Киевская Русь, часть 2: Владимир Креститель / Ярослав Васильев

Киевская Русь, часть 2: Владимир Креститель

Автор: Ярослав Васильев

После смерти Ольги начался период упадка государства, как всегда в блеске внешней славы. К власти пришёл Святослав Игоревич. Неплохой полководец и воин, настоящий викинг по натуре. Смысл жизни видел в походах и завоеваниях, реорганизовал дружину во многом по старому образцу, власть строил на личной преданности. Страна начала понемногу распадаться. Впрочем, стоит отметить, что центробежные тенденции тогда просматривались чуть ли не по всей Евразии. Распался Иберийский халифат, в Китае – смута эпохи пяти династий и десяти царств, хаос в Индии и в арабском халифате Аббасидов. В Европе заканчивается мясорубка, связанная с образованием более-менее постоянных государств на обломках Римской империи и державы Карла Великого. Да и Византия, хоть вроде бы успешно воюет в Малой Азии и Средиземноморье, имеет серьёзные проблемы с лояльностью Южной Европы, а также с лояльностью пограничных полководцев. Не всё хорошо и в Восточной Европе – именно в 10 веке она постепенно начинает культурный дрейф из состава древнеславянского этнокультурного витка в сторону западноевропейского.

Именно в этот хаос и вмешался князь Святослав, когда закончились печенеги (их-то он рвал в клочья). Вмешался с фатальными последствиями. В IX-XI веках восточные славяне переживали свой культурный пик, господствующие в обществе настроения – ремесло и торговля. Такие люди без труда берутся за меч, отстоять свою родину и семью, но жаждут не воинской славы, а славы пахаря и созидателя. Подданные понимали и поддерживали войны против кочевников: остановить набеги. Но не поддержали идей болгарских походов и вмешательства во внутренние дела Византии. Святослава подвела логистика, страна оказалась элементарно не в состоянии (да и не желала) финансировать его заграничные походы. В итоге войско оказалось уничтожено, князь погиб Киев в упадке и больше напоминает  крепость северных ярлов: место обитания воинов да укреплённая точка для местных жителей, прятаться от набегов. Деньги любят спокойствие, так что сначала купцы, а за ними и ремесленники потянулись в Новгород – северные торговые ворота, где начинался путь из варяг в греки… И в Полоцк, начавший вовсю наступать Новгороду на пятки.

Тем не менее, бюрократическая система, созданная Игорем старым, в целом устояла. Когда в 972 году до Киева доносится весть о гибели князя Святослава, налоги по прежнему собирались и тиуны судили. Государство к этому моменту поделено между тремя сыновьями. Олегу достался как бы сейчас сказали депрессивный и разорённый Древлянский край, но на большее он и не претендовал. Старший Ярополк княжил в Киеве –  престижно, но не очень денежно, пусть пошлина с плывущих мимо купцов в казну и поступает (пусть не так много и не так регулярно, как хочется). Владимир сидел в Новгороде: далеко от политического центра, зато денежно. Судя по всему, он показал себя неплохим полководцем и дипломатом, ибо, когда началась свара между братьями, и Владимир захотел вмешаться – «золотые пояса» дали денег для найма армии. (Впрочем, возможно сыграло и то, что Ярополк поторопился взять под контроль стратегический город и попробовал пропихнуть посадником своего человека). В 980 году Владимир возвращается на Русь с наёмным войском из викингов (впрочем, войско – наполовину родня тем же северным славянам).

А дальше… Вместо прямой атаки Киева молодой полководец зачем-то идёт на Полоцк. По официальной версии заручиться помощью, но не сдержавшись после оскорбления княжны Рогнеды «ты сын рабыни»  Владимир город сжёг. История, прямо скажем, шита белыми нитками. Если Владимир уже имел солидное войско, зачем ему ещё и помощь Полоцка, за которую надо оже платить? Да ещё и оскорбление… Мать Владимира – Малуша – дочь Малка Любечанина, которого историки отождествляют с Малом, последним князем Древлянским. Взята в плен, увезена в Киев, стала наложницей Святослава. Владимир куда родовитей полоцких князей со всех сторон. Другой разговор, что ему нужен был повод… Чтобы начать штурм Полоцка и тем самым расплатиться с новгородцами за помощь, уничтожив молодого, но опасного торгового конкурента. 

Так же темна история и со смертью старшего брата во время переговоров. Но хорошо проявляется хитроумие Владимира как дипломата и вообще специалиста по закулисным играм. Титул правителя – князь – происходит от слов «кон» (закон) и «аз» (я).  То есть «давши слово – держи». Но Владимир сумел отбрехаться и от обвинений в нарушении слова (для князя, который от этого мог потерять расположение богов, обвинение куда страшнее чем братоубийство). Сумел Владимир договориться и с киевскими христианами – а ведь они видели в Ярополке надежду на утверждение своей веры среди славян. Но положение оставалось очень шатким. Нет легитимности, после смерти брата многие смотрят на молодого князя «лучше этот, чем усобица». Набеги осмелевших печенегов. Войско хочет служить не за жалованье, а за добычу и грозится князя скинуть и поставить «получше». Денег же на хороший поход попросту нет, да и не пойдут смерды и ремесленники воевать. Уже насмотрелись на Святослава. Владимир провёл ряд успешных походов (в 981 году против поляков, в 982 усмирил вятичей, в 983 установил контроль над Судовией, что открывало путь к Балтике, а в 984 Владимир совершил поход на радимичей; в 985 воевал с Волжской Булгарией и обложил данью Хазарию). Но как дальновидный политик князь понимал, что это – тупик. Он скатывается во времена Вещего Олега и полностью оказывается в зависимости от дружины.

Первая попытка придать своей власти легитимность – реформа языческого культа по образцу скандинавов. В Киеве востанавливают капище с идолами шести богов славянского язычества, объявленных главными – Перуна, Хорса, Дажьбога, Стрибога, Семаргла и Мокоши. Велеса из основного пантеона выкидывают. Восстанавливаются человеческие жертвоприношения… Очень скоро Владимир сталкивается с оппозицией волхвов. Это были отнюдь не лубочные умудрённые седобородые старцы в белых хламидах. Это были властолюбивые языческие жрецы, почуявшие безнаказанность и запах власти. Показателен пример, когда в жертву приносится дружинник-христианин Фёдор, а князь ничего не смог сделать. Его порвала бы на части возбуждённая религиозным экстазом толпа… Этим жертвоприношением языческие волхвы подписали себе смертный приговор. Делиться с таким трудом добытой властью Владимир не собирался. Плюс, вслед за дедом и бабкой, он был державником – а старая вера с множеством богов не соответствовала фазе единой государственности с одним властителем. Да и не очень подходил культ, лишь недавно отказавшийся от человеческих жертвоприношений и запросто к ним вернувшийся, как основа стабильности. Поэтому Владимир легко отказался от старой веры и занялся поиском новой: слова «Париж стоит мессы» скажут много столетий спустя, но принцип уже существовал.

Православное христианство оказалось самым перспективным выбором. Это торговые связи с Константинополем и крупнейшие христианские общины в стране (те же купцы – в массе уже христиане, а это деньги). Не зря и старший брат двигался в том же направлении. Это идея «единой власти от Бога». И главное – за годы сосуществования с властолюбивыми базилевсами Церковь хорошо усвоила принцип «Богу Богово, а кесарю кесарево». В 986 году Владимир Святославич начал переговоры с Византией относительно женитьбы на сестре византийских императоров Василия II и Константина VIII принцессе Анне. В обмен на руку Анны киевский князь предлагал императорам военную помощь, в которой те остро нуждались (катастрофический провал военной экспедиции против болгар, мятеж  Варды Фоки и восстание Херсона – а через город шёл крупнейший торговый поток Чёрного моря). В конце концов ромеи приняли предложение русской стороны. Владимир двинулся на Херсон. И снова проявил себя как полководец и дипломат. Каноническая история про монаха, из человеколюбия выдавшего тайну акведука Херсона и спасшего тысячи жизней, не допустив штурма – скорее всего опять липа для оправдания. Армия Владимира выучкой намного уступало дружинам деда и отца, не зря, чтобы не допустить бегства, он даже приказал вытащить ладьи на берег. Штурмовать город с такими солдатами – получить чудовищные потери. Но это не отменяло грозной репутации русов, на которой, скорее всего, и сыграли разведчики Владимира, убедив кого-то в городе выдать тайну «за выкуп без резни».

Анна могла выйти замуж только за христианина. В 988 году князь Владимир принял святое крещение с именем Василий. Свадьба с Анной окончательно повернула историю Руси в сторону великодержавности. Новая, простая и понятная христианская вера хорошо вписывалась в культурные требования «золотой эпохи труженика». Без особого труда смогла стать государственной идеологией – Русь не знает многочисленных мучеников, павших от руки язычников за веру. (Что интересно, в Европе подобная страна всего одна: Ирландия. Там язычество тоже сдалось почти без боя.) Язычников преследовали хоть и жестоко по меркам нашего времени, но для своей эпохи – вполне гуманно. Резни, подобной Варфоломеевской ночи, наша история тоже не знает. Владимир первый начал чеканить свою монету (самая дорогая была златник, за ней шёл сребреник, потом куна, ногата, резана и самая мелкая – вервица; на аверсе золотых и серебряных денег чеканилось изображение и имя князя, на монетах помельче – святые, на реверсе герб Киевских князей). А свои монеты – это не только финансовая устойчивость страны, теперь не зависящей от чужеземных динаров, но и показатель политической и экономической мощи средневековой державы. Не зря именно при Владимире столица расцветает, восстанавливаются и строятся многочисленные каменные и деревянные здания. Киев вновь становится не только политическим, но и финансовым центром страны. Владимир нанёс смертельный удар родовым неписанным обычаям: заявил, что наследовать ему будут только законные сыновья от официального брака, а старший сын от пленной княжны Рогнеды прав не имеет – ибо рождён в блуде. Владимир с помощью дружинников-христиан окончательно усмирил амбиции войска, закончив «гвардейскую эпоху». Отныне и до конца существования дружина лишь инструмент, но не самостоятельная политическая сила. Именно при Владимире закрепляется римско-византийская модель государственной власти. Поместье (бенефиция) и служба чётко разделяются: земля и доход могли стать наградой, но привязывала к господину клятва верности. Источником власти и закона может быть только правитель.

Подводя итог правления Владимира Крестителя, хорошо вспомнить слова Иоанна Грозного: «Как человек я, может, и не очень свят – но как правитель хорош». Это была другая, жестокая эпоха. И нам, гуманным потомкам, сложно судить, насколько хорошим и праведным был князь Владимир. Несомненно одно: он сформировал сильное государство, которому остался всего небольшой шаг до превращения в сверхдержаву.

0
347

16 комментариев, по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

Александр Прибылов
#

Как же Вас прёт... Долго придется вылавливать исторические ошибки, если править Ваше сочинение...

 раскрыть ветвь  2
Ярослав Васильев Автор
#

Вычитывать будете по версии, приведённой товарищем Басовым? 😀 

 раскрыть ветвь  1
Виктор Гвор
#

Ну и каша! Впрочем, по сравнению с версией Александра Басова, Ваша, Ярослав, версия - верх научной стройности и совершенства.

Если же попытаться рассуждать логически, то и в ней неувязки лезут одна за другой.

Впрочем, строить свои версии никому не запрещено. Только надо четко разделять - научная у вас версия или художественная. Первая претендует как минимум на равноправие с другими научными версиями, а поскольку точно про то время ничего не известно, должна быть не менее вероятна, чем любая другая.

Художественной же версии достаточно того, чтобы вероятность предполагаемых событий была больше нуля.

Например. 

У меня в "Земля наша велика и обильна..." предлагается версия, по которой Игорь, Олег и Рюрик - одно и то же лицо, причем олег и рюрик - не имена, а звания (олег - волхв, рюрик - князь). Сей достойный муж носил кличку Мал за свой немаленький двухметровый рост, и имел восемнадцать жен, причем все они были Ольги (ибо Ольга - звание княгиня), и у каждой было по сыну Святославу (святослав - означает княжич). Ну и так далее.

Вероятность правильности данной версии пренебрежимо мала, потому научной ее считать никак нельзя. Но сия вероятность всё же больше нуля, потому данная версия вполне является художественной, то есть может считаться основой для написания книги.

Чем я и воспользовался.

А строить научные версии... Ярослав, оно Вам надо? Жизни же не хватит!

 раскрыть ветвь  4
Ярослав Васильев Автор
#

Зря вы насчёт каши. Всё изложенное -это отнюдь не мои вымыслы, а вполне одна из уважаемых теорий. Та же родственная цепочк аолег -Игорь -Отльга.


И чем вам биография Владимира не нравится?

Его отец был именно князь святослав,вполне самостоятельное имя. Княз  отметился и в византийских хрон ках -та же осада Доостола. Ольга это титул дочерей древлян -скорее маловероятный околонайчный домысел. Не сходится по языковой географии.

Мала Любечанина идетифицируют с достаточно высокой вероятностью. Какого именно из.


Биография тех же походов чётко локализуется по нескольким источником.


Изобретательством историческим занимаетесь имено вы

 раскрыть ветвь  3
 раскрыть ветвь  7
Ярослав Васильев Автор
#

Отстаньте от меня с фоменковщиной. Почитал и поржал. Бред, расчитанный на человека, который с историей вообще не знаком

 раскрыть ветвь  6
Написать комментарий
7 242 102 44
Наверх Вниз