Уолли - журналист, экстремал, тайерхог
Автор: Лесса КауриУолли тот человек, который поддержит вас в любом безумном начинании, а еще придет на помощь всегда, даже тогда, когда ты совсем этого не желаешь:
В трансляции как раз наметилась рекламная пауза и в павшей на зал тишине Белка четко и громко повторила:
- Дерьмо ваш футбол! И сами вы дерьмо!
- Ох, е… - бармен потянулся к телефону, но набрать полицию не успел, потому что Шон, занесший над посетительницей руку, вдруг перелетел через стойку, въехав головой в стеклянные полки с бутылками.
Резкий запах алкоголя наполнил воздух.
- А я говорю, что футбол – дерьмо! – упрямо наклонив голову, сообщила Белка ошарашенным посетителям паба. – Самое дерьмовое дерьмо в этом дерьмовом мире!
- Да сама ты… - взревел один из зрителей, градус которого вполне способствовал необдуманным решениям.
И бросился на рыжую, увлекая остальных.
Замелькали ноги, руки, головы… Чья-то бейсбольная бита… Монтировка… Заплакал плазмой и почернел разбитый экран… Вылетело оконное стекло…
Ярость – это жар сердец, пожирающий разум. И Белка щедро делилась своей яростью, обрушивая сцепленные в замок руки на чьи-то головы, выворачивая конечности, уходя из-под ударов. Битва пела в ее крови, и нота дрожала, поднимаясь в небеса. Ей бы следовало родиться валькирией, здесь, на Земле, в незапамятные времена, и носиться северным ветром по ледяным просторам, собирая души воинов, но вот поди ж ты, она родилась на Кальмеране, который в других мирах называли отстойником, но где, демоны всех побери, мужики бились на поле боя не за обладание дурацким мячиком, а за собственные жизни!
Кто-то обхватил Изабеллу сзади. К ее удивлению, выбить блок никак не удавалось. А незнакомец уже тащил ее к выходу. Озверев, она лягнула его в колено. Другой бы от такого удара лишился сустава, а этот продолжал невозмутимо нести ее на улицу, где уже слышался звук полицейской сирены.
Снаружи было немногим менее душно, чем в баре. Незнакомец поставил Белку на землю, развернул к себе и улыбнулся, приоткрывая чуть выступающие белоснежные клыки.
- Уоллер, твою мать, какого?.. – заорала она.
Боль не ушла, только притупилась! Хотелось назад – в потную, полную агрессии толпу, в которой было так радостно!
- Пора баиньки! – нежно сказал Виллерфоллер и вырубил ее коротким ударом.
Подхватил на руки, ступил в темноту проулка между двумя домами и был таков.
Бывая в разных уголках каждого из пяти миров, Уолли описывает их в статьях, поскольку ведет колонку путешествий известного земного издания. Но однажды главред делает ему предложение, от которого нельзя просто так отказаться:
- Привет, шеф! – Уоллер сел напротив. – Как поживаете?
- Хорошо, все хорошо, - проворчал Свен, - твоя статья пойдет в следующий номер. Бери пончик!
- Спасибо, - тайерхог расплылся в улыбке: редактор ни слова не сказал о самой статье, но предложил пончик. Это означало, что она ему понравилась.
Они молча жевали. Пауза затягивалась, однако Тартарауч не спешил отпускать сотрудника. Когда Свен сказал: «Бери второй…», Виллерфоллер понял, что предстоит разговор.
- Шесть лет назад из вороха чепухи в своей электронной почте я выцепил рассказ о Мачу-Пикчу, который меня заинтересовал. Наряду с общеизвестными фактами автор приводил описания, из которых следовало, что он не просто насмотрелся фотографий в сети и решил типа написать статью, а побывал в «городе в небесах» и даже пожил в окрестных джунглях пару месяцев. В статье было много ненужных рассуждений о неумолимом течении времени и о том, что все мы рано или поздно обращаемся в прах, попираемый стопами вечных гор…
Уолли смущенно улыбнулся. Да, было дело. Он отправил статью на объявленный журналом конкурс на лучший репортаж о путешествии. Собственно, она и статьей-то не была. Так, путевые заметки и мысли под звездным небом… В конкурсе он так и не выиграл.
- В конкурсе ты так и не выиграл, - словно читая его мысли, продолжил Тартарауч, - однако получил от меня предложение попробовать свои силы в качестве журналиста. И не отказался. Думаю, с тех пор ни ты, ни я не пожалели о принятых нами решениях.
Тайерхог молча кивнул. Неспроста «акула Свен» начал так издалека…
Предложение Свена подводит нас к третьему главному герою дилогии, и это не человек, не существо, а картины загадочного фриммского гения Наймиса Роуза. Об этом - в следующем посте.