Мы с тобой не одной крови
Автор: ДикарьРешил поучаствовать в интересном флешмобе, который затеял П. Пашкевич.
В моих текстах встречи представителей не только рас, культур, но и разных биологических видов (которые в книгах разной степени фантастичности нередко как раз и называют "расами") происходят достаточно часто. Это могут быть и научно-фантастические, и фэнтезийные встречи, и такие, которые вообще трудно точно определить. И реагируют их участники друг на друга по-разному.
Для примера приведу три отрывка.
1. Из н/ф рассказа "Магии не бывает":
Вдруг внешние микрофоны скафандров донесли откуда-то спереди звук, резко выбивающийся из ставшей уже почти привычной какофонии леса — дробный топот и ритмичное поскрипывание.
— В заросли! И залечь! — коротко приказал капитан и метнулся в сторону от дороги.
Влад последовал его примеру.
Не прошло и нескольких минут, как из-за ближайшего поворота показались двое людей. Причём это были именно люди. Хотя черты их лиц и странные причёски, устроенные из тёмных волос, казались необычными, но телосложением и манерой двигаться они мало отличались от затаившихся в зелёном сумраке леса космонавтов. В руках люди несли длинные палки, а их тела прикрывала грубая одежда.
Позади авангарда двигалась деревянная повозка, запряжённая парой животных, которые размером и длинными ногами напоминали лошадей, однако тела их покрывала чешуя, а рогатые головы завершались удлинёнными мордами, похожими на утиные клювы.
В повозке восседал рослый седовласый человек в длинных ярких одеждах и причудливом головном уборе. Позади вышагивали ещё четверо пеших с палками или, скорее, копьями.
Голова процессии уже поравнялась с тем местом, где залёг Уральский, а её арьергард миновал убежище Лунина. Но вдруг в зарослях отчётливо хрустнула ветка, раздался торопливый шорох. Шедшие позади повозки люди мгновенно развернулись, опустив копья, а седовласый натянул поводья, заставив животных часто заперебирать ногами и замереть на месте.
— Влад, чтоб тебя! — с досадой прошипел Уральский.
— Капитан, они меня заметили! Что делать? — раздался в наушниках голос Лунина.
— Спокойно, Влад. Без нервов. Медленно выходи на дорогу, разведи руки в сторону... И камеру убери, её могут принять за оружие!
— Понял. Выполняю, — упавшим голосом отозвался бортинженер.
Завидев выбравшееся из кустов головастое чудовище с гладкой блестящей поверхностью вместо лица, воины подались назад, направив копья на Влада и что-то возбуждённо бормоча между собой. Седовласый выпрямился на повозке во весь рост и невозмутимо наблюдал за спектаклем. Те двое, что шли впереди, взяли животных под уздцы и напряжённо оглядывали темневшие вокруг дороги заросли. Уральскому даже показалось, что один из них слишком долго задержал взгляд на том месте, где он укрывался. Капитан на всякий случай потянулся к кобуре, стараясь не делать резких движений и не издавать ни звука.
Седовласый человек вдруг выкрикнул какой-то приказ и резко выбросил руку в сторону Сергея. Тот, поняв, что его раскрыли, вскочил на ноги и вскинул бластер. Но из ладони человека в повозке ударила струя слепящего голубого пламени и, круша ветки, устремилась к капитану. Прочный материал и защитное поле скафандра спасли Уральского от ожога, но мощный удар отбросил его на несколько метров. Приложившись спиной о корявый древесный ствол, Сергей задохнулся от боли.
Тем временем четверо воинов набросились на Лунина. Удары острых копейных наконечников не смогли причинить ему вреда, но, невольно отступив, бортинженер споткнулся о корень и опрокинулся навзничь. Воины моментально насели на него и принялись скручивать руки и ноги крепкими ремнями, которые, оказывается, были у них наготове.
Влада подняли в восемь рук и поволокли к повозке, повинуясь новой команде седовласого. Парень орал и матерился, но поделать ничего не мог. Его начали заталкивать куда-то под ноги седовласому.
Увлечённые этим занятием, туземцы забыли о капитане. Или считали, что после такого энергетического удара выжить он не мог. Поэтому появление Уральского из пролома в зарослях оказалось для них полной неожиданностью. Первым выстрелом капитан перебил упряжь и слегка обжёг запряжённых в повозку животных. Болезненно взвизгнув, твари понеслись по дороге, волоча вцепившихся в уздечки воинов.
Седовласый вновь вскинул ладонь, но Сергей уже был готов к такому повороту событий, и струя пламени прошла мимо, учинив новое опустошение в зарослях. Ответный выстрел капитана перебил ось повозки, она завалилась набок, и седой человек, не удержав равновесие, позорно скатился наземь, теряя рогатый головной убор.
Очередной разряд вспорол красноватый грунт под ногами воинов. Они не выдержали и, бросая копья, с криками помчались по дороге. Следом, путаясь в одеждах, ругаясь на чём свет стоит и время от времени посылая назад слабеющие с каждым разом струи голубого огня, захромал седовласый.
— Живой? — склонился над Владом капитан и принялся разрезать стягивающие того ремни.
— Серёга, что это было вообще? — ошарашено отозвался тот.
— А хрен его знает. Идти сможешь?
2. Отрывок новеллы "Естеству противное" из цикла "Магическая инквизиция":
— Итак, все в сборе, — провозгласил Валент, заняв своё место. — Думаю, теперь почтенный Валериус наконец объяснит нам причину этого нежданного заседания.
— В самом деле, уж объясни, милок, — ласково проворчал Савин, выпутывая из бороды застрявшую там пчелу.
— И объясню, — заявил некромант.
Он встал, приблизился к пленнику и картинным движением сорвал с его головы мешок. Взорам инквизиторов открылось испуганное лицо парня лет двадцати или около того. Грубоватые черты и простецкое выражение конопатого лица, всклокоченные соломенные волосы, нескладная фигура в грубой мешковатой одежде выдавали его крестьянское происхождение. Парень робко заморгал, переводя взгляд то на одного, то на другого инквизитора.
— Прошу любить и жаловать, — провозгласил Валериус. — Зовут Аким. Обитатель заимки близ деревни Гнилая Топь. Возраста своего не помнит — предположительно девятнадцати лет от роду. Родителей не знает. Последние несколько лет воспитывался у кузнеца и травознатца Гефестофолуса, ныне неупокоенного. От него же унаследовал заимку и ремесло.
Валериус с довольным видом обвёл глазами коллег: «Каково, мол, а?»
Инквизиторы продолжали хранить недоумённое молчание, которое первым нарушил Валент.
— Мы все, разумеется, чрезвычайно рады знакомству с этим в высшей степени приятным молодым человеком, — медленно проговорил он, плотоядно облизав свои полные красные губы. — Однако никак не возьмём в толк, чем обязаны сей счастливой оказии?
— В самом деле, — вставила Фригитта, — объясните же, наконец, что он натворил. Вбил осиновый кол в могилу своего опекуна? Угостил соседа-упыря на серебре? Хранил запрещённые книги по этой... как её... физике?
— Всё страшнее, дамы и господа! Всё гораздо страшнее, — с важным видом ответил Валериус. — Перед чудовищностью поведения и природы этого парня меркнет даже история разоблачения секты материалистов в столице пять лет назад! Вы не поверите, но он вообще не обладает магическими способностями. Совсем! Абсолютно!
В зале воцарилось гробовое молчание, в котором горестный всхлип Акима прозвучал особенно громко.
— Но как такое возможно?! — после долгой паузы проблеял Спиридон.
— Наверное, это какая-то болезнь, — с сомнением в голосе предположил Савин. — Его лечить надо, а не обвинения выдвигать.
— В самом деле, — без особой уверенности поддержал его Валент.
— Так я ещё не всё сказал, коллеги, — обведя всех торжествующим взглядом, провозгласил некромант. — Он не только лишён собственных способностей, но и совершенно невосприимчив к чужой магии. Ни одно из моих заклинаний на него не подействовало. Пришлось вызвать скелетов и приказать им скрутить мерзавца при помощи грубой силы. Да и то еле справились...
Инквизиторы встретили это сообщение новым приступом немоты, как-то все разом впав в задумчивость.
3. Из фэнтезийной повести "Забытая дорога":
Это фанфик по игре "Готика", но очень далёкий от канона. Вставлю, пожалуй, и картинку — кадр из экранизации повести, которую снял Лорд Архол. Сам отрывок — под картинкой.
Вскоре Хорст выбрел на сухое место. Поросшая травой земля, камни и несколько больших деревьев поначалу заставили его поверить, что он добрался до берега. Однако радость крестьянина оказалась преждевременной — он быстро прошёл обнаруженный участок суши насквозь и вновь оказался на краю болота.
— Это всего лишь маленький островок... — разочарованно выдохнул Хорст, усевшись на валун.
— А ты что думал? — ехидно спросил кто-то высоким, слегка дребезжащим голосом.
— А?! Кто здесь? — испуганно вскочил крестьянин.
— Ослеп, что ли? И острожное ноги тут переставляй, дылда! Раздавишь! — ответил голос.
Хорст, наконец, понял, откуда он исходит, и перевёл взгляд в нужном направлении. Но там никого не было, кроме обычного мясного жука — многоногого существа размером чуть больше ладони взрослого мужчины.
— Кто со мной говорит?! — испуганно выкрикнул крестьянин.
— Да я это, я, — пошевелил сяжками жук. — Разве ты видишь здесь кого-то ещё?
Хорст уставился на него с таким испугом, словно это был, по меньшей мере, Седой Руппи верхом на мракорисе.
— Разве бывают говорящие мясные жуки? — пробормотал Хорст.
— Ты же меня слышишь? А раз так, то, выходит, бывают, — захихикал жук. — Мне даже говорили, что один из наших живёт у какого-то пиратского капитана, плавает с ним по морю и время от времени подаёт мудрые советы. Но сам не видел, не стану врать.
Жук ловко сполз с камня, на котором сидел, и приблизился к Хорсту.
— А тебя за каким Белиаром занесло в наши гиблые места, двуногий? — спросил он.
— Овцу свою ищу. В лес убежала, — вздохнул Хорст.
— Думаешь, решила в болоте попастись? — хмыкнул жук.
Хорст поймал себя на том, что после того, как первый испуг прошёл, говорящего мясного жука воспринимает вполне спокойно. Впрочем, после всего, что с ним уже произошло, удивляться этому не приходится.
— Ничего я не думаю. Просто забрёл сюда и свалился с обрыва, — ответил он.
— Ну да, вы же, двуногие, на удивление неуклюжие существа, — заявил его похожий на мокрицу-переростка собеседник. — И как тебе здесь?
— Мокро.
Жук скрипуче рассмеялся.
— А ты забавный! Пожалуй, поболтаю с тобой ещё немного.
— Что это за разноцветные огни над болотом? — спросил Хорст. — Я из-за них сюда и попал.
— Ты что, блуждающих огоньков никогда не видел? — удивился жук.
— Ну как же... видел раза два. Издали. Они, говорят, опасные, я близко не подходил, — с тревогой огляделся крестьянин. — Только те простые были, голубоватым светом горели. Да и не носились туда-сюда как здешние...
— А, это у них нерест сейчас. Они на нашем болоте плодятся и потом разлетаются по всей округе, — небрежно пояснил жук. — Ты их не бойся, они в эту пору вообще ничего не замечают и никого не трогают. Вот попал бы ты в наше болото осенью — уже был бы мёртв.
— Мне и сейчас как бы здесь не сгинуть. Не подскажешь, как выбраться на берег? — с надеждой спросил Хорст.
— Ты какой путь предпочитаешь — длинный или короткий? — ответил вопросом на вопрос жук.
«Вот жучара!» — подумал Хорст, а вслух сказал:
— Мне бы побыстрее.
— Тогда, значит, короткий, — рассудил жук. — Смотри, вот если прямо отсюда повернёшь налево, то вскоре попадёшь ещё на один островок вроде этого. От него начнутся остатки старой гати, по ней выйдешь на берег, а там и до тропы доберёшься.
— Понятно...
— Только смотри, иди прямо через островок! Если попытаешься его обойти, попадёшь в топь. Там зыбуны с обеих сторон, — предупредил жук.