Про Бреда Питта из 2009

Рассказ из не вышедшего. 

***

Бред Питт посмотрел наверх и заплакал. 

«Вот это талант! – подумала молодая белокурая телеведущая, имя которой ещё не успели запомнить зрители. – Ведь он только что улыбался, юморил с операторами и снующими тут и там девочками-стажёрами, но стоило режиссёру скомандовать «мотор!» и его не узнать!». 

Шёл третий день съёмок.

Бред Питт опустил глаза, прикрыл лицо рукой. Она готова была поклясться, что заметила мокрую полоску на его щеке.  

- Осторожно, не спугни его! – сказал режиссёр, в невидимый динамик в её ухе. 

- Прошу, простите, что вновь тревожим эту рану, - проникновенно сказала она, изобразив на лице хорошо отрепетированную маску сопереживания. – Все мы понимаем глубину вашего горя. Соболезнуем. Потерять любимого человека, особенно в самом расцвете – это… это… - её голос правдоподобно дрогнул – ах, сколько же времени потребовалось, чтобы овладеть этим, на первый взгляд незаметным, приёмом, - я так вас понимаю… 

В эту секунду камера снимала только её, поэтому зритель никогда не узнает, какой уничижительный взгляд бросил на неё собеседник, без слов напомнив, кто здесь звезда, а кто пока что никто.

- Гм, - испугалась телеведущая, - хотите воды? 

- Нет, благодарю, со мной всё будет хорошо.

- Бред, вы уверены, что мы можем продолжать?

Он обхватил плечи руками, сжался, уменьшился в размерах:

- Да-да, конечно… Анжелина была превосходной женой и прекрасным человеком, я думаю, её должны запомнить, если я могу в этом помочь, то, пожалуйста, спрашивайте…

- Расскажите о последних днях, проведённых Вами вместе…

Питт уставился в одну точку, печально улыбнулся, будто перенёсся из студии в центре Лос-Анджелеса куда-то далеко в счастливое прошлое. Он молчал. Молчание затянулась. Ребекка начала нервничать, осознав, что ещё секунда и дубль будет испорчен, но Питт недаром считался первоклассным актёром, он заговорил именно тогда, когда нужно:

- Знаете, мне не положено об этом говорить, но мне уже сорок девять лет. Так вот. Самые счастливые годы жизни, я провёл вместе с Анжелиной. А последние дни – это была настоящая сказка. Не секрет, мы периодически ссорились, но только не в последние дни. Мы поехали на Гавайи, чтобы отметить годовщину знакомства. Целыми днями пропадали на пляже, веселились, играли с нашими малышами – они у нас такие славные! Мохито. Серфинг. Я подарил Анжелине подвеску с бриллиантом, просто так, мы не договаривались об этом, а она подарила мне это кольцо. Понимаете, мы буквально читали мысли друг друга! Знали, что в этот момент чувствует другой. Со мной никогда ничего подобного не было, до неё.  

Вплотную подошёл оператор, снимая крупный план раздосадованного вдовца. На съёмочной площадке царила полная тишина. Все: от статистов до сценаристов, прониклись трепетным рассказом, хотя ещё вчера эта же съёмочная группа работала над сюжетом для другой программы, где выяснили, что Бред Питт уже через неделю после смерти жены, вернулся к своей бывшей – Дженифер Энистон. Сегодня об этом не стоило думать, сегодня они снимали другой проект: биографический материал о смерти самой известной актрисы в мире. Формат подразумевал созидательно-меланхоличный характер повествования, чтобы целевая аудитория – немолодые домохозяйки, рыдали, прильнув к телевизору. 

- Я тогда сказал: «будь со мной до конца наших дней!» - продолжал Питт, переметнувшись на рассказ об их свадьбе, - а она не ответила, только загадочно улыбнулась – она часто так делала. Я любил её за эту улыбку… Единственное о чём, я сейчас могу думать: мы так многое друг другу не сказали, не долюбили друг друга, но кто бы знал, что у нас так мало времени? 

- Я понимаю Вас, - прервала Ребекка гостя, услышав в наушник: «Останови его, он как раз наговорил на сорок пять секунд, поверх пустим видео ряд из личных фотографий – выйдет клёвая склейка! Народ обрыдается!». – Но всё же, если можете, расскажите о том, что произошло в тот вечер? Ведь в новостях огласили официальную версию полиции, что произошло на самом деле, известно только Вам. Мир должен знать, как погибла Анжелина! – она сказала, и сама испугалась, насколько бессердечно это прозвучало.

Питт тоже почувствовал удачный момент для маневра, вновь прикрыл ладонью глаза:

- Извините, я… Я… Это как заново пережить ту трагедию! Не знаю… Могу ли я надеть тёмные очки?

- Да, пожалуйста, - про себя Ребекка ему аплодировала стоя! Ну, надо же придумать такое: не напрягаться, а просто надеть очки, чтобы все вокруг воображали под ними слёзы и покрасневшие глаза!

Бред Питт выдержал паузу, а потом заговорил хриплым, не своим голосом:

- Солнце стояло в зените, мы как раз уложили малышей спать, а сами решили немного побродить по пляжу. Анжелина хотела собрать из ракушек, выброшенных на песок, ожерелье, ей страшно нравились вещи handmade. Нас обдувал освежающий бриз с океана, отгоняя жару. Мы держались за руки. Шли и бежали по песку. Хохотали без причины – от счастья. Мы специально договорились, чтобы нам выделили целый берег, чтобы не было посторонних. Вы не представляете: я каждый день выхожу из дома, и меня обязательно ослепляют вспышки фотокамер вездесущих папарацци, если бы такое повторилось на отдыхе – было бы ужасно. Так вот. Нам с Анжелиной никто не мешал, за неделю мы увидели двух или трёх посторонних – фантастика! А тут на песке сидел этот старик. Мы не обратили на него внимания, прошли мимо. Я подбежал к воде, позвал её, чтобы подурачиться, поплескаться. Она малость замешкалась. К ней подошёл старик, что-то спросил: ветер усилился, поэтому я не услышал что именно, но мне это не понравилось, я побежал к ней. Песок рассыпчатый – бежать неудобно. Когда я подбежал, она испуганно обернулась, и тут долетели слова старика: «Тебе пора умереть!!!». Это… Простите… - Питт правдоподобно всхлипнул, - я… Я не могу больше говорить…

- Стоп камера! – скомандовал режиссёр.

Съёмочный павильон моментально пришёл в движение. К телеведущей и гостю подскочили гримёры с щекочущими кисточками. Справа возник сценарист, переписывающий по ходу дела сценарий.  

Подошёл Том – директор съёмки:

- Бред, ты превзошёл сам себя! Как приятно с тобой работать! Эх, даже не представляю, как здорово тебя снимать в полнометражке…

Пит снял очки, улыбнулся:

- Том, привет! Уж извини, я сам подумываю попробовать поснимать кино, так что в другой жизни. Слушай, ведь здорово я придумал закончить этот дубль? Вы потом сделаете титр, что-то вроде «пять минут спустя», словно я ушёл, пострадал в уголке, но, в конце концов, решился закончить рассказ! Сильно получится!

- Да, неплохой поворот, - отозвался Том.

- Всё. Я готов! – прогнал прочь гримёршу Питт, - давайте продолжать, пока из образа не вышел…

- Ок! Камера «мотор».

Притихнувшая Ребекка вновь почувствовала себя хозяйкой положения, когда Питт вернулся в кадр, она протянула ему салфетку:

- Простите, не представляю, как Вы ещё держитесь, но пожалуйста, закончите рассказ. Как же на самом деле погибла Анжелина? 

- … и вот до меня долетели эти страшные слова «Тебе пора умереть». Я бежал как только мог, но всё равно слишком медленно. На ней было такое кристально-белое сари – она любила экзотическую одежду. Она тогда посмотрела на меня грустно и испуганно одновременно и… Я ещё бежал, но уже понял, что случилось что-то плохое. Непоправимое. Когда я оказался рядом, старик куда-то исчез. Анжелина лежала на земле и её сари медленно становилось алым… Это от крови… Потом в больнице врачи сказали, что её ударили ножом в самое сердце. Я обнимал её, умолял, чтобы она держалась, просил быть сильной. Она всегда была очень сильной. Последнее, что помню: её глаза, руку на моей щеке и слова: «Я буду любить тебя вечно».  

Ребекка поняла, что это финал истории - лучше её закончить не получится, наклонилась к камере, тихо сказала:

- Америка, теперь ты знаешь, как умерла твоя самая известная дочь. Мир осиротел. Но мы никогда не забудем её: за большое сердце, чистые помыслы и благие дела. Анжелина, где бы ты ни была, ты навсегда останешься в наших сердцах и мыслях.

__

Спасибо, если дочитали. Это фрагмент из романа "Рай мужской v.2.0", написанного мной давным-давно, что думаете?