Роман с новогодним вайбом

— По идее я должен осмотреть дом, но зачем? Я и так знаю, что за время твоего проживания исчезла кофемашина и несколько десятков книг. Но, думаю, я это как-нибудь переживу. Поэтому вместо осмотра предлагаю сварить глинтвейн и пойти с ним к морю. Что скажешь?

— Отличный план, — кивнула Агата, мысли которой были заняты другим. — Только, боюсь, у меня нет ни вина, ни апельсинов, ни…

— Я все принес, — перебил ее Ольгерд. — И могу даже лично заняться варкой. А то до этого все время ты меня угощала. Пришло время отдавать долги.

— Вовсе нет,— запротестовала она. — Ты первым угостил меня. Помнишь те булочки и круассаны? Они навечно в моем сердечке. И потом ты водил меня в кафе.

— Ладно, мы квиты, поэтому давай готовить глинтвейн вместе.

Агата с невероятной остротой осознала, она готова что угодно делать вместе с ним. Варить глинтвейн, разбирать книжки, ходить по магазинам, гулять по ночам. Вообще неважно что, главное — вместе. И надо быть последней дурой, чтобы упустить шанс продлить это “вместе” еще на месяц.

Она с трудом удержалась, чтобы не выложить свои мысли сейчас же, но усилием воли заставила себя сосредоточиться на выдавливании в вино сока из апельсиновых долек, добавлении нужного количества меда и пряностей. Когда глинтвейн был готов, они налили его в те самые демонстрационные картонные стаканчики с дизайном салона, оделись и направились в сторону пляжа.

И вот, стоя почти у кромки воды, сделав очередной большой глоток пряного горячего вина, Агата наконец-то набралась храбрости заговорить.

— А что бы ты сказал, если бы я действительно решила остаться и продлить договор аренды еще на месяц? — с замиранием сердца спросила она.

— Сказал бы, что очень рад, — Ольгерд смотрел на нее с мягкой задумчивой улыбкой.

— Серьезно?

— Абсолютно. А что тебя удивляет? Я сразу сказал, что дом зимой особо не сдашь, поэтому ты — очень выгодный клиент. Не говоря уже о том… — Ольгерд замолчал, зато его проникновенный взгляд показался Агате очень красноречивым.

— О чем?— пересохшими губами прошептала она.

— Ах вы, паршивцы! — внезапный визгливый крик разрушил хрупкую гармонию момента. — Опять на пляже бухают! Да сколько можно-то?! Я сейчас полицию вызову!

Из темноты навстречу к ним устремилась внушительного вида женщина. Но больше ее роста и комплекции, и даже упомянутой ею полиции Агату смутил сопровождавший сердитую леди доберман без поводка и намордника.

— Все-все, мы уже уходим, — Ольгерд поднял руки в примиряющем жесте.

А потом схватил за руку Агату и почти бегом потащил ее в сторону дома. По дороге они захлебывались от смеха.

— С чего она взяла, что мы бухаем? — сквозь приступы хохота возмущалась Агата. — В стаканчиках могло быть что угодно! Сок или кофе, например.

— Но там было вино, — парировал Ольгерд. — И мы действительно бухали. Должно быть, ее пес учуял в нас алкоголиков. Многое в моей жизни случалось, но собаками меня еще не травили.

Еще больше новогоднего и просто зимнего настроения в романе с говорящим названием  Теплая зима у холодного моря. Его герои действительно умеют наслаждаться зимним временем и заражают этой любовью читателей.