Отцы в творчестве

Огромная клякса Тьмы, извергнутая дырой в Ничто, стянулась в человеческую фигуру, подёрнулась рябью и стала плотью и одеждой. С четверенек поднялся неестественно бледный Хешшкор, его шатало.

– Что? – выкрикнула Вита, шестым чувством понимая, что её мечтам о спокойной, беспроблемной жизни настал крах. – Что случилось?

Хешшкор Всемогущий сейчас походил скорее на перепуганного человечишку, чем на бога. Руки его тряслись, глаза безумно бегали туда-сюда, и ответить он смог только с третьей попытки:

– В... Х... Хешшвитал.

Таково было, по мнению Хешшкора, «истинное» имя Виталика.

– Проклятье, изъясняйся толковее! Что он натворил?

– Он... он... – Бог глубоко вдохнул и как в омут бросился: – Пропал!

– Кретин! – заорала Вита. – Как я могла доверить своё дитя такому раздолбаю?

Хешшкор лишь сгорбился ещё сильнее.

– Куда он делся? – требовательно вопросила Вита. – Как он исчез?

– Я... я не знаю. – Бессмертный, страшно сказать, чуть не плакал.

– Как это не знаешь? Разве он был не при тебе?

Хешшкор молчал, опустив голову. Вита во внезапной догадке сгребла его за ворот чёрной рубахи:

– Ты оставил его без присмотра, да?

– Ну... – Хешшкор попытался оправдаться. – Он же всё-таки бессмертный. Я хочу сказать, что с ним может такого произойти?

– Ладно. – Она неловко отпустила ворот. – Твои предположения? Он мог пойти прогуляться в соседнее измерение?

– Да что ты, – невесело усмехнулся Хешшкор. – Я и сам-то с таким трудом прорываюсь, а уж ребёнок...

– Может быть, он прячется где-нибудь в твоём Хешширамане и пищит там от радости, представляя, как мы переполошились?

– Исключено, – хмуро качнул головой бессмертный. – В Хешширамане от меня ни одна травинка не укроется, не говоря опять же о ребёнке.

– Иными словами, там его нет и сам он оттуда уйти не мог?

– Получается так.

У Виты заныло сердце.

– Тогда остается одна возможность: кто-то забрал его оттуда. Очень похоже на киднэппинг, милый. У нас тут, если ты не в курсе, дети богачей или влиятельных людей всегда в потенциальной опасности. Чуть отвернешься, как всякое отребье их захватывает и шантажирует родителей: давайте бабки или что-нибудь в этом роде, а не то укокошим ваше драгоценное дитятко... А ты можешь представить себе кого-то более могущественного и влиятельного, чем бог?

Бог раздумывал.

– Не понимаю, – признался он. –Во-первых, никакому отребью ко мне в Хешшираман не попасть. Во-вторых, не представляю себе, как меня можно шантажировать, используя Хешшвитала. Убить его невозможно, да и развоплотить сложновато... – Он неожиданно замолчал, зрачки его расширились, лицо исказила гримаса. – Да как же я сразу не допёр?! Это не отребье, это много хуже. Кто-то из наших! Они-то все прекрасно знают, как развоплотить бессмертного!

Он встал и отшвырнул кресло прочь.

– Ну, только дайте мне узнать, кто это сделал! Так, – он посмотрел на Виту. – Я исчезаю и попробую разобраться.