«Кольцов русской музыки»

Автор: Игорь Резников

Восьмидесятые - девяностые годы XIX века - время высочайшего подъема русской культуры. Создавал свои последние шедевры Чайковский, одна за другой появлялись оперы Римского-Корсакова, произведения Кюи, Глазунова,Танеева, Лядова. На музыкальном горизонте возникли ранние сочинения Рахманинова и Скрябина. Русская литература того времени блистала именами Толстого и Чехова, Бунина и Куприна, Блока и Бальмонта. В полном расцвете было творчество Репина и Сурикова, Серова, Нестерова, Васнецова. И в этом могучем потоке зазвучал скромный, но удивительно поэтичный и чистый голос музыки Калинникова, сразу полюбившийся и музыкантам, и слушателям, покоривший искренностью, сердечностью, неизбывно-русской мелодической красотой. «Кольцовым русской музыки» назвал Калинникова Б. Асафьев. Сегодня отмечается 158-я годовщина со дня его рождения.

Калинников был композитором трудной судьбы, он прожил короткую, всего лишь 35-летнюю жизнь. Сила его таланта была просто огромна. То, что он успел написать, свидетельствует: Россия, вероятно, потеряла в его лице настоящего музыкального гения, что просто не успел раскрыться.

Василий Сергеевич Калинников родился 13 января 1866 года в Орловской губернии и происходил из бедной многодетной семьи станового пристава, интересы которой резко отличались от нравов захолустной провинции. Вместо карт, пьянства, сплетен — здоровый повседневный труд и музыка. Любительское хоровое пение, песенный фольклор Орловской губернии явились первыми музыкальными университетами будущего композитора, а живописная природа Орловщины, столь поэтично воспетая И. С. Тургеневым, питала фантазию и художественное воображение мальчика. Музыкальными занятиями Василия в детстве руководил земский врач А. Евланов - он преподал ему основы музыкальной грамоты и научил играть на скрипке. Образование Василий получил в орловской духовной семинарии, но духовный сан принимать не стал – он уже ясно видел себя музыкантом.

Памятник В. Калинникову перед зданием Орловской Детской музыкальной школы № 1.

В 1884 году он поступил в подготовительные классы при Московской консерватории, однако, не имея возможности платить за обучение, через несколько месяцев был отчислен. Тем не менее, ему удалось получить место в Музыкально-драматическом училище Московского филармонического общества, где он учился по классам фагота и композиции до 1891 года. Но главное внимание юноша уделял урокам гармонии, которые вел С. Кругликов, разносторонне образованный музыкант. Посещал он также лекции по истории в Московском университете, выступал в обязательных для учашихся училища оперных спектаклях, филармонических концертах. Приходилось думать и о заработке. Стремясь как-то облегчить материальное положение семьи, Калинников отказался от денежной помощи из дому, а чтобы не умереть с голоду, зарабатывал перепиской нот, грошовыми уроками, игрой в театральных оркестрах, причем не только на фаготе, но и на скрипке и литаврах. Конечно, уставал, и лишь письма отца поддерживали его морально. «Погрузись в мир музыкальной науки», — читаем в одном из них, — «работай... Знай, что тебе предстоят трудности и неудачи, но ты не ослабевай, борись с ними... и никогда не отступай».

Ясно, что смерть отца в 1888 году явилась для Калинникова тяжелым ударом. За год до этого были опубликованы его первые сочинения — 3 романса. Один из них, «На старом кургане» (на стихи И. Никитина), сразу стал популярным. В 1889 году состоялись 2 симфонических дебюта: в одном из московских концертов с успехом прозвучало первое оркестровое сочинение Калинникова — симфоническая картина «Нимфы» на сюжет тургеневского «Стихотворения в прозе», а на традиционном акте в Филармоническом училище он продирижировал своим Скерцо. С этого момента оркестровая музыка приобретает для композитора главный интерес. Воспитанный на песенно-хоровых традициях, до 12 лет не слышавший ни одного инструмента, Калинников с годами все больше испытывает влечение к симфонической музыке. Он считал, что «музыка есть, собственно, язык настроений, то есть тех состояний нашей души, которые почти невыразимы словом и не поддаются определенному описанию».

Одно за другим появляются оркестровые произведения: Сюита, заслужившая одобрение Чайковского; 2 симфонии, симфоническая картина «Кедр и пальма» , оркестровые номера к трагедии А. К. Толстого «Царь Борис». Однако композитор обращается и к другим жанрам — пишет романсы, хоры, фортепианные пьесы и среди них полюбившуюся всем «Грустную песенку». Это трогательное произведение переиграли уже многие поколения юных пианистов. Он также принимается за сочинение оперы «В 1812 году», заказанной Саввой Мамонтовым, и завершает пролог к ней.

Наиболее известное сочинение Калинникова — Первая симфония, написанная в 1895 году и посвящённая Кругликову. Симфония вызывает в памяти вдохновенные страницы чеховской лирико-пейзажной прозы, тургеневское упоение жизнью, природой, красотой. С большим трудом с помощью друзей Калинникову удалось добиться ее исполнения, но стоило ей прозвучать впервые в концерте Киевского отделения РМО в марте 1897 г., как началось ее триумфальное шествие по городам России и Европы. «Дорогой Василий Сергеевич!» — пишет Калинникову дирижер А. Виноградский после исполнения симфонии в Вене. — «Симфония Ваша и вчера одержала блистательную победу. Право, это какая-то триумфальная симфония. Где бы я ее не играл, всем нравится. А главное, и музыкантам, и толпе». Стиль Калинникова продолжает традиции русской музыкальной классики (композиторов «Могучей кучки» и П.И.Чайковского). Эта симфония по сей день прочно входит в репертуар и отечественных, и зарубежных оркестров.

Блестящий успех выпал и на долю Второй симфонии, произведения жизнеутверждающего, яркого, написанного широко, с размахом.

Одним из самых значимых произведений Калинникова является увертюра "Былина". Она часто исполнялась до революции, а вот в советское время ее долго не исполняли. «Былина» — единственное оркестровое произведение Калинникова, о времени сочинения и первого публичного исполнения которого нет никаких сведений (предположительно 1892—1893 годы). Партитура «Былины» была восстановлена по оркестровым партиям, сохранившимся в Государственном центральном музее музыкальной культуры (Москва), и издана Музгизом к 50-летию со дня смерти композитора — в 1951 году. Впервые после долгого перерыва увертюра была исполнена по радио 26 июля 1950 г. Видимо причина того, что это сочинение избегали исполнять, кроется в том, что один из ее фрагментов почти буквально совпадает с мелодией Гимна Советского Союза. И сегодня невозможно точно установить, является ли этот факт простым совпадением, или же Александров действительно знал «Былину». Есть сторонники и той, и другой версии. Сторонники версии плагиата аргументируют свою точку зрения тем, что Александр Васильевич обладал почти феноменальной музыкальной памятью, с точностью воспроизводя однажды услышанную мелодию даже спустя несколько лет. Ведь он начинал свою карьеру как регент Храма Христа Спасителя. Я тоже задумывался над этим вопросом, обсуждал его с коллегами, совсем недавно – с нашим коллегой по АТ Александром Хоменко. Мы единодушны в том, что совпадение неумышленное, идущее прежде всего от гармонической последовательности и начальной восходящей квартовой интонации, которая является неким символом патриотического подъема.

Композитор вступает в период наивысшего расцвета творческих сил, но именно в это время начинает прогрессировать открывшийся несколько лет назад туберкулез. «Шестой год борюсь с чахоткой, но она меня побеждает и медленно, но верно берет верх. А всему виною проклятые деньги! И болеть-то мне приключилось от тех невозможных условий, в которых приходилось жить и учиться», - читаем мы в одном из писем. Калинников стойко сопротивляется пожирающему его недугу, рост его духовных сил прямо пропорционален угасанию сил физических. «Вслушайтесь в музыку Калинникова. Где в ней признак того, что эти полные поэзии звуки вылились в полном сознании умирающего человека? Ведь нет следа ни стонов, ни болезни. Это здоровая музыка с начала до конца, музыка искренняя, живая» — писал музыкальный критик и друг Калинникова Кругликов. «Солнечная душа» - так отзывались о композиторе современники. Его гармоническая, уравновешенная музыка словно излучает мягкий теплый свет.

Композитор переселяется в Ялту, где 11 января 1901 года, за два дня до 35-летия, заканчиваются его дни. В октябре 1900 года, за 4 месяца до смерти композитора, в издательстве Юргенсона вышли партитура и клавир Первой симфонии, доставив много радости автору. Издатель, правда, ничего не заплатил ему. Однако гонорар он получил: группа друзей во главе с Рахманиновым собрала деньги по подписке, естественно, ничего не сказав композитору. Калинников вообще несколько последних лет вынужден был существовать исключительно на пожертвования близких, что для него, весьма щепетильного в денежных делах, являлось тяжелым испытанием. Но упоение творчеством, вера в жизнь, любовь к людям как-то поднимали его над унылой прозой житейских будней. Скромный, стойкий, доброжелательный человек, лирик и поэт по натуре — таким вошел он в историю нашей музыкальной культуры.

+90
571

0 комментариев, по

3 573 66 398
Наверх Вниз