Субботний отрывок #31

Воскресение, 24 августа 2070го.

Над верхушками елей, образующими периметр участка, всё ярче алела заря. Сирона подождала, когда Ник поможет ей вылезти с пассажирского места, и встала, уперев "руки в боки", с хозяйским видом оглядывая свои владения на Рябиновой-5.

– И где же мне вас поселить? – вслух думала она.

– Может, в другом месте? – молодой граф назвал адрес своего ближайшего участка в столице.

– Разорвёшься ездить туда-сюда, – привередливо прокомментировала графиня предложенный вариант. – Тебе нужно окончательно разобраться с активами Пуштунского и, если ни один из его особняков не окажется соседским – придётся попробовать меняться с кем-нибудь из соседей.

Земельный надел размером в пять гектаров, сравнимый с территорией Храма Христа Спасителя или Аптекарского Огорода на Проспекте Мира, где в прошлом с комфортом размещалась усадьба а-ля “Останкино без парка”, которая принадлежала семье Пауэров, для друидки-выдумщиуы очень быстро стал маловат.

– Нельзя ли просто нарастить несколько комнат на Большом Древе? – осторожно спросил наставницу Ник, чтобы не расслышали молодые друиды, вылезающие с заднего сидения.

– И юные Такао и Асока будут чувствовать постоянный дискомфорт от присутствия в доме чужих мужчин? – наоборот громко, чтобы расслышали, ответила Сирона и также громко продолжила: – Смею предположить, это им очень быстро надоест, и они попросятся домой, а заодно утащат и тебя. Этот вариант мне категорически не нравится. Тем паче, ты обещал нам с Марифрей гостить у нас ещё два месяца.

Поглядев по сторонам, графиня показушно вздохнула:

– Придётся всё же жертвовать грядочками... И даже не утешай меня, что я смогу всё баронство Бельских засеять в три слоя – тут у меня каждый лепесточек по имени-отчеству.

– Я всецело разделяю Вашу печаль по поводу уменьшения площади растений, – сочувственно склонил голову Ник, подыгрывая женщине: – И, если бы не необходимость наличия друида при адаптации ребят к непривычному человеческому миру, я без колебаний предоставил бы им комнаты в гостевом крыле замка Изуми.

– Опять же, “порвался” бы на поездках туда-сюда, – с горькой усмешкой прокомментировала дэ Кре. – Нет, размещать юношей здесь – единственный вариант, который я вижу. При этом, негоже селить их в основном Древе…

– А значит, – она взмахнула рукой направо и грядки с радостно зеленеющей листвой, пышная ботва с бордовыми прожилками и даже два больших плодовых дерева сами собой упрятались под рыхлую почву, – а значит, меньше борща, земляники и яблочек к столу отдельных любителей покушать.

– Госпожа, неужели Вы заставите Его Сиятельство Изуми страдать?! – картинно заламывая руки простонал граф Пауэр.

– Ну, он же не будет сильно страдать, если не узнает о моих действиях, так ведь? – улыбнулась графиня, – А я на досуге придумаю, чем порадовать Их Кулинарную Взыскательность.

– Вынужден предупредить, у Его Взыскательности появились сторонники в лице многих членов Совета, – добавил молодой граф с видом "всё пропало!"

– Но и в нашем полку прибыло, и я думаю, с их помощью… – тон графини стал игривым: – Если Вы, Милейший-и-Ненагляднейший Шевалье Дамских Сердец, Вызволитель Беловолосых Друидок и Спаситель Всего Человечества, обеспечите нас землями в шаговой доступности, то смею заверить, господа из Чрезвычайно Взыскательного Кулинарного Совета останутся не просто довольны, а будут одобрять любое Ваше действие, едва Вы его озвучите.

– Только не надо их привораживать, – с полной серьёзностью уточнил Ник, – Государству в управлении нужен Совет из трезвых и здравомыслящих людей, а не кучка подпевал и прихлебателей, аналогичная той, которая сейчас ждёт разбирательства в подвалах Дворца Его Ничтожества.

Сирона приобняла его:

– Мы же дурачились, я подыграла, – она нажала ему пальчиком на нос, – мой юный занудик.

В ответ на нажатие граф высунул язык и произнёс: "Пиииип", чем вызвал у друидки весёлый смех.

Похихикав, она повернулась к стоящим в сторонке новым подопечным, которые старались сохранять хладнокровие при виде таких чудачеств:

– А теперь к делу, молодые господа, вот ваш участок, – она показала на очищенный справа от Главного Древа надел в девять соток квадратной формы. – Растить походные жилые деревья вас уже учили? Если да, то прошу проявлять фантазию, если нет – прошу не стесняться и спрашивать, просить помощи. Сейчас мы не на занятиях, я не кусаюсь и не наказываю.

Ингвэ решительно сделал шаг ближе к участку и вытянул руку. Кончики пальцев окутало мягкое сияние цвета свежей листвы, сквозь которое проклюнулись молодые побеги, сплетавшиеся между собой и вытягивающиеся вниз и вверх. Несколько секунд спустя в руках юноши оказался ростовой посох, сияние которого осыпалось на землю изумрудной пыльцой. В месте, где она касалась земли, прорастали молодые травинки. Парень прошел в центр поляны, где наставница указала вырастить гостевое дерево. Изумрудный свет посоха стал ярче, Ингвэ шептал особые слова тех времен, когда люди с Природой общались на одном языке. Он широким жестом провел посохом перед собой оставляя шлейф изумрудного сияния, которое сконденсировалось в одинокое семечко. Это семя упало в почву и сразу начало прорастать. Несколько минут спустя перед присутствующими высился белоствольный клен, с белыми листьями, оплетенный виноградной лозой с цветами лаванды. Основной ствол разделялся на три крупные ветви, на каждой из которых находился плетеный домик. Лестница через ствол клёна вела в гостиную, скрытую от посторонних глаз густой листвой.

В гостиной сформировался стол для совместного чаепития, стулья для жителей дома и гостей, небольшой плетеный диванчик, дабы можно было отдохнуть. Общественный санузел был немного ниже по стволу и вправо, а личные в каждом жилом помещении – свои. Корневая система прекрасно справлялась с передачей отходов в землицу-матушку.  В гостевой уборной на стене появилась надпись "бумагу и посторонние предметы не бросать!"