Как внутри нас течет время?

 Казалось бы само название темы фантастика, но... не все так просто. Я вспоминаю времена своей юности, когда увлекался спелеотуризмом. Даже написал тут блог о нашей почти недельной подземной экспедиции. И потому могу точно сказать, что ощущение времени в пещерах теряется. И биологические часы человека дают сбой. Мы начинаем вставать позже, работать дольше, сутки уже не длятся 24 часа. Помню, для нас это стало настоящим шоком. Мы окунулись в фантастическую среду обитания.

  Но был человек, что это изучал данный феномен подробно и научно. В 1962 году французский ученый Мишель Сиффр решил пожить один в глубокой пещере: без часов, календаря и солнечного света. Он спал и ел только тогда, когда ему хотелось. Он хотел проверить, как такое существование повлияет на его организм.В течение следующих десяти лет он поставит более двенадцати подобных экспериментов. В 1972 году он проживет в пещере 6 месяцев — самый долгий период изоляции. Итоги его странных экспериментов изменили понимание ритмов человеческого организма.

  Свои опыты погружения в пещеру Сиффр проводил с командой ученых. Он создал метод, благодаря которому его соратники знали, когда Сиффр просыпается, когда ложится спать и как себя чувствует — но сам экспериментатор не мог с ними связаться напрямую. Он понятия не имел, сколько времени находится в пещере.

 Сиффр описывал условия жизни во время эксперимента как тяжелые, с плохим оборудованием и тесным лагерем. Его ноги часто были мокрыми, а температура тела падала до 34°C. Чтобы скоротать время, он читал под блеклым светом фонаря, пытался писать и регистрировал показатели своего организма с помощью приборов.

 Он измерял пульс, проходил психологические тесты, где, например, считал от 1 до 120 со скоростью одно число в секунду (по его ощущениям). В ходе тестов Сиффр и его команда сделали важное открытие: чем дольше ученый находился в пещере, тем сильнее для него растягивалось время. После нескольких месяцев в темноте ему требовалось пять минут, чтобы досчитать до 120, то есть он прожил пять реальных минут так, как будто их было всего две.

 И тут я с ним согласен. Не раз мы с друзьями ловили себя на том, что время в движении по пещере как будто спрессовывается. Прошел час продвижения по узким галереям или переползания по каменным глыбам, а тебе кажется что всего минут пятнадцать. Подземный мир это даже не космос. Нет вообще никаких внешних раздражителей, что обычно дают нам понимание времени суток. То есть полная изоляция. Без света, с минимумом запахов и частенько в тишине. В моем случае в лагере грохотал небольшой водопад, создавая гулкий фон.

В одном из интервью Мишель Сиффр поделился опытом пребывания под землей без какого-либо способа измерения времени. Он описал свой сон как «идеальный», потому что его тело естественным образом решало, когда спать, а когда есть.Он обнаружил, что его цикл сна/бодрствования не был типичным для большинства людей 24-часовым, он менялся, в некоторые моменты Сиффр жил по 48-часовому циклу.Ключевым открытием было то, что у организма были внутренние часы, которые работали независимо от освещения. Более поздние эксперименты с другими людьми в пещерах также показали, что циклы сна-и-бодрствования растягиваются, также как и субъективное ощущение времени. Пульс замедляется, как и некоторые другие показатели и обменные процессы.

Причем у каждого подопытного внутренние часы работали по-своему. Некоторые начинали жить по совершенно диким периодам: 36 часов активности и 12 часов сна. Или даже еще больше. При это состояние их здоровья становилось лучше.

  Неоднократно слышал от знакомых, что они также переходили на 36 часовые сутки во время длительных экспедиций. 

Через десять лет после своего первого эксперимента Мишель Сиффр вернулся под землю, на этот раз в пещеру Миднайт недалеко от Дель-Рио, штат Техас, и провел там 205 дней. Сиффр хотел выяснить, как старение влияет на психологическое время, планируя проводить эксперимент каждые десять-пятнадцать лет. А еще он заметил, что у всех, кого он отправил под землю, выработался 48-часовой цикл сна/бодрствования, а у него — нет. Сиффр решил остаться под землей на шесть месяцев, чтобы посмотреть, сможет ли он подстроиться под этот цикл.

В 1972 году в Техасе было два периода, когда я "поймал" 48-часовой цикл. У меня было тридцать шесть часов непрерывного бодрствования, за которыми следовали двенадцать часов сна. Я не мог отличить эти длинные дни от дней, которые длились всего двадцать четыре часа. Я изучал дневник, который вел в пещере, просматривая цикл за циклом, но не было никаких доказательств того, что я воспринимал эти дни как-то по-другому. Я даже питался три раза - как и всегда. Иногда я спал два часа, а иногда восемнадцать часов, но я не мог различить эти сны. Это опыт, который, я думаю, мы все можем оценить. Субъективное время крайне пластичное и даже ритмы нашего организма невероятно пластичные.

 В нашей научно ориентированной секции знали об этих опытах француза. Мы и сами на себе изучали влияние пещеры. Измеряли пульс, частоту дыхания, температуру тела. Говорят, что в космическом медицинской центре проводили подобные же опыты, готовясь к полету на Марс. Некоторые из нас шутили, что люди на Земле чужеродные существа. Мы не отсюда. Внутреннее время для человека пластично. И когда ты убеждаешься в этом лично, то пересматриваешь многие взгляды на жизнь. Возможно этот момент подтолкнул меня писать фантастику.

  Это такой вход в Пехоровскую пещеру. Между камней и сразу в ручей. Больше трех километров длиной. До конца не пройдена. Сейчас засыпана. Мы в конце съемки неожиданно делали "первопроход". Все залы и проходы в глуби названы нами и остались на карте. Поразили необычайные оттенки гипс. От белого с зеленоватым просветом, голубого до коричневого цвета какао. 

  До сих помню возвращение из-под земли на поверхность. Мы интенсивно работали, проводя топосъемку и изучение пещеры. Даже моя фамилия в каком-то отчете висит. Затем наверху пошли дожди, поднялся уровень подземной речки и проход дальше закрылся. Потому выброска на отдых была для нас нежданным благом. 

  И это незабываемое ощущение, когда вдали появляется робкий сумеречный свет, пробивающийся сквозь глыбы входа. Затем ты оказываешься на каменистой поверхности осыпи и попадаешь в настоящую сказку.

                                            Скалы над входом в пещеру

  Затем тебя густым киселем обволакивает тепло. В пещере стабильно всего 2 градуса. Затем обрушивается гамма всевозможных запахов и ты буквально пьянеешь, ошеломленно озираясь и видя все вокруг в синем цвете. Зрение в темноте также немного атрофировалось. А вечер на самом деле - это синий свет. Поставьте на фотоаппарате съемочный режим дневного освещения и увидите. Потому деревья и кусты синие, скалы сероватые. Потом все приходит в норму.

 Но все равно долгое время впечатление, как будто на Землю с космоса вернулся. Сильна тяга человека к приключениям и открытиям. Не ведаю, кто нам их дал, но это поистине подарок Богов. Иначе наша жизнь была бы пресна. 

  Автор после выхода в полном обмундировании. Кто-то забыл перекручивать пленку))