Отзыв на "Письма Звёздному императору": польщена и озадачена

Получила забавный отзыв на мой роман "Письма Звёздному императору" на Литрес.

Несмотря на то, что эта книга - приквел к циклу романов "Хранительница", её можно читать как отдельное произведение.

Это различные любовные истории (любовь здесь есть и родительская, и романтическая, и любовь к истории, к Отечеству, к природе и к священному началу - весь спектр), которые раскрываются на фоне подробного описания мира академической науки. Писательница, знакомая с этим миром изнутри, проводит своих героев по всем его ступеням.

Если же говорить об идеологии и менталитете героев, то инопланетного здесь ровно столько, сколько, например, крестьянско-деревенского на пасторальных полотнах какого-нибудь Фрагонара или Буше, то есть, только затейливый антураж. Думают, чувствуют и действуют в книге, конечно, люди (европейцы-христиане, если точнее). Тем и интереснее читать: смотреть, как из-под экзотического соуса проявляется вкус родной картошки)))

Книгу рекомендую.

Кто автор отзыва - понятия не имею, там только числовой код. 

С чем полностью соглашусь: роман в самом деле о любви, но без традиционного романтического сюжета ("она" любит "его" или наоборот, и после преодоления препятствий они соединяются или расстаются навеки - такое там возникает лишь в самом конце). Насчет любви к Отечеству... ну, тут всё гораздо сложнее. Герой постепенно освобождается от розовых очков, после чего его возвращение к родным пенатам становится невозможным. Каково быть честным историком внутри жестко регламентированной идеологии, мы себе хорошо представляем. 

Мир академической науки - да, конечно. О чем же еще профессору писать? Но я не копирую известных мне изнутри форм нашей академической жизни во всех подробностях. Расхождений довольно много, и они введены преднамеренно. 

Фраза про аналогию моего инопланетного антуража с условной пасторальностью галантного века - весьма остроумное замечание. И, конечно, я над этим думала. 

Собственно, уйлоанцы со своей культурой, традициями и языком составляют важную часть в моей серии "Хранительница". И они действительно очень похожи на людей чисто психологически (да и физиологически), и только благодаря этому возможно возникновение между ними и людьми очень тесных взаимоотношений. По-иному, наверное, выстроить такой мир и не получилось бы. Сознание, абсолютно несходное с человеческим, я описывать не возьмусь. А тема конфликта цивилизаций, нашествия "чужих" и всяких космических войнушек меня просто не интересует. 

Другое дело, что, рисуя академический мир другой цивилизации, мы просто вынуждены пользоваться привычными нам терминами, восходящими к средневековой европейской практике и изобилующими латинизмами. И ничего с этим не поделаешь. Университет, факультет, кафедра, ректор, декан, магистр, профессор, лектор, аудитория, лаборатория, диссертация, монография - я, конечно, могла бы придумать другие слова на уйлоанском языке, но зачем?.. Ведь каждое пришлось бы объяснять и повторять потом эти объяснения. А как быть с межгалактическим университетом? Сочинять слова на еще одном языке, космолингве? Решила оставить наши термины. И возник эффект "родной картошки". 

А вот что меня озадачило, так это замечание автора отзыва о европейцах-христианах. Насчет европейцев соглашусь, цивилизация уйлоанцев - того же типа. Но - христиане? Где там христианство? По-моему, никаких намеков и аналогий. Уйлоанская религия Всеобщего очага с почитанием реального или воображаемого Императора - разновидность солярного культа, свойственного многим цивилизациям Земли, не только архаическим европейским. Ни о каком Боге, богах или святых в романе - ни слова. Даже наоборот. В одной из последних глав говорится:

Поклоняться биологическому организму или умозрительному концепту — неразумно ни с какой точки зрения.

Некие христологические мотивы появляются лишь в конце пятой книги "Хранительницы", в романе "Алуэсса". Но и то без прямых аллюзий. 

А вообще, конечно, всегда интересно узнать, как книгу воспринимают читатели, особенно те, для кого она, собственно, и писалась - вдумчивые и интеллигентные.