Шах ушёл, имам пришёл (эссе)

Когда началась Исламская революция – или контрреволюция, если иметь в виду «"Белую революцию" шаха и народа» 1963-1978, – мне было десять лет, но всё отлично помню, как будто это происходило вчера. Помню растерянного, сломленного и безмерно уставшего шаха в его последние годы; помню миллионные демонстрации и разгул толпы; помню этого непримиримого, жестокого старца Хомейни; помню Бахтияра с Базарганом, выкинутых историей на помойку; помню захват иранцами посольства США, крах президентства Картера и всей американской политики, etc. 

К слову, Джимми Картер, президент США в 1977-1981 годах, дожил до ста лет и умер только когда Дональд Трамп, годившийся ему в сыновья, уже был избран на второй срок. Вспоминал ли он на закате своей долгой жизни о том, что Иран стал проклятием его президентства, из верного союзника, оплота Америки на Ближнем и Среднем Востоке, превратился в злейшего врага? А ведь он мог бы поставить Исламскую революцию себе в заслугу. Администрация Картера развернула, как в то время говорили, оголтелую кампанию по поводу «нарушения прав человека». Эта кампания была направлена в основном против СССР, но под раздачу попал и Иран. Президент США требовал от восточного монарха-автократа соблюдения прав человека! Которые, конечно, шах не соблюдал, в том смысле, как это было принято на Западе. Жискар д'Эстен вспоминает, как Мохаммед Реза, уже после наездов Картера, с изумлением говорил о своих политических противниках:

– Послушайте, они хотят меня убить! Но обратите внимание: они не говорят, что мы убьём шаха. Они призывают других убить меня. И как, по-вашему, мне с ними поступать?

Но в конечном счёте он Картера послушал, поддался, отпустил вожжи, на свою беду. Амир Аббас Ховейда, многолетний шахский премьер, талантливый проводник его политики, был уволен; шахская партия «Растахиз», созданная по образу и подобию КПСС, распущена; иранскому обществу обещаны многопартийность и свободные демократические выборы. Это просто праздник какой-то, думали затравленные шахской охранкой САВАК либералы. Воспряли и аятоллы во главе с Рухоллой Хомейни, злейшие враги авторитарной модернизации. Раньше, до прихода Картера, им, казалось, ничего уже не светит, а теперь появился шанс. И они этим шансом воспользовались, в отличие от прекраснодушных либералов. Назовёте мне хотя бы одну страну на Востоке, которую бы либералы раскачали, а потом в ней победили? Риторический вопрос, конечно. Но их это ничему не учит, ничему и никогда.

События тех жарких лет навсегда врезались мне в память. Можно сказать, я был их внимательным наблюдателем, насколько это было возможно для советского школьника. У нас их недооценивают, а ведь именно оттуда появился грозный политический ислам, и вся картина мира совершенно изменилась. Например, Израиль вместо верного партнёра и союзника в лице шахиншахского Ирана получил непримиримого и самого опасного врага. Если развал СССР – крупнейшая геополитическая катастрофа ХХ века, то крушение 2500-летней монархии в Иране, бесспорно, на втором месте в ряду таких катастроф.