашкой.
Я рада видеть тебя снова, мой ангел Осень...
Но пока ещё радуют тёплые, и даже жаркие дни, и я вспоминаю, как хорошо было в детстве летом на даче, которую родители снимали на три месяца для нас с бабушкой. Сколько всего интересного происходило за это время. А одно воспоминание даже немного страшное, для меня той, маленькой сладкоежки.)
*
Их всего два. Два столба. Страшно, но надо потерпеть, и тогда я снова попробую Лакомство. Бабушка каждый день зовёт меня с собой в магазин, но я редко соглашаюсь. Дорога не длинная, по лесной тропинке, только есть там для меня, семилетней, два совершенно жутких места. Два столба, на которых висит картинка с черепом, пронзённым молнией. У каждого в детстве был свой кошмар, и это один из моих «дачных ужасов». Не думаю, что нарисовано было уж очень натурально, но меня при взгляде на них просто вымораживало изнутри.
Но вот я соглашаюсь, бабушка берёт меня за руку, и мы идём. Когда приближается столб (он выкрашен чёрной краской, и картинка видна издалека), я закрываю глаза. И иду, как слепой за поводырём. Мне стыдно, я стараюсь, чтобы бабушка ничего не заметила, но это получается не всегда. И чаще всего, по закону подлости, я спотыкаюсь, и открытые глаза упираются в жуткий оскал черепа. Наконец, мы приходим. В магазине всегда прохладно, на деревянном полу лежат весёлые солнечные блики. И я упрашиваю бабушку купить мне Лакомство. И она всегда, в конце концов, соглашается, я же пришла вместе с ней, а значит, заслужила награду. Она покупает мне плитку «Привет», соевую, за 22 копейки. Ничего вкуснее я не помню в своей жизни. Путь обратно я посвящаю поеданию Лакомства, поэтому забываю смотреть по сторонам...
Хорошие воспоминания, и чуточку грустные. Нет уже рядом многих дорогих людей. И сама я уже бабушка. Но я храню в сердце тёплые лучики, греющие и дающие свет.
*
Нас с малых лет до самого конца
Сопровождает свет как символ жизни,
От света материнского лица
До огонька свечи на чьей то тризне.
Сверканье снега, отсветы зарниц,
Холодный блеск луны, костра пыланье,
Едва заметный свет из-под ресниц,
Любви и дружбы тёплое сиянье...
Меняя форму, силу и цвета,
Он нас ведёт неделя за неделей,
Туда, где ждёт последняя черта
И яркий свет на том конце тоннеля...