Давненько я за масштабные карты не брался.

Выйдя на площадь, он присмотрелся к одеждам местных. Большинство мужчин носили сапоги и узкие брюки, а значит от остроконечных кожаных туфель и шароваров придётся отказаться, иначе во время своих вылазок, он может выдать себя. О тюрбане и речи не могло идти, местные носили капюшоны и шапки, но чаще и вовсе не покрывали голову.

Не смотря на общее недовольство, Джарваль не смог не отметить, что Эрвихград оказался очень чистым городом: крыс и бродячих собак он замечал куда меньше, чем ожидал, а сточные канавы через металлические решётки быстро уносили любые помои в скрытые под дорогой каналы. Рынок и вовсе оказался торжеством порядка: это был не хаотичный многоярусный лабиринт, где лавка мясника могла соседствовать с продавцом шёлка, а упорядоченный строй палаток, размещённых по типам товаров. Переходы между лавками хорошо просматривались, даже не смотря на толпу. Но Джарваль всё равно мог затеряться в этом месте. Достаточно было немного сутулиться, идти с той же скоростью, что и остальные, да слегка наклонить голову.

Наконец покинув рынок, хашашин свернул в переулок. Он снова надел когтистые перчатки и взобрался на крышу низенькой постройки. Убедился в отсутствии в окнах зевак и прыгнул на следующую. И снова. Вскоре он оказался выше уровня большинства домов и переместился в конец улицы с такой скоростью, которую ни за что не смог бы себе позволить среди толпы.

Джарваль присел перед печной трубой, рядом с которой лежала походная сумка и толстый свёрток из грубой льняной материи. Когда он развернул ткань, то сразу выбросил в переулок те предметы одежды, которые хотел заменить. Он прошёлся глазами по своей коллекции клинков, по кисетам с травами, подсумкам с пиротехникой и прочими инструментами хашашинов. Его взгляд замер на хмурящейся угловатой маске, сквозь прорези которой ему предстояло смотреть на этот город и… выискивать своих жертв.

Я несколько переделал карту, в сравнении со своим ранним наброском, поэтому и в тексте местами понадобится редактура.