Луна Трех Колец

   Песня группы "Plazma" под названием "Black Would Be White" намертво связалась у меня в голове с романом "Луна Трех Колец" Андрэ Нортон. Помню, играла по радио "Европа Плюс", а я, школьник, дочитывал книгу под эту песню. Помню, проигрыш, где на смену воздушному лирическому мотиву в ход пошла тяжелая артиллерия в виде рок-гитары и ударных, очень удачно лег на финальную битву. Эпично до мурашек!

   В тот же вечер закатил родителям истерику, мол, бросаю заниматься литературой, зачем нужны мои жалкие потуги, когда есть ТАКИЕ книги! Мне никогда не достигнуть подобного уровня! 

   Я был в полной уверенности, что прочел шедевр.

   Однако вопрос "а что тебя так впечатлило?" (который, увы или к счастью, задан не был) завел бы в тупик. Попытка проанализировать, разложить по полочкам забуксовала бы в болоте невнятицы. Ощущение шедевра было именно ощущением, не логическим выводом. Что не есть плохо. Основная цель худ. лит-ры -- воздействовать на эмоции, а на эмоции меня раскачало о-го-го! Со своей задачей книга справилась. Тем не менее, говоря объективно, "Луна Трех Колец" не является чем-то выдающимся. Ни изысков языка, ни хлестких цитат, ни особо мудрых мыслей, ни захватывающего сюжета с кучей интриг... Словом, ничего такого, что могло бы произвести революцию в литературе. Те, кто читали, наверняка восприняли ее обычной проходной историей в жанре нетвердой фантастики, звезд с неба не хватающей, одной из многих у Андрэ Нортон, хорошей или средненькой, возможно, даже скучноватой. Последние более вероятно, ибо я, как уже писал в другом посте, начинал ее раз пять.

   Жесть, да?

   Книгу, из-за которой чуть не бросил писательство, я начинал и откладывал пять раз!

   Но что позволено быку, не позволено Юпитеру. Если школьник, только-только осмелившийся черкать в тетради что-то свое, имел право не понимать, что происходит, то для человека с десятками бумажных публикаций, которому в минувшее католическое рождество стукнуло 35, такое невежество не совсем комильфо.

   В общем, думал, думал я, чесал репку... и кое-что начесал.

   Что же такого особенного в "Луне Трех Колец"?

   Как ни странно, но главное и единственное объективное достоинство книги -- отсутствие ярко выраженных достоинств. "Луна Трех Колец" не пытается казаться чем-то. И из-за этого -- парадокс! -- кажется глубже, чем есть на самом деле.

    Вопрос "Что хотел сказать автор?" не возникает. Это история космического торговца и дрессировщицы животных, которых судьба свела в приключении, изменившем жизнь обоих. И они эту историю рассказывают. Неторопливо, обстоятельно. Как за кружкой напитка в сумеречной каюте корабля, летящего меж звезд... Расскажут -- и пойдут дальше по своим корабельным делам. Все. Ничего автор сказать не хотел. Нет тут двойного дна, скрытых смыслов.

   Но простота -- это объективное. То, что "Луна..." -- вещь довольно простая, заметят многие.

   Однако поражает в "Луне..." вовсе не простота. Она лишь условие. История, не замутненная авторским высказыванием в той или иной форме, не искаженная помехами чего-то выдающегося, играет роль зеркала. Зеркала, в которое можно заглянуть и увидеть что-то свое. То, что не увидят другие.

   Субъективное.

   Что же в этом зеркале увидел я?

   А увидел историю любви. Как она зарождалась и крепла.

   Увидел в книге, где отсутствуют не то что постельные сцены и хоть какие-то намеки на эротику... Нет даже поцелуев, любовных признаний. Даже просто разговоров на эту тему!

   И все же именно ее -- настоящую любовь -- я увидел. Хотя нет. Если бы увидел, смог бы сформулировать уже тогда.

   А я ощутил.

   Как ощущают теплый ветер. Его тоже не видно, но кожа знает о его присутствии. Так и я ощущал присутствие любви между главными героями, когда о ней не было сказано ни слова.

   Любви, свободной от оков плоти! Не привязанной к похоти, вот что важно!

   Любви, скрепленной общей мечтой.

   Это не дружба, а именно любовь, между мужчиной и женщиной, влияние данной полярности чувствуется отчетливо. Будь герои одного пола, это было бы нечто совсем иное.

   Но кое-чего не понимаю до сих пор.

   Как вышло, что столь высокую материю (межполовую привязанность, не основанную на гедонизме) разглядел и оценил школьник, у которого в то время, что называется, гормоны из ушей лезли? Для молодого существа, одержимого инстинктом, любовь в его влажных фантазиях неотделима от чего-то плотского!

   Могу лишь предположить.

   Рептильный мозг, наша древняя кладовая, где хранится инстинкт не только размножения, но и самосохранения, нашептал тогда мальчишке горькую, но, увы, самую главную истину.

   Мы не вечны.

   Плоть, на которой завязано столько удовольствий, однажды неизбежно одряхлеет, потеряет красоту, утратит способность получать наслаждения, обрастет болячками... А школьник -- этот раб, запертый с бешеной стаей половых гормонов в мясной клетке, из которой не сбежать, -- острее прочих чувствует зависимость от плотских желаний! Прекрасную, но мучительную. От нее порой хочется освободиться (столько сил, нервов, времени она высасывает!), но если весь смысл жизни к моменту освобождения будет завязан лишь на этой зависимости, такая свобода обернется катастрофой... Надо быть готовым. Найти женщину, связь с которой держится, прежде всего, не на хрупкой ненадежной плоти, а на чем-то, что способно ее пережить.

   И мудный инстинкт самосохранения, распознав на страницах "Луны Трех Колец" образец такой связи, маркировал его ярчайшими положительными эмоциями, на которые только был способен. Чтобы школьник в любом возрасте хотя бы подсознательно не забывал, к чему нужно стремиться.