Николай Гумилёв "Я верил, я думал..."
Автор: Zuki Zu
Сергею Маковскому
Я верил, я думал, и свет мне блеснул наконец;
Создав, навсегда уступил меня року Создатель;
Я продан! Я больше не Божий! Ушёл продавец,
И с явной насмешкой глядит на меня покупатель.
Летящей горою за мною несётся Вчера,
А Завтра меня впереди ожидает, как бездна,
Иду… но когда-нибудь в Бездну сорвётся Гора.
Я знаю, я знаю, дорога моя бесполезна.
И если я волей себе покоряю людей,
И если слетает ко мне по ночам вдохновенье,
И если я ведаю тайны — поэт, чародей,
Властитель вселенной — тем будет страшнее паденье.
И вот мне приснилось, что сердце мое не болит,
Оно — колокольчик фарфоровый в жёлтом Китае
На пагоде пёстрой… висит и приветно звенит,
В эмалевом небе дразня журавлиные стаи.
А тихая девушка в платье из красных шелков,
Где золотом вышиты осы, цветы и драконы,
С поджатыми ножками смотрит без мыслей и снов,
Внимательно слушая лёгкие, лёгкие звоны.
1911 г.
Для меня это стихотворение в первозданном виде оказалось совершенно неожиданным. До недавнего времени я и не подозревала, что слова для песни настолько вырваны из текста, из контекста. Стихи Николая Гумилева и песня Александра Вертинского — диаметрально противоположны и по заложенной идее, и по настроению. Удивительно... Но ловлю себя на мысли, что само стихотворение воспринимаю двумя отдельными частями, 3+2, причём его окончание — сразу начинаю напевать про себя. То есть — уже безнадёжно, прижилось неправильно...
Всё-таки страшная сила — музыка!
Выше — запись с концерта 1996 года и, пожалуй, для меня здесь она звучит идеально. Как и должна. Но есть и другие. Для истории добавила:
БГ "Китай" (1994) из альбома "Песни Александра Вертинского" (28:28)
БГ "Китай" (1989) из альбома "Radio Silence"
Борис Гребенщиков "Китай" (1987) фрагмент записи Концерта-диспута «Вокруг рока» в ЛДМ