Про деньги: не классический треугольник
Автор: Til WinterПредыстория чтения
Выход на другие поляны происходит по транзитам любимых авторов. Не рекламируя ресурс, назову только автора рассказа, который был с интересом прочитан. Знакомство с ним давнее, сложно сказать, что плодотворное - здесь я активный читатель, погружённый в созданный мир, который нравится продуманностью и возможностью искать смыслы, второе дно, а не только ритмически вибрировать на стекле экспрессивных сюжетов, где все умирают ещё банальнее и быстрее в котлованах с томатным соком, чем родятся котята...
Новый рассказ М.Лерой не отпускает до последнего слова. Дело даже не в сюжете, каждый похожее, может с меньшим накалом, проживал. Но сегодняшняя ситуация позволяет прожить такие повороты по-полной. Не отходя от экрана: родиться заново, умереть, убить, переродиться и еще раз зайти на круг, правда, с меньшей маной. Не отпускает рассказ той внутренней магией, которую наработало неоновое слово за последние десятки лет. Историзм, авантюра, конфликт - синергия удачных и не очень волнений и событий. Но живых, пока слова отдаются в глубине подсознания.
Чичиков был прав?
Русская копилка УНТ денежного строителя любви богата на алгоритмы. Едва научившись читать, ребёнок понимает о дружбе с позиции металла. Потом это правило с блеском перескажет Гоголь в монологе отца Чичикова, соединив величие копейки и ничтожность понятия "дружба" в двух пословицах: "Дружба - дружбой, а денежки врозь" и "Копейка рубль бережёт". Правда, со времен великого литературного поджигателя и идола Булгакова номинал копейки, уволенный с поля финансовых игрищ Минфином РФ, стал выполнять старый москвичок первой модели.
Настойчивая тройка: геометрия и номинал
Деньги. За них гибнут, благодаря им выживают. Особенно сегодня. Это из тех материй, смысл которой теряется, извлеки её из паутины человеческих отношений. То же можно сказать и про время. И то, и другое - порождение сознания, вторичного мира природы, созданного человеком. Покупаются не только вещи, отношения, а сегодня и время. Сюжет рассказа нанизан на события неклассического любовного треугольника, где соперники-друзья ухаживают и связывают надежды с одной девушкой.
"Диспозиция представляла собой самую романтическую картину из тех, что можно себе вообразить. Лунная ночь на Днепре, старый Александровский парк, запах цветущих магнолий и классический любовный треугольник. Парни - выпускники Херсонской мореходки, пылко влюблённые в юную и потому легкомысленную красавицу, только что признались ей в своих чувствах. Точнее, признавался один - Алексей Вареников. Его давний приятель Иван Разуваев молчал. Он вообще был немногословен от природы."
Такая фабула наиболее экспрессивно и выпукло в искусстве последнего времени выстрелила в бортковском "Бандитском Петербурге". Коллизия, как сохранить и дружбу, и любовь в тройственной монаде - посложнее, чем организовать бордель в гареме, в каждой увидев отсвет Катерины Матвеевны ...Интересно, смотрят ли сейчас космонавты перед полётом "солнце" (1969) Владимира Мотыля? Советские засмотрели до дыр, сделав картину частью целого церемониала по отлёту. Правда, финальный штрих этой не чайной церемонии имел отдаленное отношение к искусству, скорее нечто природное, напоминающее осенние письма собак на деревьях.
Но, возвращаемся к рассказу.
Выведенный конфликт - это не единственная сюжетная коллизия, которая повторится оттуда, из "Петербурга..": разведение друзей по разные стороны баррикад (власти и криминал, в рассказе красные и белые), тёрки между понятием дружеская солидарность и любовный эгоизм, и даже финал обоих героев, чем-то напоминает последнюю сцену сериала, где в означенном месте их ждут за пустым столиком кафе в Турции с символическим маячком - бутылкой водки.
Но если в сериале акцент делается на чувства, то в рассказе, обладающем особенностями художественного текста, таким визуальным связующим звеном выступают деньги и фатум.
Эта говорящая деталь появляется в самых значимых поворотах событий, как бы утверждая, что роль металла и его влияние на судьбу сильнее и человеческих чувств, и расположения звёзд. Хронология, указанная в названии через достоинство купюры, сужает фокал восприятия, но в то же время даёт детальные ориентиры для формирования художественного пространства.
Человек или кошелёк
Период первой русской революции (1905) начало шатаний социальной формации русской империи, связанное с пришествием Николая Второго (Кровавого). Номинал в три условных единицы (любимое число бога) - для людей, хотя бы поверхностно сохранивших исторические ориентиры, говорит о сумме, как вполне убедительном показателе состоятельности их обладателя.
Реальные события в рассказе сдвинуты на 11 лет от даты выпуска купюры и предваряют самое кардинальное событие прошлого — 1917 год. На три рубля в начале XX века можно было купить килограмм листового чая, 0,9 кг чёрной икры, 1,5 кг красной икры, рубаху, 5-6 раз полноценно пообедать в трактире, оплатить 3 дня в неплохой гостинице, купить 120 яиц, 6 кг свежей рыбы или мяса.
Банкнота ведёт сюжет, как гид любителей и дилетантов искусства по коридорам Эрмитажа, рассказывая самые интересные факты об авторах произведений искусств. Деньги незримо, с шапки названия появляются сразу после завязки (признание героев и предоставление права выбора на отношение героине), в которой теория вероятности расположена в пропорции фифти/фифти. Два влюблённых - один предмет, который не знает, кого выбрать, выбирая обоих и не отказывая никому, ситуация создаёт матрицу выбора неопределённую во времени. В системе этих отношений и рождается следующий вариант с реализацией фатума в виде шанса, но там прежние условия рассыпаются на количество ставок.
цитата
" - Всё готово! Начинайте! - махнул худощавый, приняв от Алексея три рубля бумажкой.
Все заорали хором: 'Un, deux, trois!' И схватка началась."
На волне Бахуса и гипноза
После неудачного признания, друзья, один — с желанием, другой — скорее с неохотой, идут проветрится в питейное. В трактире идёт то ли празднование, то ли расслабление от суровых инерционных дней учёбы, где посетители затевают то, что сегодня зовётся армрестлингом. Купюра появляется не просто как деньги, а как ставка одного из главных героев на победителя. И это первое её приращение. Здесь деталь не только соединяет хмельной дух студенческой вольницы, но и идентифицируется, как явление частного характера - принимающий ставку помечает дензнак эмоцией удивления размеру риска - и это тот путеводный канал, который не позволит купюре раствориться в море другой наличности.
"- Держи, Вареников, - протянул он Алексею несколько банкнот, одна из которых - те же, положенные ранее в фуражку, три рубля, - ну и везунчик ты! Давеча билет счастливый на экзамене вытянул, теперь вот деньгами разжился. На скачках не пробовал играть? Или в рулетку?".
На подсознательном уровне маячит известная истина, напоминая любимый образ Верещагина с его романсом "Не везет мне в смерти, повезет в любви", а с ним и известная байка о том, что везти может либо в карты, либо в любви, но не одновременно. Эта разбивка неоднократно исторически опровергалась, и показалось, что автору стало интересно провести своих героев именно по этой колее. Итак, ситуация в трактире для сюжета и монетизации решилась в пользу более коммуникабельного и открытого героя - Алексея Вареникова. Его деньги не просто вернулись, а приросли процентами - деньги, приобретённые за счёт чьих-то сильных рук.
Тотализатор и счётчик
Это такой пассивный азартный доход, который долгое время был в Союзе под запретом, хотя, по словам и воспоминаниям Довлатова, неплохо процветал в подпольных тотализаторах на скачках, в шаровнях и в криминальной среде Прибалтийской вольницы. По сути, это явление можно сделать противовесом такого как "поставить на счётчик". Где фатум имеет отрицательный знак и вполне осязаемые последствия, выписанные обычными людьми, а не желаниями героя. Ситуация "счётчика" в жизни аллегорически включается почти ежедневно десятками бытовых ситуаций и социального общения, правда, не носит выраженного бюрократического характера.
Это обычная причинно-следственная связь, которая задействована по умолчанию на каналах эмоций и резонанса на их возникновения, чаще эмоций отрицательных. Капля раскалённого масла упала на кисть - ожог, сосулька с крыши - ушиб, скользкий мокрый мраморный пол и служитель молится лёжа....Хотя, сегодня в обычной схеме "угол падения равен углу отражения" есть нюансы, предсказанные великим автором "Пиковой дамы" - здесь мстят за любовь, убивают за подарки и нагибают за сострадание. Но в рассказе этот мотив не встречается, разве только пару раз в мыслях главного героя, проклинающего владельца полумифической конторы.
Если в кране нет пива
Тема ростовщичества, чаще всего раскрытая с соблюдением некоего классического императива по распределению ролей, и в этом рассказе не отступила от канонов. Нужно отметить, что в тексте нет развилки между признанием богоизбранного народа и антисемитизмом. Но владелец странного бюро ставок - не работает грузчиком - как любили пошутить в совке над элитарностью выбираемых профессий. Аарон держит странный тотализатор, который почти фантастическим образом ткется автором из "всего, что было" в сознании разгоряченного и еще пьяного героя. Происходит это не единожды. И каждый раз появление конторы со ставками сродни гипнозу или мороку:
" 'Что здесь? - Думал Вареников, - разве есть место в Херсоне, где я не бывал? Ещё мальчишкой всё излазал вдоль и поперёк. Что тут того городу... Вот же я дурак! Это ж Забалка! Точно! В газетах писали, что поставили новый мост, а я с учением, да экзаменами и забыл!'
От радости узнавания пошёл быстрее, зная, что, свернув здесь налево, можно выйти к реке, а там дворами рукой подать и дома. Однако переулок опять был незнаком. 'Что за чорт меня кружит?! Видать, водкой того чорта зовут'."
и второй раз
"Перешёл по мосту и через минуту очутился на Забалковском майдане. Погода вдруг резко поменялась, с реки налетел низовой ветер, погнал грязные обрывки по пустым торговым рядам. Со стороны оврага выбежала стая бродячих собак, блестя впотьмах на Алексея зелёными злыми глазами.
'Тапетум... Светоотражение, как в перископе, - мелькнули ненужные в моменте знания, - вот же забрёл опять, чорт понёс'. "
И сложно предположить, то ли это фантом частного пространства молодого мичмана, то ли реально существующий не очень приятный по описанию мирок старика Аарона с висящей на носу каплей пота и меловой доской для принятия ставок. Если мифически представить путь купюры от трактира к тотализатору, то те волны эмоций, которые несут героя - экспрессия бахуса, разочарование в отсутствии любовной развязки, кровавое пророчество цыганки, сделанное в трактире, то человеческий остов там более присутствует не как социальная единица, а как статист или штатив, логистика переноса денег из одной ситуации шанса в другую.
Прежде, чем впервые отправиться к старому еврею, деньги прошли вместе с героем еще один круг ада.
" Алексей слушал как заворожонный.
- Достань бумажную деньгу, погадаю тебе на судьбу.
Алексей достал всё те ж три рубля.
- Сложи вчетверо, теперь пополам, ещё раз... Держи в правой руке, никому не показывай. Дай левую руку, - продолжала цыганка, стреляя глазами по сторонам, - долгая дорога тебя ждёт за пять морей. Женщина на берегу, мучается, плачет. Чёрным вороном обернулся твой враг и терзает её сердце. От одного кровавого покрывала убежишь, к другому прибежишь. Смерть свою найдёшь в железном яйце, яйцо в утке.
- Эй, пхэнэ ! Деньги-то верни!
Поплывший от водки и цыганского гипноза Алексей очнулся и увидел Ивана, стоящего справа от гадалки, крепко держащего её за запястье. Женщина выдернула руку и бросила смятую бумажку на стол.
- Э! Гаджо ! Сам за него пропадёшь ни за грош, ходи, оглядывайся! - Прошипела, плюнула Ивану под ноги, вернулась к гитаристу и, как ни в чём не бывало, затянула 'Кай ёнэ' под гитарный перебор."
Переадресация рока на друга
В трактире, разгорячённому победой Алексею, цыганка, у которой отняли законную добычу после сеанса классического гипноза, обещает страшное будущее. Попали ли эти слова в сознание адресата - сказать сложно. Судя по его состоянию экзальтации - вряд ли, скорее, они рухнули в глубокий подвал подсознания, работая оттуда на ключах слов в удобных для них обстоятельствах. Но это страшное пророчество принимает на себя его молчаливый визави и друг - Вано.
Ромалы легко переадресовывают свои проклятья и скоры на слова, вылетающие с экспрессией рвущихся струн гитары. Теперь карма отмщения нависла над соперником и другом. Двойной удар со стороны отношений. Дружеское поле эмпатии, пробитое цыганской ворожбой, подселяет демонов недоверия к другу. И тут, слетев с поля прежних отношений, оставаясь только в зоне действия паттерна "соперники", Алексей начинает играть роль не свою, уже не как кий, а как пущенный в лузу шар.
"Вареников встал, покачиваясь, пьяно-растроганно обнял друга. Но как только за Иваном закрылась дверь трактира, в хмельной голове его зародилась странная мысль, что друг собрался к Сонечке, что они сговорились заранее, потому и не сказал, куда идёт."
Животворящий символ
Вот в таком состоянии внутреннего развоплощения купюра и её владелец попадают к букмекеру Аарону. И там ассигнация подвергается явлению идентификации. Чтобы ставка была именной, в углу купюры появляется небольшой символ. Этот символ, прошедший через века, в последнее время снова набирает силу. Но если раньше он был связан с ритуальными религиозными нарративами, то сегодня это классический формат топографических игрищ владельцев цифровых гигантов на доверии аудитории.
Сознательно не говорю, как бумажные деньги стали активатором этой темы судьбы, рока и любви. Связка "цыгане"-"евреи" для человека, развращенного советским кинематографом, незримо ведёт к классике остросюжетной социальной комедии-драмы в кино.
Один из последних захаровских фильмов удалось посмотреть в премьерное время в столице, тогда еще Союза. И там нарратив проблемы "пятого пункта", плавно переросшего в тему пятой колонны, был аллегорически переадресован к цыганам. Это были изгои, ставшие мотиватором и драйвером войны с непредсказуемым настоящим и болеющим душой бургомистром.
Национализм, как явление, в рассказе только фоново может быть прочтен и то, человеком, осведомленным в истории вопроса. По тем скупым описательным фреймам, которые сопровождают, казалось бы, второстепенного персонажа.
" Из-за конторки блеснула лысина.
- Что хотели, молодой человек? - Лысина принадлежала пожилому еврею с бельмом на правом глазу. - Желаете сделать ставку?"
Самую необычную ставку на себя самого обнаруживает главный герой в конторке старого еврея.
Без земли и государства: кочевники времён
И здесь тема денег, фатума и металла - как бы соединяют две нации по уровню отторжения их социумом и гонений. Отсутствие государства у обоих этносов имеет разные истории. Один в качестве изгоев и сорокалетних мытарей по пустыне запомнится из теософской сокровищницы мифов, другие — как свободолюбивые кочевники и огненные исполнители любовных романсов, конекрады и предсказатели. Но так или иначе в сюжете рассказа связаны именно евреи и цыгане, а значит, подразумевалась некая внутренняя коллизия, заложенная в основной конфликт. А сегодня, у многих ли есть земля отечества под ногами, даже если формально ковыряешься в зимней каше стаявшего снега.
В восприятии обывателя, и тем и другим деньги, грубо говоря, достаются на халяву, благодаря умению играть на слабых струнах людей: желании знать своё будущее, получить некий магический артефакт для усиления положительных шансов, возможностью связей и случайного, но крупного заработка. В известной апокрифической литературе о цыганах есть байка о том, что после того, как гвозди к кресту отказались доставить остальные, режиссеры казни обратились к цыганам и получили желаемое. За это свободолюбивый народ прокляли. Еще один штрих связки двух наций: одни создают миф и религию, другие играют роль статистов в качестве назначенных иуд.
Тема проклятия и цыганского предсказания формализовалась во встрече героя и владельца необычной букмекерской конторы. Но если в первом цыганском эпизоде деньги выступили на волне обычного явления "отказ оплаты через посредника и последующее проклятие", то в ситуации с Аароном всё сложнее. Там тема вплетается в канву противостояния завязкой рассказа - любовной линией. А волны простого неплательщика и любовного отказника по своему уровню сильно отличаются. Первое - вполне бытовое явление, второе - затрагивает самые глубинные сферы существования человека. Вообще всё, связанное с его жизнью - от первого дыхания до последнего вскрика агонии.
И те две вещи, придуманные до него - время и деньги - очень часто являются не дирижерской палочкой, под взмахи которой звучит прекрасная "Лунная соната", а парной барабанной дробью, которая раньше сопровождала публичные казни. В принципе, любой уход можно назвать казнью, с невидимыми палачами: болезнью, старостью, стихией и войной. Но везде ли в литерном ряду деньги и рок тасуют статичные колоды людей? Хоть иногда, хоть что-то решает чувство?
Любовь, дружба...пиксель...
Купюра появится в финале, связав, а может быть, развязав этот не классический треугольник в сознании читателей. Метили ли вы когда-нибудь чужие купюры? Осторожно, они могут вернуться словом, упавшим во время, восставшим из фрактала прошлого, растворяющим минуты и секунды на сотни пикселей экранного миража. Но, есть новое, неожиданное и еще не совсем пойманное властями: биток не пометишь простым карандашом, загибая уголок гербовой бумаги...А то, что владелец Tesla и 47-й планируют устроить кубитовый ад блокчейну - пока только невероятное будущее, и что-то может пойти не так...
Может быть потому, что дружбу убить сложнее, чем поймать чужую любовь на смятую в гипнозе купюру.