Как «тусовочка» убивает фильмы и книги

Великий режиссёр Джеймс Кэмерон, создатель «Терминаторов», «Чужих» и «Аватаров», рассказал, что организаторы «Оскара» недолюбливают научно-фантастические фильмы вроде «Аватара» и «Дюны».

Дени Вильнёв снял две невероятные части "Дюны". Похоже, эти фильмы сняли себя сами, потому что его даже не включили в список номинантов.

Я читаю это и думаю: как же знакомо! Хотя от моего «Божественного мира» до мировых блокбастеров Кэмерона и Вильнёва – как от земли до неба. Но подход всех номинаторов один и тот же, никакой разницы в этом между Америкой и Россией нет.

Номинируют то, что знают и любят сами, что греет эго, кажется близким, понятным, предсказуемым, то, что «в струе».

А всё незнакомое, непохожее, нетривиальное, неоднозначное, своеобычное – пытаются отсечь, унизить, обесценить. И главное – проигнорировать, сделать вид, что оно ничто и звать его никак, оно не стоит внимания богемной тусовки, его не существует, оно – всего лишь развлекалочка, которой балуются чудики вроде Кэмерона и Вильнёва.

Или меня. Или – вас, если вы достаточно уверены в себе, чтобы создать что-то новое, своё, не «в струе».

С прошлого века, сколько известен мой «Божественный мир», наш фэндом делает вид, что его не существует. Ни наград, ни даже номинаций. И это несмотря на отзывы – от восторженных комментариев в соцсетях до академических рецензий в научных журналах. Были среди них и те, кто прямо сравнивал «Божественный мир» с «Дюной» Герберта.

Наглядный пример, как и почему это происходит, даёт знаменитый критик и номинатор Василий Владимирский. Он очень плодовит, хорошо разбирается в мейнстримной фантастике, всегда топит за «тусовочку», как её понимает. Охотно покровительствует авторам и книгам, которых знает сам, кто ему близок, продвигает их и номинирует, где только можно.

При этом страшно далёк от тем истории, культуры и политики. А «Божественный мир» – как раз такая фантастика, где эти темы превалируют. Но для Владимирского автор и сам труд – пустое место, меньше, чем ничто. Так, в отношении «Божественного мира» он выбрал следующую тактику: если о книгах ничего не будут знать, если отсечь автора от любых номинаций, от сообщества поклонников фантастики, то не придётся ими, этими книгами, заниматься, – тем, от чего страшно далёк – читать, вникать в эти книги, писать о них и номинировать. В наш информационный век всё, о чём не говорят, о чём молчат – не существует.

(Про «Хайборийский цикл» Толуэлла и говорить нечего – такое вовсе не воспринимается, никак. Ни единого упоминания вообще нигде и никогда. Даже тогда, когда книги Толуэлла выходили массовыми тиражами и были культовыми.)

А «верные читатели», вместо того чтобы отстаивать свои любимые книги и их автора, то есть формировать запрос на них, – при первом же сопротивлении «тусовочки» сливаются, как будто их и нет. Вот почему тактика Владимирского работает.

Ну, и кому от этого стало лучше?

Возвращаюсь к тому, с чего начал, к словам Кэмерона. Похоже, и «Божественный мир» написал сам себя.