Стали бы вы читать книгу с таким началом?

18+

Мой гриппующий мозг решил, что может сочинять истории не только про котиков или древний мир, и выдал вот такое. 

Прошу читающую аудиторию высказаться, заинтересовало оно или сразу в топку. (Жанр - не лыр.)

– Глядите, какая попка! – первым заметил Сергей.

– Мне нравится, – сказал Никита.

К попке прилагалась стройная фигурка в сером приталенном жакете и рыжей шляпке, покрывающей короткие рыжие волосы. Бросила монетку в кружку безногому инвалиду и пошла дальше, тук-тук-тук каблучками.

Андрей остановил автомобиль, Сергей высунулся.

– Девушка, красавица, не подскажете ли нам, как проехать на Аптекарский?

Подошла, слегка наклонилась и указала рукой:

–Вон за тем красным домом направо, потом сразу налево, там перекопано, поэтому сразу направо и…

Что именно «и», осталось несказанным, потому что Никита выскочил, схватил попку и втолкнул на заднее сиденье. Из-за пазухи у него выскользнула бутылка, покатилась и остановилась перед носом инвалида. Никита бросился было за потерей, поднял и услышал:

– Вот спасибо, парни, уважили старого солдата. Выпью за ваше здоровье.

Ничего не оставалось, как вручить бутылку ему:

– За победу выпей, отец!

Девушка не воспользовалась моментом, сидела тихо и дождалась, пока Никита вернулся, захлопнул за собой дверь и выдохнул:

– Едем!

Андрей к тому времени уже начал отпускать сцепление.

Только тогда, когда въехали на мост, девушка стала подозревать неладное. Заёрзала, завертела головой.

– Куда вы меня везёте?

– Куда надо, туда и везём, – сказал Андрей.

Никита и Илья держали девушку за локти и контролировали колени. А Андрей, заглядевшись назад, чуть не врезался в трамвай.

– На дорогу смотри! – крикнул Сергей.

– Вижу! – огрызнулся Андрей и стал смотреть только на дорогу.

На дачу к Никите приехали уже в сумерках. И как назло – выпивки в доме не оказалось.

– Да и ладно, – сказал Андрей. – Утром свежее будем.

Нарезали яблоки и копчёную колбасу, выложили на стол привезённые из города шаньги. Разбавили варенье водой из колодца.

Рядом с девушкой сел Андрей, ну и Никита, конечно, как хозяин дома.

– Как тебя зовут, красавица? – начал он разговор.

– Лиза, – ответила она и улыбнулась, прикрыв глаза.

Андрей подмигнул Никите, встал, взял Лизу за кончики тонких пальцев и повёл в соседнюю комнату.

Поднёс к губам эти самые кончики, поцеловал запястья, шею, наконец мягкие губы. Расстегнул жакет, блузку, что-то ещё, утонул в благоухании нежного тела. Торопливо высвободился из своей одежды, подтолкнул Лизу к кровати, лёг, поцеловал ещё. И всё это – не произнеся ни слова.

Она не останавливала его, но и не торопила, тёрлась о его руки, отвечала на поцелуи, а дышала так, будто пыталась вдохнуть его целиком. Что он ей и позволил, вдавившись в девственное лоно, медленно и неумолимо.

Она приняла его, объяла, тепло, безусловно, с ней был не страшен ни завтрашний день, ни сама смерть. Такая идеальная, настоящая женщина была у него впервые. 

Он вылился в неё и, пошатываясь, вышел к ребятам.

Парни добыли где-то бутыль первача и неровно пели «Ой, мороз, мороз». Часы показывали половину второго.

Никита ломанулся в соседнюю комнату.

Сергей сказал, закусывая шаньгой:

– Андрей, ты что, решил, что если самый богатый, то всё тебе одному? Мы так не договаривались!

– Я потерял чувство времени, – признался Андрей. 

Упал на стул, схватил шаньгу, понял, что зверски голоден, стал есть.

Никита вернулся через час, рухнул на стол, прошептал:

– Вот это баба! 

Усаживали его вдвоём. Сергея за столом уже не было.

Потом Андрей уснул, не дослушав сто раз слышанную байку. А растолкали его в семь:

– Вставай быстро, а то опоздаем!

Опаздывать было нельзя.

Андрей порадовался, что всё-таки не пил. Взглянул в несвежие лица друзей, хлебнул брусничной воды и побежал умываться.

Сонную Лизу он кое-как одел, вынес на руках, сунул в автомобиль, поцеловал на прощание. Достал две красненькие и незаметно вложил ей в сумочку. Завёл двигатель.

Про шаньги вспомнил Сергей, и Сергей же принёс. Первача не осталось.

На сборный пункт они приехали вовремя.