Новый год в наших книгах и в жизни

«Новый год к нам мчится, скоро все случится...»

А пока еще не настал, примыкаю к флешмобу Насти Котельниковой и хочу вам рассказать про один странный Новый год из моей жизни. Который очень удачно вписался в книгу «Родное гнездо», это 8 глава, если кому интересно, можете почитать.

Поехали!

Декабрь 1976 года, Город, ул. Затинная, 11 лет

Часы ползли слишком медленно, не желая покидать насиженную метку «одиннадцать». У окна тихонько бубнил телевизор. Этот Новый год Торик впервые встречал один-одинешенек. Бабушки просыпались очень рано, как привыкли в деревне, зато уже к девяти вечера начинали клевать носом и отчаянно зевать. Вот и сегодня они улеглись спать еще до десяти, и теперь звуки телевизора дополнял храп на два голоса.

Торик достал из холодильника шоколадный торт, который купила бабушка. Мм, как вкусно пахнет! Но нет, прямо сейчас нельзя. Честно дождемся Нового года.

Елку они не ставили, зато бабушка принесла несколько еловых веток, устроила их в вазе, как букет, а Торик прицепил пяток игрушек. Даже бабушка Маша решила поучаствовать. Раздобыла несколько клочьев старой ваты, темными, как у цыганки, морщинистыми руками подгребла вату вокруг вазы потуже и удовлетворенно добавила: «Вот тахтавота! Вона ужотку во снягу растеть!» Торик привычно перевел для себя: «Вот так. Она ведь растет в снегу». Сам он легко понимал бабушек, но замечал, как другие люди замирали, пытаясь сообразить, что же те сейчас сказали.
«Бомм!» — пробили часы половину двенадцатого. Торик решительно поставил чайник на газ и подвинул торт поближе: «Возьму и съем не два кусочка, а целых три!» Состояние дурацкое: грустно, но никто не виноват. Праздник, но одному как-то не праздновалось.

Чай со слоном заварился отлично. Теперь торт — как же его отрезать, если шоколадная глазурь такая толстая? Торик взял нож побольше и отпилил сразу четверть круга. Засмущался и поделил эту четверть на три кусочка. «Вот тахтавота!» — чуть слышно передразнил он бабушку и усмехнулся. Торт оказался даже вкуснее, чем он ожидал, и настроение сразу поднялось. По экрану телевизора полетел черно-белый серпантин, снежинки закружились вокруг елки. Нарядные дикторы открывали «Новогодний огонек».
Торик потянулся за следующим кусочком торта и удовлетворенно подумал: «Ну, здравствуй, семьдесят седьмой!»