Предоставляю фрагмент произведения (самое его начало) на оценку сообщества:

Автор: Илья Шиповалов

Предполагаемые жанры: фантастика, космическая фантастика, научная фантастика, альтернативная история.

Аннотация: С аномальным происшествием, спуствшим пригодную для жизни планету с невиданной орбиты прямиком в нашу, солнечную систему, активизировались очередные притязания человечества на покорение космоса - в частности, новоявленного объекта, представляющего научный, технический и много какой иной интерес. Затишье радужного приёма прервалось появлением притаившихся на время истинных хозяев планеты, принявшихся воспринимаемыми нами паранормальными явлениями чинить козни новой, едва устоявшейся индустриально цивилизации - целого ответвления от подлинно известной нам родной Земли. И самый пик возгорания межвидового конфликта пришёлся на срок службы юного Адама Вернона, из невидимости перспектив близ родного дома заключившего длительный контракт на пребывание при функционирующих пока станциях новой планеты...

Глава:

* * *
Такой большой, проворный, непредсказуемый... и просто устрашительный - подползал он ближе, еле удерживая тело на достаточной высоте. Концы арматур царапали и били по рёбрам, но тем отнюдь не осаждали целеустремление. И чего ради, казалось, рисковать полез здоровьем ног и позвонков? Ради ублажения спонтанно взбредшей на ум забавы? Сам отчёта себе не давал, а уж навострённым в ожидании худшего товарищам и подавно. Минуту назад никто и представить себе не мог, что эти лазейки вовсе под силу преодолеть далёкому от акробатики человеку. Он, тем не менее, все туманы сомнения бескомпромиссно рассеивал.
- Слезал бы уж, дубина! - раскатился в укоризну эхом голос снизу.
Лазутчик оставался непреклонен.
Почти десяток глаз пристально вели наблюдение за поведением его извивающегося червеподобно тела. И надеялись, что охватившая контроль дурь в его башке не приведёт к печальным последствиям. За исключением тех двух, что вжимались в ужасе.
Дрожащей - но от напряжения, а не от страха - рукой А́дам протянул надкусанную часть батончика, трепетно ожидая реакции маленького существа, загнанного в безвылазный угол. Его огромные, чёрные как ночное небо зрачки мандражировали со всем робким тельцем. Неопределённые мотивы страшного человека оставались чужды, неприступны его осознанию. Человек и сам до конца в мотивах своих не разобрался, но можно заключить, что, как бы то ни было, действовал он наперекор здравому смыслу...
Всем телом он вытянулся вперёд, уже с трудом сдерживая вес левой рукой, локтём зафиксированной на перекладине, а пальцами - за края, будто силы их хвата достаточно, чтобы предотвратить падение двухсотдвадцати фунтовой туши. Мощь укреплённого костюма придавала тому уверенности и избавляла от страха пасть вниз. Адам, однако, сам пришёл к выводу, что на том стоило покончить: лёгким размахом руки он подбросил лакомство ближе к поджатым ногам существа, не ожидая реакции попятившись назад - левая рука уже затекала и вот-вот норовила сорваться.
Наконец усмирившись на том, что товарищ более не подвергает себя опасности, остальные выдохнули. Адам, не успев спуститься, решил обыграть спуск опасным финтом: спрыгнул с двухметровой высоты, грохнувшись на надёжно защищающий ногу наколенник с лучшим успехом.
- Вот и надо было оно тебе? - возмутился один из группы.
И как бы отмахиваясь от скучного вопроса, Адам обернулся посмотреть, не притронулось ли существо к подаренному лакомству. Как оказалось - нет. Даже и носу не выказал.
- Лишь продукт зря перевёл. - тотчас добавил тот, - Всё-то тебе неймётся.
- Не забывай, - одушевлённо отвечал Адам, - что интерес - двигатель всего прогресса. Его мы обязаны благодарить за все дарованные нам по сей день прелести футуристической жизни.
Бородатый Стрейг почти презрительно похмурился. Таковой жест в его исполнении не сулил хорошего.
- Интерес нужно сочетать с рациональностью. Тебя, я понимаю, отговаривать без толку, но в следующий раз - по репе отхватишь. - без шуток добавил он, - Я за его сохранность постфактум боевых действий отвечаю, а он моим же риском, на моих глазах пренебрегает!
Прочие от угрозы даже поникли, не говоря уж о севшем подле, сам не свой, А́даме, унизительно получившем по шапке.
Король и Олаф, за неимением более занимательной картины, снова увлеклись поеданием походной пищи - тех же питательных батончиков, по большей части... Ибо уплетать выдаваемый сухпаёк без рвотных позывов воистину можно лишь при голодной лихорадке, с чем мужики давно смирились. Положено по уставу выдать столько-то грамм пищи - ровно столько, ни больше ни меньше, им и выдадут. А уж что до качества - тут дело десятое. Закалённые видавшей виды службой привыкли не жаловаться и не ждать поблажек, в конечном счёте утрачивая совершенно требовательность к жизни. Иным бездарностям, желая обернуть факт пережитой унизительности во что-то положительное, приходит на ум замечательная интерпретация безропотной терпимости наплевательского отношения начальства в "закаляющие мужика условия"...
- Доконала такая жрачка уже... - гнусаво жаловался Король, - Вроде и по ставке работаем баснословной, вроде и категории все по физическому состоянию высшей, а кормёжку получаем... Тьфу! Я на что, на шоколад крепок быть должен?
- Здесь ничего не производят, - отвечал Олаф, - а доставлять с Земли - дело муторное. То пакость какая, рассказывали, заведётся в пищевом отсеке, то еда сама по себе сгниёт... А чем нас кормят - так оно что сейчас, что через год - так и будет лежать, и ничего с ним не случится.
- Тем не менее все мы скучаем по маминым борщам... - с горечью констатировал Король, бросая на пол очередной фантик "КОСМОПИТ'а" - наиболее распространённого в их среде продукта.
Со сказанным все изъявили солидарность, понятную и без слов.
Привал, кажется, подходил к своему завершению. Кто устал - успел порасслаблять мышцы, жалобно потирая ноющие под бронёй колени (единственно за исключением Адама - он к энергетическому расходу относился безжалостно), кто проголодался - успел набить брюхо калорийным шоколадом, чего станет впору достаточно до скорого (а может и не очень) возвращения.
Укомплектовав вещи по подсумкам, но закрыв глаза на брошенный под ногами мусор, группа взяла оружие наготове и двинулась в путь. Идти до обозначенной локации оставалось совсем недолго, но впереди пролегала зона красного выделения - повышенной опасности - сей нюанс всегда стоит заведомо учесть.
- Стой, группа! - внезапно скомандовал Стрейг, тем встрепенув всех до единого.
Обычно эта команда предуведомляла возникновение опасности, что естественно всех и насторожило. Оглянувшись, они лишь увидели не сдвинувшегося ни шаг с места привала командира, заготовившего автомат.
- В чём дело? - недовольно спросил Король, испуганный поведением Стрейга.
- Вы забыли? - назидательно удивился тот, - Тогда повторяю: по пункту 13, при наличии таковой возможности, команда обязуется устранить любую иноземную угрозу...
- Он не представляет опасности... - печально произнёс Король, бросая жалкую попытку отговорить Стрейга осуществлять задуманное.
- Приказ есть приказ. - непреклонно ответствовал тот, из ленивого нежелания разводить споры сухо сославшись на скучные предписания и, взведя автомат, пустил коротую очередь по тонкой металлической стенке. В проистечение этой секунды все невольно зажмурили глаза.
Моментально потёкшая чернющая кровь и соответствующий предсмертный визг, напоминающий обезьяний крик, ознаменовали очевидный исход. Капитан Стрейг добросовестно исполнял свой долг, даже в том случае, когда он не состыковывался с нормами морали.
- "Правда на стороне командира..." - подумал Адам, - "Здесь не переспоришь..."
Несколько секунд все стояли в немом сожалении, как бы почитая молчанием память убитого существа. Наконец капитан Стрейг, кивнув головой, скомандовал продолжение пути.
Врагов надо истреблять.
- "Но так ли честива эта правда?.."
* * *
О кровавом инциденте неравнодушные горевали недолго: спустя пару жадно высосанных сигарет каждый добился единения с собственными мыслями, ушедшими вовсе далеко от настоящей реальности. Не курил (как, впрочем, и всегда) один лишь Адам, увлечённо навостривший внимание по сторонам. Его как в первый раз манила живописность окружающей антиутопии. Завораживала его молодую душонку масштабность отгремевшей уже давно трагедии, извёдшей старания тысяч и тысяч его Земных соратников. Сия картина навевала даже какую-то тоску, возможно, скорбь... Витающая вокруг атмосфера давящим грузом сжимала сердце, трепетно бьющееся при виде развалин размером с многоэтажного дома. "Город-призрак..." - подсказывало подсознание.
Холодный воздух овевал лица путников. Четыре профессиональных бойца высшего разряда гонялись по мёртвым улицам подобно слепым котятам: дымка не позволяла чётко развидеть более пятидесяти метров пред собой, но маршрутизатор в КПК при всём желании не позволил бы им сбиться с пути, благодаря чему ориентироваться становилось подсильно даже ребёнку.
В миллионах километров от них точность и вовсе исправность таких технологий могла бы вызвать удивление. В их же случае приходилась чем-то обыденным, самим собой разумеющимся, и оно неудивительно: сгинувшее во мраке таинственности целое поколение оставило за собой неисчислимые запасы драгоценных материалов и опередивших свой век технологий, разобраться в устройстве которых - проблема даже технологам высшей научной степени со справочниками в руках, отчего пользовались ими, порой не задаваясь вопросами "что" да "как". Бравые солдаты медленно пожинали плоды чьей-то жизни, незаслуженно рано ушедшей и не успевшей насытиться вознаграждением своего труда.
Возведённые n-ное время назад локаторы и синхронизированные с ними APS-передатчики (внеземной аналог стандартного GPS) - точнейшие устройства с видимо бесперебойным режимом работы. Ни одно Земное устройство не сможет похвастаться теми же успехами, какими удивляет APS-система своих немногочисленных пользователей. И всё это, тем не менее, остаётся в пределах государственной тайны и фиксируется в подписках о неразглашении. Насколько долго продержится железный занавес - вопрос, коим озадачиваются миллионы людей в миллионах километров отсюда. Каждому простому обывателю, конечно, если не ради практического применения, то хоть из чистого интереса хотелось бы узнать все тайны ныне почившей корпорации "Awesome". А уж сколько люди могли из того пользы изъять - даже уму непостижимо.
Удивительно вовсе, что как раз таки во благо всеобщего человеческого прогресса работа корпорации и ставила свои задачи, но дорого обошедшейся непредусмотрительностью привела себя к нынешнему состоянию и оставила бедных Землян разгребать завалы забытых технологий. Единственные, кому изобретения отныне и впредь идут на прямую пользу - отряды солдат, выбирающиеся на редкие вылазки по руинам былой цивилизации. Да и те, радые попользоваться чудо-устройствами в аренду на время службы, обязуются сдавать "излишества для жилого быта" по возвращении в штаб. Контроль ведётся жесточайший и где-то даже чрезмерный. Вероятность утечки инвентарных гаджетов практически минимизирована.
Прохождение группы "Браво" утруждали хаотично брошенные там и тут электромобили - также одно из передовых изобретений, относительно своих Земных аналогов претерпевшие колоссальные модификации. Вообще ввиду нецелесообразности ориентировки на бензиновые потребители в среде... отсутствия бензина - электрические потребители (назло - как раз там, где отсутствует нужда в сохранности экологии), к коим ранее обыватель относился с часто оправдывающимся подозрением (это об отсутствии экономии для самого покупателя), нашли свою вторую жизнь. Увы, с простоем и прочими обстоятельствами, раскрытие которых настанет по мере повествования, бо́льшая их часть давно пришла в негодность, а ввиду необъятного их количества, ориентированного некогда на массового потребителя, восстановить исправность оных целиком - задача трудоёмкая и, что самое главное, длительная, а при учёте невозможности переправить их обратно на Землю - ещё и бесполезная. При раскопках этих завалов, конечно, времени есть с лишком, но в том попросту не имелось надобности: эти машины также не предусмотрены к езде в осложнённых условиях. Все транспортные средства, востро необходимые для передвижения по мёртвым пустошам, давно восстановлены и по мере возможности эксплуатируются.
В каждый кубометр здешнего воздуха вложены десятки тысяч долларов, но что до стоимости нематериальной - неоценимые старания предшественников. Картина навевала тоску и даже некоторую зависть... Адам завидовал тому, что не смог застать славный расцвет корпорации "Awesome". Хотя при учёте исхода последних дней жизни всех участников её проекта, завидовать тут остаётся нечему... И всё же опьянённый нафантазированной перспективой застать светлейшую, пусть и незаконченную жизнь, Адам колебался при вопросе, не готов ли он принести таковую жертву за право пожить в теле счастливчиков-первоприходцев, коим когда-то завидывали повсеместно.
Когда-то.
- Не мечтать! Плетёшься обузой.
Адам одёрнулся. Отряд шёл знойно и угрюмо, что его несколько настораживало. В пустошах, конечно, нельзя пренебрегать чуткостью, но чтобы сохраняться при такой выдержке... Мороку развеял Король:
- А знаете, давно ведь отроков не видать... - предложительно приметил он, - Перевелись неужто?
- Конечно! - возмутимо подтвердил Олаф, - Уж сколько можно их гонять по пустошам? В лучшие времена как было: - хвастался он, - одна централизованная вылазка стоила им по меньшей мере десяти жизней... Они ж у нас ребята были неугомонные, потери считать не привыкли... Самоотверженность и отвага... - добавил он.
- Да, не всегда самоотверженность рассматривается положительно. - заключил Адам.
- Вы б лучше, чем их потери считать, о своих позадумались: сколькие из наших ребят здесь головы сложили в своё время? Этого-то повторения хотите? - грозно вопросил Стрейг, - Постыдились бы хоть пред их семьями.
- Да ладно! - слабо воскликнул Олаф, - Не воспринимай близко к сердцу, командир. Всего лишь поминаем старые добрые времена, когда именование "пустоши" ещё не сохранялось в прямом смысле слова.
- А если рассуждать с точки зрения упасителя человеческих жизней, то ничего ты своей отмазкой не оправдал. Вроде ребята и бывалые, а ветер, ей-богу, в башке! - закончил Стрейг, прежде всё внимание, каковое своё поведение ставил в пример, посветивший оглядкам по сторонам, а теперь и сам увлёкшийся неоднозначным спором.
Осознав непреклонность командира, парни решили отступить. Влезать в дискуссии с расчётом на лучшее с человеком другой закалки - занятие опрометчивое и заведомо бесплодное. Иногда с невозможностью переубедить человека остаётся только и смириться.
Сети жилых комплексов намекающе редели. Группа приближалась к территории, на карте КПК помеченной красным цветом, означающим третью и наивысшую степень предположительной (по крайней мере согласно последним показаниям и наблюдениям) опасности. Эта область представляла собой огромных размеров естественный кратор, впоследствии оборудованный не совсем естественными лифтами и сплошь застланный оставленной годами ржаветь техникой и прочим высокотехнологичным оборудованием для бурения, продалбливания и подрыва. Некогда место сие обустраивалось под добычу полезных ископаемых, особенно изобилующих здесь после падения метеорита предположительно сотнями лет назад. Карьер (ввиду некоторого его человеческих рук преобразования, правильнее говорить так) радовал залежами, исчерпать которые не удалось бы и в ближайшие поколения (а теперь уж дело и вовсе затягивалось на весьма неопределённые сроки, спрогнозировать которые побаивались даже квалифицированные технологи-аналитики), потому возводить жилую среду нашли рациональным прямо у его подножия, тем паче что с тогдашней техникой это не вызывало особых трудностей - как по времени, так и по силам.
Бойцы приостановились у укрытия, представляющего собой сожжённый электромобиль. По приказу Стрейга все до единого увлеклись изучением прилежащей территории через окуляры биноклей в поисках присутствия возможных опасностей. Какая-то минута времени дала всем понять, что вероятность возникновения проблем сводится к нулю. Короля оставили здесь же - держать пост и контролировать ситуацию с превосходствующей вышины. Через котороткое ёрзание поймав удобное расположение в завалах металлических обломков, Король заготовил бинокль и стал тщательно бдить за происходящим в округе. Остальные приступили к спуску.
Основная цель их сегодняшней вылазки лежала как на ладони: вот там, в нескольких сотнях метров беспрерывного спуска, близ обрушившихся ангаров и кладбищ новейшей техники. Это была наиболее уцелевшая, согласно разведке дронов, модель гидры, питаемой аккумулятором, изготовление которого прекращено по техническим причинам и тем же возносит их запредельную ценность. Когда-то здешняя среда представляла удобство возможностью безбоязненных опробований экспериментальных средств. Даже так, с виду, невооружённым глазом становилось понятно, что очертания средства высокоскоростного перелёта сохраняли четкие контуры. Лишь пластины с крыльев постаскивали, вероятно, отроки и, вероятно, очень давно. На "внутренности" аппарата поверхностное внимание вряд ли позарилось.
Путь обходными маршрутами составил целых полкилометра. Миновав препятствия в виде обвалов и колючей проволоки, возведённой здесь, вероятно, ещё при активном ведении боевых действий, троица приблизилась к гидре. Оставалось уповать, что внутри она оставалась целее, чем снаружи.
- Олаф, займись этим. - поручил Стрейг. Тот пререкаться не стал: он прекрасно понимал, что Адам в душе не чает, как управляться с подобной техникой. Солдат то был без сомнения верный, смышлённый, но, остаётся признать, - юнга на их борту.
Пока Олаф принимался ковырять неподдающуюся обёртку и разгребать по сторонам мешающие провода, остальные засели по сторонам, стараясь скрыться с общего виду и слиться с окружением: открытостью своей ко всем сторонам света их позиция представлялась чрезвычайно опасной, и не следует пренебрегать осторожностью. Бесконечно можно считать, что угроза отроков с годами изжила себя, но кануть в небытие все до единого они не могли - где-то, в самых затаённых уголках пустош, ещё влекут своё жалкое существование эти изгои, наслаждаясь последними дарованными Богом днями. Если, конечно, к этим проклятым местам смерти вовсе простиралась рука Всевышнего озаряющая избранных святым снисхождением... Глядя на шрамы окружающей земли и реконструируя даже мысленно, какие ужасы случались здесь годы назад, так в этом остаётся сильно сомневаться...
Сквозь мужицкий жаргон, пресыщенный матерной бранью, осыпающей всё препятствующее сущее, Олаф докопался до золотой сердцевинки, прочие ненужные элементы небрежно разбросав под ногами. Дорожа им как зеницей ока, Олаф аккуратно изъял компактный аккумулятор, выпутанный из сети проводов. Показательно удерживая на весу, спустился с ним с произвольной стремянки (балки с поперечными трубами, надёжно вонзённой в землю) и улыбчато продемонстрировал компаньонам добытое чудо инженерии.
- Ну хорош любоваться, - прервал всеобщую радость Стрейг, - упаковывай и давай сматываться... - явно не пестрил он желанием задерживаться здесь дольше необходимого. Как бывалый закалённый боец, один он принимал во внимание всю значимость предосторожности в полевых условиях.
Адам ещё несколько секунд назад краем глаза, словно даже не сам, а подсказкой из подсознания приметил далёкое поползновение статичных объектов, но, сваливая на то, что ему померещилось, оттягивал момент обнаружения до последнего. Наконец поняв, что картина перед ним простирается самая что ни на есть настоящая, дал знать компаньонам о своём наблюдении.
Поняв, что тот развидел за их спинами нечто из ряда вон выходящее, все ненароком всполошились, немедленно пригнувшись и принявшись наблюдать из-за угла. Далёкие силуэты, шедшие вдоль периметра кратера, никаким чудом не могли бы развидеть их здесь невооружённым глазом, но предостеречься непременно стоило. Тем паче что вовсе появление неопознанных фигур - дело редкостное и исключительное. "Свои" то быть не могли: маршрут каждой группы до мелочей прописывается и фиксируется в операторской штаба, и о таковых столкновениях бойцы, во избежание предсказуемых нелепиц с огнём по своим, заведомо предупреждаются. Всё было не так просто.
На груди капитана зашумела рация и спустя пару секунд оттуда произнесся стабилизировавшийся голос Короля:
- Приём, приём! Стрейг, немедленно...
- Да без твоего ведома уж видим, кто там ползёт... - равнодушно отмахнулся он, - Распознать смог? - поинтересовался он более насущным вопросом.
- Никто из наших - это как пить дать! Остаётся только одно: отроки гуляют! Держу их на мушке, капитан; прикажете открыть огонь? - от чего-то запыхался он.
Желая удостовериться в личности блуждающих, Стрейг быстренько изучил их сквозь окуляры бинокля, благо торопиться было некуда. Убедившись в невозможности опознать объекты, капитан поступил ровно так, как того требовал от него свод правил передвижения по пустошам, предусматривающий истребление каждого неопознанного лица, приводимый в действие сегодня уже не впервой.
- Разрешаю огонь на поражение!
Не минуло и секунды, как раскатился ошумительный грохот, скачущий по зданиям и отразившийся далеко отсюда.
Сначала не было ясно, какой из трёх силуэтов пострадал от шальной пули: все одинаково пали наземь, словно бы та рикошетами сразила наповал группу разом. Лишь спустя секунду стало заметно, что двое из них постепенно отползают и исчезают за горизонтом, а третий - остаётся лежать, вероятно, замертво.
Хотя те и не могли знать, с какой из сторон света ожидать опасности, они осмелились ползком воротиться к телу товарища и утащить прочь с открытой местности. Больше ни Король, ни капитан их видеть не могли.
- Будете преследовать? - уточнил Король с ударением на первое слово.
- Это вряд ли. Нет соответствующих распоряжений штаба. А когда их нет - я решаю, преследовать или отступать. И по моему указанию мы возвращаемся.
- Вас понял. Жду на позиции. Отбой.
Облегчённо выдохнув, троица подалась убираться отсюда. Сумбур нежданной встречи вгрызся в память и принудил размышлять теперь только о себе; а размышлять здесь было о чём.




-1
172

0 комментариев, по

1 919 4 63
Наверх Вниз