Женщины, девушки, милые, провел работу над ошибками

Снова в строю и готов трогать струны души и сердца. Дайте обратную связь, пожалуйста! Скажите честно: хоть что-то здесь отзывается? Йокает, трогает, цепляет?
Проверял всё вордом (клянусь!). Старался сделать максимально жизненно — диалоги по делу, ситуации узнаваемые.
Не стесняйтесь — мы все взрослые люди. Ваша правда для меня важнее всего...))

Профессиональный долг.

Мысль о том, что сегодня её выходной, тешила Алису ровно до звонка из поликлиники. Коллега с температурой, срочная подмена. «Хорошо, — подумала она, выходя из автобуса и с досадой разглядывая свежую вмятину на носке туфли. — Простые приёмы. Выпишу кому-то мазь». Проклиная хама, который, наступив, фыркнул что-то гадкое и растворился в толпе, Алиса чувствовала — день пошел наперекосяк.

Войдя в поликлинику, она тут же нарвалась на объятия и панику заведующей, Лидии Петровны.

— Алисонька, родная! Фёдор Иваныч наш… ну, он отмечал вчера День массажиста слишком рьяно. А у нас в десять — VIP! Сам Павел Сергеевич Волков! Не отменить! Ты же в резюме курсы указывала!

Алиса с тоской вспомнила те бесполезные курсы десятилетней давности. Проклятое желание сделать резюме солиднее обернулось против неё.

— Только одна зона, — сдалась она. — Какая?

— Конечно, конечно, родная! Ты же профессионал! Зона бедра, ранение — Лидия Петровна уже толкала её к кабинету.

Алиса глубоко вздохнула, взяла с тележки масло и стерильную простыню и вошла, приняв максимально отстранённое «медицинское» выражение лица.

— Здравствуйте, Павел Сергеевич, я ваш врач на…

Она замолчала. На массажной кушетке, лежал Он. Тот самый хам из автобуса. Теперь он был в одних боксёрских шортах, а его широкая грудь дышала спокойной уверенностью человека, которого вот-вот разомнут.

В глазах Алисы потемнело. Судьба явно обладала очень чёрным чувством юмора.

«Я врач. Это работа. Это просто набор мышц, фасций и рецепторов», — твердила про себя Алиса, с ожесточением выливая на ладони масло с запахом лаванды. Она начала с такой силой, будто месила тесто. Под её пальцами мышцы были как каменные валуны.

— М-м-м, — донесся довольный голос. — Крепкие ручки... 

Алиса стиснула зубы. «Не отвечать. Молчать. Сделать и уйти».

И вот, делая глубокую разминку внутренней поверхности бедра, она краем глаза заметила… движение. Небольшая, но явная деформация ткани боксерских шорт. Которая неуклонно росла и крепла.

Алиса замерла. Всё её медицинское образование, весь профессиональный кодекс кричали: «Игнорируй! Это физиологическая реакция на стимуляцию периферических зон!». Но её женское, человеческое «я» вопило: «Вот же гад!»

Сеанс подходил к концу. Алиса уже мысленно считала минуты, когда раздался тот самый голос, тихий, наглый, с издевательской ухмылкой, которую она уже слышала:

— Доктор… а вот это… тоже нужно проработать…

Тишина повисла густая, как масло на её ладонях. Алиса посмотрела на свою руку, на бутылку с лавандой… Она вздохнула, обреченно, по-врачебному.

— Конечно, Павел Сергеевич. Вы абсолютно правы. Секунду…

Она отошла к столику, громко открыла ящик. Когда вернулась, в её руке поблескивал холодный… неврологический молоточек…