Субботний отрывок #30

...Говоря это Ольвэ смотрел на Сирону, словно ожидая поддержки или одобрения.

– А ты самих ребят-то спросил? – с усмешкой вопросила друидка-наставница, – Что они сами про всё это думают?

Старший гость картинно согнул руку в локте, повернувшись к воспитанникам, как бы выставляя их на подносе, предлагая им высказаться.

– Я бы поискал родителей, – смущенно проговорил Максимилиан, – Но, что будет потом?

Валентин молча кивнул в знак единства с другом.

– Можно ли будет вернуться к друидам, если в Новой России нас не примут? – робко, задал вопрос Ингвэ.

– А вы от друидов и не будете уезжать, – хмыкнула госпожа дэ Кре, – Если вы думаете, что вас прямо сейчас по семьям развезут, то весьма заблуждаетесь. Единственный, кого мы пока можем связать с его роднёй – это Максимилиан Тэда, которого узнал юный Пауэр. Информацию о Вас, Валентин, и Вас, Ингвэ, можно надеяться найти лишь в результате кропотливых поисков.

– А фамильные родовые записи, метрики, медальоны? – Максимилиан проявил хорошее знание методов идентификации личности, применимых в данном случае.

– Конечно, если ваши медальоны у вас с собой, всё будет гораздо проще, – радостно подтвердила Сирона.

Все трое опустили головы.

– Фамильные медальоны собирались при поступлении и хранились у командира лагеря, – задумчиво произнёс Николай и продолжил бормотать себе под нос. Он даже загибал пальцы, будто считая что-то, – Отдавали их владельцам при возвращении детей к родителям. Метод совершенно не рассчитан на такую растянутую во времени путаницу. Но на них должна быть магия, отвечающая на владельца. В любом случае надо попробовать найти вещицы. Ещё можно применить метод сличения аур родственников, – он поднял голову на собеседников, – Конечно, такой метод недоказателен, но, когда ничего другого не остаётся, то хоть какая-то зацепка будет. В конечном счёте, если существование наших благородных гостей окажется более гармоничным в Новой России, нежели в мире друидов, то, уверен, никто не будет против их долговременного пребывания. А дело по душе у нас, людей, всегда и каждому найдётся. Особенно теперь.

Он посмотрел на женщину, и оба одновременно кивнули.

– Вот и ладушки, – довольно произнёс друид-наставник, – Вы уж позаботьтесь о наших учениках, а я полетел. Европейские территории огромны, дел в Лесу всегда навалом. Да будет благосклонно Великое Древо ко всем вам!

С этими словами мужчина обернулся огромным филином и, шумно захлопав крыльями, упорхнул в надвигающиеся сумерки.

***

Когда верховный друид улетел, его бывшие подопечные начали с опаской оглядываться по сторонам, они явно чувствовали себя неуютно.

– Идёмте за мной к автомобилю, детки, – позвала их госпожа дэ Кре, стремясь сгладить возникшую неловкую паузу, – Николя, тебе придётся сесть за руль, пока я объясню ребятам правила существования прилежных юных друидов в мире людей.

По пути к машине, женщина начала подробный рассказ:

– Итак, детушки, меня зовут Сирона, я графиня местечка дэ Кре во Франции. Надеюсь, ваши учителя уже рассказывали вам о землях в Европе, – получив утвердительные кивки, она продолжила, – Я единственный старший друид, долговременно находящийся на территории Новой Российской Империи. Со мной также здесь проживают моя помощница, мадемуазель Фре, и моя ученица баронесса Новой России, Марифрей Бельская. Я вас представлю, когда мы приедем в город. Наш адрес в городе…

Когда все подошли к автомобилю, Ник открыл заднюю дверь, Максимилиан, шедший первым, отошел и сделал приглашающий жест даме.

– Ах, благодарю Вас, молодой человек, – улыбнулась та, – Видимо, Вас уже обучали этикету или сказывается воспитание в благородной семье. Однако, сегодня я еду спереди. Сзади места для вас.

Макс смущенно кивнул и посмотрел на остальных парней. Все трое остановились в замешательстве.

– Могу предположить, что вы успели отвыкнуть, даже если до инцидента в лагере вас возили на автомобилях. Значит, придётся посмотреть демонстрацию данного транспортного средства заново, – графиня обвела ребят вокруг машины, рассказывая базовое устройство и принципы работы.

Завершив круг, она села на уже приготовленное переднее пассажирское сидение и пригласила молодых друидов садиться на заднее. Тэда-младший, видимо, всё-таки помнивший что-то из прошлой жизни, устроился первым. Затем его примеру последовали и Валентин с Ингвэ.

– Обычно в долгих путешествиях люди слушают музыку, – рассказчица повернулась на своём месте боком и смотрела назад на ребят, – Сегодня вам придётся слушать музыку моего голоса. Насколько я знаю, многие считают его мелодичным, – она хихикнула, – Итак, мы остановились на?..

Она вопросительно посмотрела на подопечных.

– На том, где мы проживаем в городе, – подал голос молчаливый Ингвэ.

– Tres bien! – похвалила его француженка, – Мы проживаем на участке по улице Рябиновой, владение пять, которое любезно предоставил нам граф.

Сидящий за рулём юноша кивнул.

– Погодите, – попросил Максимилиан, – вы именуете Николая графом, но ведь граф Пауэр... – он приумолк, пытаясь сформулировать то, что хотел сказать.

– Предыдущий граф, Флóриан Пауэр, мой отец, друг графа Ямамото Изуми, а также, твоего, Максимилиан, отца, Андрея, или, следуя его предпочтениям, Анри Тэды, погиб при невыясненных обстоятельствах. Посмертно был обвинён в государственной измене с лишением титула и всех привилегий для всего рода и наследников, – глухо проговорил парень с водительского места, не поворачивая головы.

– Лучше веди машину, – Сирона погладила его по руке, – Я всё расскажу.

Она снова повернулась к друидам и повторила то, что сказал водитель.

– Впоследствии, в результате действий уже самого Ника, было назначено дополнительное расследование, которое реабилитировало Флóриана и семью Пауэр. Так Николя получил титул и имущество семьи на правах наследования...

К моменту, когда "Серебряная Лилия" или "Гин-но-юри", подъехала к "парадному подъезду" большого дерева на участке "Рябиновой-5", госпожа дэ Кре успела рассказать вкратце всю историю известных событий и ещё то, что молодой граф передал ей о состоянии дел известных ему фамилий и родов. Она также предупредила, что в доме друидки живут девушки, её ученица и гостьи, чтобы парни не стеснялись, но и вели себя прилично, не теряя достоинства.