Скидка 30% на "Четырнадцатого архидемона 3". Фэнтези, уся.
Автор: Станислав Дементьев— Ты знаешь, почему я так усердно занимаюсь культивацией? — спросила Вальтия некоторое время спустя, отряхнув крошки с халата.
— Не знаю. Ты об этом не говорила.
— Да, и вправду. Слушай: я хочу превзойти Учителя Юбериса. По крайней мере, в одном. Когда-то он смог достигнуть таких высот, что даже Печать Зеффара подчинилась его воле, перешла не к нему, а к его единокровному брату. Хотя разницу в их силе увидел бы и слепец, а Печать обычно наследует достойнейший, сильнейший. Но для Учителя это оказалось максимумом. Я хочу достигнуть большего. Унаследовать Печать при жизни прежнего хранителя. Мама уже достаточно натерпелась. Но пока я не достигла семи цветов, о таком чуде можно даже не мечтать. Тут нужна настоящая культивация души, а она может начаться лишь на седьмом цвете.
Вален не вздрогнул, когда в правой руке Вальтии вдруг появилось копьё, нацеленное ему прямо в центр груди. Не вздрогнул потому, что не чувствовал от неё убийственного намерения, не наблюдал угрожающего напряжения мышц, не видел в её меридианах — необычайно ярких и чётких — движения энергии, указывающего на возможность удара.
— Так что я буду очень, очень рада, если за те годы, которые мне ещё понадобятся, ты не загонишь маму в гроб.
— Знаешь, я тоже буду рад, — развёл руками Вален.
Вальтия фыркнула. Резко встала. Взмахнула оружием, так что порыв ветра едва не задул волшебное пламя.
— Будь серьёзнее, брат!
А в следующий миг Вальтия крутанула копьём в руке и ударила им назад. Зрачки Валена расширились. Не потому, что остриё копья вошло прямо в тело практика, пытавшегося незримо подкрасться к Вальтии со спины. А потому, что перед ударом он не заметил ни убийственного намерения, ни угрожающего напряжения мышц, ни подозрительного движения энергии в меридианах.
Долю секунды спустя, его зрачки снова сжались в точки, когда в глаза ударила ослепительная вспышка. Поток пламени мгновенно превратил в головёшки несколько сосен за спиной неудавшегося убийцы. Про него самого и говорить нечего — на землю осыпались пепел и почерневшие кости.