Интервью и мини-игра конкурса "12 голосов": член жюри Алена Корф

"Интервью" - регулярная рубрика конкурса "12 голосов". В конце интервью мини-игра с призом от гостя рубрики
В сегодняшнем выпуске: о жести, байках, Калифорнии, творчестве и душе. 

Monkey: Добрый день, дорогие читатели. Сегодня у нас в гостях член жюри конкурса "12 голосов", приглашенный литературный эксперт, писатель - загадочная, но огненная Алена Корф. С Аленой мы вместе уже прошли некоторый путь, повидали некоторое интересное, и я очень рада, что она согласилась стать частью команды "12 голосов". Алена, здравствуй! Спасибо тебе большое за все, что ты уже делаешь для конкурса. В тебе я нахожу неизменную поддержку, дающую силы двигаться дальше. Когда я на несколько дней осталась без связи именно благодаря тебе прием конкурсных заявок шел своим чередом. А уж как нам предстоит отжечь в марте при подведении итогов конкурса - и говорить нечего! Так и вот вопрос, ставший уже традиционным для моих интервью - почему ты согласилась на такую авантюру, как "12 голосов"?

Алена: Здравствуйте! Спасибо тебе за такие слова. Мне очень приятно. И от них правда хочется выпрямить спинку и налить себе кофе покрепче… «12 голосов» для меня не столько авантюра, сколько ощущение праздника. Люблю движуху. Я всегда была «активисткой». Мне нравится ощущение командной работы. Когда каждый делает своё, но в итоге получается нечто большее, чем сумма усилий. В этом есть особая энергия. И азарт тоже есть, куда без него. Так что я согласилась вообще без раздумий. Поддерживать процесс, помогать ему не рассыпаться, быть рядом, когда нужно — для меня это естественно. А если при этом ещё и «отжечь», значит, всё идёт как надо.

Monkey: Вообще я подозревала, что к организации конкурсов ты относишься неравнодушно. Для наших читателей поясню - с Аленой мы познакомились когда я только зарегистрировалась на АТ и искала способы поведать миру о себе. И совершенно случайно, волей неизвестных мне сил, я наткнулась на конкурс Алены "Жесть". Написала ей, слово за слово, предложила стать спонсором конкурса, а Алена включила меня в жюри, ну и понеслось... И раз уж зашла такая речь - расскажи о "Жести"? Как вдруг родилась идея провести такой конкурс, а для тех, кто не знает - расскажи о чем он, и главное - с чем ты связываешь его успех? Да, я считаю успех "Жести" событием свершившимся, ведь количество поданных на него рассказов бьет рекорды среди пользовательских конкурсов.

Алена: Да, с конкурсами у меня, действительно сложились особые отношения. Я очень часто участвовала в разных конкурсах. Лучший результат - второе место в «Легионе Лавкрафта». И вот захотелось самой организовать движуху. «Жесть» родилась довольно просто. На АТ много хороших, интересных, умных текстов, и при этом катастрофически мало пространства, где автору можно было бы не быть аккуратным. Где можно писать не «как надо», а как хочется. Без оглядки, без сглаживания углов, без попытки понравиться всем сразу. Так появился конкурс, который изначально задумывался, как такая возможность. «Жесть» — это не обязательно кровь, мрак или шок (хотя и это тоже), а свобода. Тексты о страхе, боли, телесности, предельных ситуациях, экстремальном, внутренних сломах, неудобных мыслях — обо всём том, что обычно выносят за скобки. Почему он «выстрелил»? Думаю, потому что многие авторы давно ждали разрешения писать неудобно. Когда правила не сдерживают, а наоборот поощряет. Когда жюри заранее говорит: «Да, мы готовы это читать». Для пишущего человека это важно. Ну и, конечно, сыграло роль сообщество. Очень быстро вокруг конкурса собрались люди, которые умеют не только хорошо писать , но и читать уважительно и без морализаторства. Это сочетание, пожалуй, именно оно сделало «Жесть» тем, чем она стала. Так что да, я тоже считаю её успех состоявшимся. И каждый раз, когда вижу количество и качество присылаемых текстов, думаю: значит, эта моя задумка была не зря.

Monkey: Абсолютно согласна! Теперь наконец я спрошу о самом интересном - о тебе. Алена, вот уже скоро юбилей - пять лет как ты живешь на АТ. С чего начался твой писательский путь? И когда? Твое сердце отдано литературе?

Алена: Да, пять лет на АТ. Это срок. Целая жизнь, можно сказать. Мой путь автора начался задолго до регистрации на площадке. Начался, как это ни банально звучит, с чтения. Я с детства читала очень много и не по возрасту серьёзно. Научную фантастику, хорроры. Совсем не детские книги. Меня всегда тянуло туда, где есть неизвестное, граница между обыденностью и чем-то иным. Чтение незаметно перетекло в писанину. Мне хотелось самой написать то,что бы мне было интересно прочитать. Сначала это было, конечно, довольно наивно и подражательно. Самые первые тексты появились ещё в третьем-четвёртом классе. Рассказы про космических пиратов, дальние полеты, опасные планеты. Сейчас это звучит умилительно, но тогда всё это было для меня абсолютно всерьёз. Потом тексты становились сложнее и осознаннее. Подражание постепенно уступало место попытке понять,как я хочу рассказывать собственные истории? Это был долгий и не всегда успешный процесс, но очень живой и увлекательный. Был ещё период написания, как бы сейчас сказали, фанфиков по Ефремову. Очень уж я была не согласно с позицией (по многим вопросам) этого писателя, вот и устроила такую своеобразную «полемику» Кстати, часть моих ранних рассказов до сих пор существует физически — в старых тетрадках, которые хранятся на бабушкиной квартире. Это мои личные археологические артефакты, следы того периода, когда желание рассказывать истории было, а умения для этого ещё не хватало. Кстати, на АТ есть рассказ, который я написала лет в двенадцать, «Контакт на Мегане», очень наивная вещь, конечно. Отдано ли моё сердце литературе? Да — безусловно. Литература для меня (как в смысле чтения, так и в смысле авторства) это способ думать, чувствовать, исследовать и разговаривать с миром.

Monkey: И сразу давай сделаем контраст - какой была твоя жизнь до того, как ты посвятила себя литературе? Чем занималась, где училась или работала, о чем мечтала?

Алена: Если кратко, моя «долитературная» жизнь была долгой, обстоятельной и довольно академичной. Я много и упорно училась. Сначала в СПбГУ. Университет, магистратура. Потом — уже в Калифорнии. Наука, исследования, статьи, конференции, бесконечные тексты, только совсем другого рода, не литературные. Я занималась социальной психологией, и в какой-то момент была абсолютно уверена, что именно в этом и состоит мой путь. Научная карьера, саморазвитие, признание, всё по классической схеме. Некоторое время так и было. Исследовательская работа, ощущение интеллектуального напряжения, интерес к тому, чем я занималась. Это мне тогда по-настоящему нравилось. Но постепенно стало ясно, что даже любимая область может превратиться в рутину. В замкнутую систему, где ты всё время должна соответствовать, доказывать, вписываться. Выгорание подкрадывается незаметно, а потом вдруг обнаруживаешь, что мечта, которой раньше горела, больше не даёт энергии и удовлетворения. После этого был период преподавания в колледже. Уже скорее как попытка найти компромисс. Попытка, скажем так, не самая спокойная. Закончилось это довольно резко, неприятно и совсем не академично — с оттенком пикантности, который я, пожалуй, оставлю за кадром. Стало окончательно ясно, что я больше не хочу жить в системе, где от меня ожидают одного, а я нечто совсем другое на самом деле. А совсем краткий период работы в качестве эксперта в правоохранительной системе я вообще в расчет не беру - слишком непродолжительный опыт. О чём я мечтала тогда? Наверное, о свободе. Хотелось думать, чувствовать, говорить, действовать честно и открыто, не упаковывая себя в удобные кому-то формы. И в этом смысле литература оказалась отличным решением. Тут я могу говорить, что хочу, без норм и стандартов. И наконец мне стало по-настоящему дышать легче.

Monkey: А сейчас как писатель - какая ты? Про себя в профиле ты пишешь, что графоманка, но это слово обычно носит негативный оттенок, насколько мне доводилось слышать. Что ты вкладываешь в него и почему?

Алена: Сейчас как автор я, наверное, прежде всего — живая, со всеми плюсами и издержками этого состояния. А слово «графоманка» я использую вполне сознательно и, можно сказать, с нежностью. Да, у него действительно есть негативный оттенок, как у многих ярлыков, которыми обычно пытаются отмахнуться от явления, не вдаваясь в суть. Но для меня графомания — это не отсутствие вкуса, а необходимость писать. Невозможность не писать. Внутренний импульс. Я много пишу, часто, иногда запоем. Хотя бывают другие периоды - апатии. Иногда текст не отпускает, пока не будет написан. В этом смысле да — я графоманка, и мне с этим словом комфортно. Оно снимает пафос, убирает ложную серьёзность и позволяет не изображать из себя «писательницу с большой буквы». Я не профи, ни в коей мере. Продвинутая любительница. Но при этом я очень серьёзно отношусь к качеству, к языку, к внутренней гармонии и логике текста. Графомания для меня — не оправдание небрежности, а, наоборот, топливо творчества. А дальше уже вступают в дело саморедактура, критическое мышление и способность выбрасывать лишнее. Не всё, что написано, обязано быть опубликовано. Так что я называю себя графоманкой с улыбкой и без самообесценивания. Я люблю процесс. Я пишу прежде всего для удовольствия (как и всем в свой жизни, я занимаюсь литературой для собственного удовольствия). Иногда тексты просто сами хотят быть написанными. И я им в этом не мешаю.

Monkey: Еще очень интересен твой принцип "Мое творчество всегда и для всех будет бесплатным". Это довольно необычно, с учетом того многие авторы на АТ продают доступ к своим произведениям (и лично я в этом ничего плохо не вижу). Мне почему-то вспомнился Робин Гуд. В самом звучании этого принципа есть некоторое благородство. Расскажешь о нем подробнее?

Алена:  История с этим принципом на самом деле куда менее героическая, чем может показаться со стороны. Никакого зелёного плаща и лука за спиной. Я совершенно спокойно отношусь к коммерческим авторам. Просто это не мой путь. Я давно поняла одну важную для себя вещь: как только в чем либо появляются деньги, у меня пропадает интерес. Там, где было удовольствие, появляется обязательство. Там, где была внутренняя свобода, возникает скованность и лень. А вместе с этим исчезает то состояние, ради которого я вообще что либо делаю в своей жизни - состояние собственного удовлетворения. Для меня писательство это форма личного удовольствия. Это пространство, где я делаю что-то ради себя. В таком уравнении деньгам просто нет места. Они ломают мотивацию и превращают интересное занятие в еще одну разновидность работы. А работать… спасибо, больше не хочется. Поэтому принцип бесплатности. Это не благородство и не демонстративность. Это сохранение интереса, удовольствия и желания писать дальше. Пока писательство остаётся игрой, удовольствием и радостью — я пишу. Как только оно станет обязанностью, я, скорее всего, просто перестану. Так что да, мои тексты всегда будут доступны бесплатно. Не из щедрости, не из позы, и не из протеста, а из моих вполне эгоистичных соображений. Мне так хорошо. А если читателю тоже хорошо, значит, всё сложилось идеально.

Monkey: Кстати, мне тут ветер нашептал, что ты берешь идеи для своих произведений из снов. Это правда или не стоит доверять всяким воздушным движениям? Откуда ты черпаешь писательское вдохновение и силы?

Алена: Воздушным движениям иногда всё-таки стоит доверять. Да, часть идей иногда (изредка, но бывает) действительно приходит во сне. Это не история целиком, а отдельная сцена, образ, ощущение, что-то очень яркое и цепкое. Потом я уже наяву начинаю это раскручивать, задавать самой себе вопросы, искать, во что это может вырасти. Например, задумка (еще не реализованная) «Ловушки для муравьев» вообще пришла ко мне под наркозом, когда я отходила от операции. Или «Третий лишний» — там тоже всё началось с одного сна, с короткого фрагмента. Вдохновение - вещь хаотичная и не очень дисциплинированная. Оно может прийти из совершенно обыденных источников: из музыки, из случайной фразы, из настроения, из какого-то внутреннего напряжения, которое требует выхода. Иногда текст начинается не с задумки или идеи, а с образа, или даже состояния, и уже потом к нему подтягиваются слова, смыслы, сюжет, форма. Силы, пожалуй, берутся там же. Я стараюсь быть внимательной к этим моим внутренним импульсам — будь то сон, музыка или просто ощущение. А дальше уже дело техники.

Monkey: Но при этом твое самое читаемое произведение - автобиографичные "Осколки". Я, как большой любитель историй, основанных на реальных событиях, горю желанием поговорить о них! Приготовься к граду вопросов. Хотя сначала выражу свое восхищение: чтобы говорить о своем прошлом честно и открыто на широкую публику нужна смелость. Сама бы я не решилась дать кому-то в руки такую информацию о себе из страха, что ее используют потом чтобы кольнуть в мягкое и уязвимое, розовое, как животик ежа, место. Вот так открыться, можно сказать, обнажить душу перед всеми. Как ты решилась, как родились "Осколки"? Не было ли страшно и не жалеешь ли ты теперь?

Алена: Да, «Осколки» — это особая история, и я понимаю, почему вызывает вопросы. Наверное, начну с главного: я не садилась писать это с намерением быть смелой или откровенной на публику. «Осколки» родились как форма самопсихотерапии. Как попытка разобрать свое прошлое. разложить на фрагменты, назвать вещи своими именами, вернуть себе контроль над тем, что когда-то было болезненным и хаотичным. Когда ты переводишь своей жизненный опыт в текст в этом есть успокаивающий эффект. И именно из этого внутреннего процесса и выросли «Осколки». Было ли страшно? Честно — нет. Страх обычно появляется там, где ты ещё не до конца поняла, зачем это делаешь. А здесь у меня была очень ясная внутренняя цель. Кроме того, автобиография это всегда интерпретация. Я рассказывала историю так, как могла и как считала нужным. Жалею ли я теперь? Тоже нет. Потому что этот текст уже выполнил свою главную функцию — он помог мне. А то, что он оказался интересен и для читателей, стало приятным и немного неожиданным сюрпризом.

Monkey: А когда приступала к написанию автобиографической повести, строила ли ты какие-то ожидания на ее счет? Они оправдались? Как ты отнеслась к тому, что "Осколки" стали самым комментируемым и читаемым твоим произведением?

Алена: Честно говоря, каких-то конкретных ожиданий у меня не было. Когда я начинала писать «Осколки», я вообще не думала о читательской реакции — ни в позитивном, ни в негативном ключе. Этот текст изначально не задумывался как «проект». Он был нужен мне самой, и на этом этапе этого было достаточно. Поэтому, если говорить формально, ожиданий просто не существовало, а значит, и оправдывать было нечего. Я не рассчитывала ни на количество прочтений и лайков, ни на активные обсуждения, ни на отклик. Скорее наоборот: я была готова к тому, что это будет довольно специфическая история, важная для узкого круга близких мне людей или вообще только для меня одной. То, что «Осколки» стали самым читаемым и комментируемым текстом, я восприняла спокойно, но интересом и удовольствием. Но не как личный триумф и не как повод для самодовольства. Комментарии, кстати, стали для меня отдельным опытом. Не ощущение «успеха», а чувство, что текст сработал как пространство для диалога, а не как монолог автора. Мои внутренние ожидания были очень скромными — а результат оказался шире и глубже, чем я предполагала. «Осколки» просто заняли своё место, и у меня, и у читателей.

Monkey: Ну и добавим перчику. Есть ли то, что ты утаила, повествуя бумаге о своей жизни? Насколько ты позволяла себе быть... Какое бы слово подобрать... Объективной?

Алена: В рамках первой части «Осколков» я была предельно откровенна. Прежде всего — с самой собой. Для меня это был принципиальный момент: не сглаживать, не приукрашивать и не подменять память удобной версией событий. Речь идёт о детстве, и там я сознательно рассказывала об основных, формирующих вещах. Ничего важного я не утаивала намеренно. Разве что какие-то несущественные детали, которые не влияют на общий рисунок и не несут смысловой нагрузки. Насчёт объективности… автобиография по определению не может быть полностью объективной. Это всегда взгляд изнутри, через опыт, чувства и понимание человека, который пишет. Но я старалась быть максимально честной в интерпретациях и прошлое в удобную сторону не менять. А вот со второй частью — о ранней юности — всё сложнее. Она написана, она существует, но я до сих пор не уверена, захочу ли выносить ее в публичное пространство. Там действительно много жесткого, много того, что принято называть пикантным, и ещё больше — нелицеприятного по отношению ко мне самой. И здесь для меня важно провести границу: честность не равна тотальной публичности. Я могу быть абсолютно честной с собой и при этом не обязана делиться всем со всеми. Возможно, эта часть так и останется личным текстом, а возможно, я решусь. Но это решение должно быть внутренне выверенным, а не продиктованным какими-то моими ожиданиями или интересом аудитории.

Monkey: Окей, ответ принимается! Но не будем кружить все вокруг писательства. Алена, чем ты занимаешься, когда твои пальцы не касаются клавиатуры или страниц книг? Есть ли у тебя хобби, увлечения? Что вообще делает тебя счастливой?

Алена: Музыка занимает очень большое место в моей жизни. Я люблю и рок, и классику — причём без внутреннего конфликта между этим. Могу слушать, например, Вагнера, а потом внезапно включить что-нибудь жёсткое и ритмичное. Играю на пианино — не профессионально, но уверенно. Музыка для меня — способ выровнять внутренние ритмы. Есть ещё одна любовь — байк. Ночные поездки по пустым улицам дают ощущение свободы, которое трудно заменить чем-то ещё. В момент голова перестаёт думать, а тело просто существует в движении. Иногда, довольно редко, я играю в компьютерные игры в основном старые стратегии и RPG. Без фанатизма, как способ ненадолго вернуться в знакомое пространство, где всё уже однажды было пройдено и понятно. Очень люблю кино. В первую очередь — классическую американскую фантастику: «Терминатор», «Чужие», «Нечто» и всё в этом духе, а также старые американские боевики девяностых. При этом, к кино наших дней я отношусь довольно скептически. А что делает меня счастливой? Ощущение собственной свободы, внутренней тишины и гармонии, личного комфорта и эстетики. Отсутствие обязанностей, рутины и необходимости напрягаться, пересиливать себя, делать что-то, что я не хочу. В общем, жизнь в согласии с собой. Возможность жить так как я хочу, для себя.

Monkey: А теперь блиц! Какой неожиданный факт можешь о себе рассказать? Я вот, например, кукол боюсь.

Алена: Неожиданный факт… Пожалуй, самый неожиданный такой. Во время моего «калифорнийского периода» я однажды снялась в голливудском фильме. Звучит громче, чем было на самом деле, поэтому сразу уточню, это была не роль, не эпизод и даже не «мелькнула в кадре с репликой». Я участвовала в массовке. Но сам факт меня до сих пор забавляет. И где-то в архивных кадрах киноиндустрии существует несколько секунд моей жизни, которые я прожила максимально профессионально — стоя, делая вид, что я «обычный человек на заднем плане». Опыт, кстати, оказался полезным. С тех пор я точно знаю, сколько терпения, повторов и труда стоит даже самая короткая сцена в кино. 

Monkey: Получилось действительно очень неожиданно! А сейчас прозвучит уже ставший традиционным вопрос. Алена, дашь конкурсантам маленький ключик к победе? Какой рассказ может завоевать твою симпатию? Помимо конкурсных критериев есть в литературе что-то, что цепляет именно тебя?

Алена: Я не верю в «формулы успеха». Ни жанр, ни тема (хотя у меня конечно есть жанровые предпочтения), ни даже безупречная техника сами по себе не гарантируют симпатии. Больше всего меня цепляет ощущение живости, что ли. Когда автор понимает, почему он пишет именно этот текст. В смысле внутреннего импульса. Когда такое есть, оно очень хорошо чувствуется в тексте. Ещё я очень ценю атмосферность, погружение и внимание к деталям. Может скажу банальность, но автор должен любить свое произведение. И тогда это очень цепляет.

Monkey: Конкурсанты, надеюсь это вдохновило вас на новое творение! Спасибо, Алена, за интервью и твою искренность. Вот еще один кирпичик лег в основу нашей дружбы. В завершение беседы скажешь пару слов участникам "12 голосов"?

Алена:  Всем хочу пожелать удачи и успеха на конкурсе! И главное - получить удовольствие от участия. Потому что конкурс закончится, итоги будут подведены, места распределены - а вот этот внутренний момент удовлетворения от участия, и даже от азарта останется.

Monkey: Благодарю тебя, Алена!

Алена: Тебе спасибо и этот за разговор, и за доверие, за то что пригласила в этот конкурс. И за то, что однажды мы не прошли мимо друг друга. Я очень рада нашему знакомству, дружбе и сотрудничеству. Отдельное спасибо за саму идею «12 голосов». Это замечательная идея, которая уже блестяще реализовывается. Для меня большая радость быть частью этой истории и этой команды. И я искренне ценю нашу с тобой дружбу.

Monkey: На этом, дорогие читатели, интервью подошло к концу. Спасибо всем, кто читал нас и слушал. Увидимся в следующих выпусках рубрики "интервью "12 голосов"

Мини-игра от Алены Корф 

Напишите коротенький рассказ (несколько абзацев, миниатюра, блог) в тематике: если бы в мире что-то изменилось (в физике, политике, морали и т д), что называется "с ног на голову", как бы выглядел мир. В форме рассказа, фрагмента дневника, зарисовки.

 
Приз: рецензия от Алены на небольшое произведение (до 3 а.л.)

Чтобы поучаствовать в мини-игре, выкладывайте ссылку на рассказ или сам рассказ в своем блоге со ссылкой на конкурс "12 голосов". Ставьте специальный тэг 12 голосов и/или скидывайте ссылку на ваш блог в комментарии к этому интервью.

И в воскресенье 11.01.2026г. Алена Корф заглянет в гости на страничку к каждому, и выберет кто из участников мини-игры получит от нее приз!

Ждем ваши рассказы! Присылайте! Делитесь впечатлениями от интервью!