"Опять душе опустошённой..."
Автор: АВ РомановЗавершаю обещанную выкладку стихотворений найденных в старых тетрадках и написанных этим летом. Сегодня, по-моему, замечательное стихотворение "Опять душе опустошённой...". Это текст романса. Он мне понадобился для произведения "Лишний вес. Инструкция по ликвидации." (Изначальный вариант произведения можно ещё прочитать. Как исчезнет, значит - дописал! Значит, редактирую. Значит, по новой будет выкладка, так как там много изменений). Текст стихотворения привожу вместе с отрывком из произведения (лишнее доказательство, что я работаю над продолжением). Кроме этого, есть озвучка, сделанная с помощью нейросети - https://vk.com/id486337422?w=wall486337422_2445 . Четыре варианта романса. Мой любимый вариант - первый (текст там чуть другой, но голос и подача - супер, на мой взгляд. Так, как надо для романа!). Но по комментариям с неких общих позиций второй и третий варианты признаны более привлекательными.
Стихотворение отправляется в сборник "Стих-творенья".
Оказавшись в воде, Ирэн успокоилась окончательно. Правда, до этого она слямзила с кухонного стола Флоры бутылку коньяка и как следует к ней приложилась. В ванне она даже начала грустно улыбаться, рисуя в пенной воде сердечки. Затянула модный романс:
Опять душе опустошённой
Мир кажется незавершённым…
Флора ушла хлопотать насчёт позднего ужина.
– Ир! – участливо сказала Ульянка, опасаясь оставить подругу одну. – Ты всегда такая сдержанная, надёжная. Что с тобой случилось?
Ирэн продолжала негромко петь:
… мир кажется незавершённым
Несовершенным и лишённым
Простых языческих чудес.
Истоком неземного света
Любовь пылает где-то. Где-то!
Но у весны, лишённой лета,
Нет шансов на осенний лес.
– Да что случилось-то?! Объясни! Хватит петь!
Но подруга её словно не слышала и продолжала:
Мир снова непонятный, зыбкий.
И сквозь фальшивые улыбки
Бреду тропой своей ошибки,
Страдая от сердечных ран.
Я кожей помню ваши руки!
Не скрипки стон, не вальса звуки,
Грохочет нотами разлуки
Судьбы злосчастной барабан.
– Ира!!! Ну какой барабан?!
Ирэн замолчала. Очень злые интонации были в её ответе:
– Любовь жестока, подруга! Как хорошо, что ты этого не знаешь.
Ульянка понимала, что ведьма сейчас должна сбросить весь негатив, который накопился в ней. Непонятно: что и почему произошло, но… Не надо молчать, вот! Она попыталась вывести Ирэн на откровенный разговор:
– Просто расскажи мне, что случилось.
Та отмахнулась:
– Может быть… Когда-нибудь… А сейчас я хочу просто остаться одна, Уль. Со мной всё в порядке.
И она опять замкнулась, напевая:
И вновь душе опустошённой
Мир кажется незавершённым,
Несовершенным и лишённым
Обычной мудрости земной.
Мечусь как зверь в смертельных ранах,
В тенетах липких, в чувствах рваных,
Возможно, только в ураганах
Я обретаю свой покой.
Вся в сомнениях, Ульянка покинула ванную комнату, оставив Ирэн наедине с её модным романсом. На кухне Флора хлопотала у плиты. Психея сгребла в кучу разорванную и испачканную одежду миниатюрной ведьмы. Спросила громовым шёпотом:
– Говорят, ведьмиесса Ирэн покрывается жгучей слизью во время… ну-у… того-этого… Получается, что и рвота у неё едкая?
Она растянула в воздухе остатки платья и белья ведьмы. Действительно, на ткани зияли дыры, и это было очень похоже на действие кислоты. Флора бросила мимолётный взгляд:
–Выброси всё.
–Да-а,– спохватилась Ульянка. – У вас есть бумага? Надо нарисовать Ире новую одежду. Как она домой-то поедет?
Психея опять сгребла в кучу тряпки Ирэн.
– Пойдёмте, покажу где бумага, – сказала она. – Как же нам без неё? Сплошные отчёты и документы.
В комнате-музее они нашли мирно спящего Бэзила. Словно он и не убегал из своей переноски.
– Ой, какой лапушка! Смотрите, – Психея обратила внимание на перевязанную лапу Бэзила. – Бедненький. Поранился как-то.
– Я с ним потом разберусь, – отмахнулась Ульянка, защёлкивая дверцу кошачьей тюрьмы. – Сейчас некогда. Где бумага?