Хаос начинает принимать кислотные очертания
Автор: Андрей Гудвин
️ Роман «Нация. Государство. Долг» — в производстве
Сюжет сформирован, каждая глава прописана в общих чертах.
Мир будет жестоким — потому что мягче не получается.
Это не история про героизм, не про правильные стороны и не про «как надо».
Это история про идеологии, которые жрут людей;
про группировки, которые называют это порядком;
и про долг, который никто толком не выбирал.
Смерч — это другой персонаж.
Не Мечтатель с его предельным прагматизмом и рациональностью.
Не Бархат с бесконечной рефлексией и грузом прошлого.
Смерч возьмёт лучшее от них: будет делать выбор, ошибаться и достигать своих целей.
Мир ТАКЗ значительно расширится.
Появятся новые персонажи — каждый из них так или иначе повлияет на главного героя.
Читатель увидит, как хаос пытается принять чёткую структуру
и какой ценой достигается порядок в сожжённом кислотой мире.
Будет тяжело.
Больно.
Местами страшно.
Но в мёртвом мире иначе не бывает.
Главы будут выходить примерно раз в одну–две недели.
Пролог ожидается 10–11 января.
️ Структура романа
Пролог
Глава I — Без царя в голове
«Старый мир сдох, поперхнувшись кислотной блевотой. Теперь я здесь твой царь, бог и повелитель. Ты понял меня?»
Глава II — Головокружение от успехов
«Каким бы сильным ты ни был, всегда найдётся тот, кто спустит тебя с небес на землю».
Глава III — Клетка
«Когда надежда умирает, человек цепляется за любую — даже самую идиотскую и неправильную — идею, чтобы выжить и сохранить самого себя».
Глава IV — Нация
«Мы все здесь, на этой земле, собраны с одной целью. Только в наших руках будущее этого места, и только мы должны его определить».
Глава V — Государство
«Командиры кричат нам, что мы правы: нужно подчиняться приказам, враги — не люди, а мишени. Но на их руках белые перчатки, а наши ладони уже невозможно оттереть от застывшей корки крови».
Глава VI — Долг
«Умрут друзья, погибнут близкие люди, обратятся в пепел все те, кого мы знали. Но долг… он останется вплоть до нашей смерти».
Глава VII — Смерч
«СЗР, федералы, республиканцы, бандиты — неважно. Все мы люди. Нас различают только цвета на шевронах и идеология».