Из будущего рассказа

Давно, очень давно ко мне пришло видение этого рассказа. Далекое будущие. Женщина, которая не может иметь детей. Мир, в котором перестали рождаться дети... и ученые решили помочь эволюции другого вида. Вида, который знали очень хорошо. Существам упрямым, эгоцентричным, умным, любопытным, жаждущим нового. Животные, которые тысячелетиями были просто питомцами, должны были стать последней надеждой для человечества - стать его проектом в будущем. И этими животными стали кошки. Котёнок Мико стал Адамом кошачьего племени, чье сознание пробудилось особенно ярко и сохранило память о своей Ма. И века спустя на Земле появилась иная цивилизация. Со своей культурой и религией. В которой самыми старыми были слова "Боги потеряли детей. Боги создали нас. И мы стали Детьми Богов. И дали нам имя и Дом. И Ма оберегала Мико, своё Дитя..."

И утратили Боги детей своих.

Не каждой женщине суждено стать мамой. Я это понимала, но как же больно было это осознать в полной мере. Иногда я завидовала подругам. Они не страдали и не чувствовали пустоты в своём сердце. В неведение бездны скрывается счастье. Я же знала, что скрывается за сухими строчками диагноза, такими обычными для нашего времени.

Когда-то таких как я называли пустоцветами.

Звучит почти красиво. Если не думать.

Моя беда в дом, что я думаю слишком много. Пустоцвет. Та, что не дала жизнь и не оставила след. Это обидно. И больно. И я не хочу быть пустоцветом. Но я не могу изменить реальность. Не могу изменить себя и совершить невозможное. Но как же я хочу этого!

Может именно поэтому однажды я села в аэрокарт и полетела в Научный Центр Репродукций Видов. Их последняя разработка задела самую болезную струну внутри меня. «Требуются мамы» - гласило объявление от них. Именно так – мамы. Я никогда не была «мамой», но очень хотела бы ей стать. Только признают ли меня годной для этой роли? Этого я не знала и сильно, до стиснутых от страха кулаков, волновалась. 

В Центре меня пригласили пройти тест, со мной говорил психолог, который в конце улыбнулся и сказал:

– Вы нам подходите. Нам необходимы люди, которые понимают, насколько важна наша работа. И что у человечества есть возможно лишь один шанс. Мы не можем его спасти, но есть шанс сделать так, чтобы оно не исчезло. И жило в тех, кто придёт после нас.

Безумие. 

На самом деле я не хотела верить, что всё настолько печально. Но вера это одно, а точное знание совсем иное дело. И собственное неверие становится бессмысленным. Особенно когда ты видишь подтверждение факта каждый день вокруг себя и своего окружения. Детей становилось всё меньше. И всё меньше было тех, кто мог дать жизнь следующему поколению. Я не была счастливым исключением, поэтому для меня был лишь один шанс узнать каково это – взять на руки маленькое, беззащитное существо и стать его проводником в большой мир. Пусть даже это существо не будет человеком.

Я буду его мамой. Мамой!

– Мы запишем биение вашего сердца. И ваш голос. Вам надо спеть колыбельную. Со всем чувством, что вы можете передать в словах. Пока он будет расти в инкубаторе, он будет слышать биение вашего сердца и слышать ваш голос. Так в его подсознание еще до рождения будет ориентировано на вас. Он должен запечатлеть вас, для успешности эксперимента. Это очень важно.

Запечатлеть…

Много, много лет назад вылупившиеся утята первыми увидели человека и следовали за ним по пятам, абсолютно доверяя и боясь потерять. Он приводил их к воде и входил в неё, а утята устремлялись за ним… и так впервые узнавали, как это – плавать. Он приводил их к кормушке и пальцем показывал на еду. И утята верили ему безусловно. Потому что запечатлели в первые секунды жизни.

Лишь после ученые осознали, что подобное происходит не только с утятами, что оторваны от материнского тела и формируются под хрупкой скорлупой. Подобное происходило и с прочими видами. Детёныши животных, человеческие дети росли внутри тел своих матерей, слыша ритм их внутренних органов, биение сердца, их голоса… и это незримо входило в них, помогая развитию. И стали понятны неудачи, когда учёные пытались вырастить человеческий эмбрион в инкубаторах. 

В тот же день записали биение моего сердца. И дали мне послушать его. Это было так удивительно и странно, слышать со стороны ритм биения своего сердца. Необычно. А потом сказал:

– Спойте. Как можете. Колыбельную песню. Или что-то, что вы любите.

Колыбельную.

Я знала одну колыбельную. Старую, седую и древнюю, что отзывалась внутри меня каждый раз. И да, именно её я бы дарила своему ребёнку.

– Баю-баю, судьбу заклинаю,

Благосклонно быть к моему раю.

Баю-баю, океан бескрайний,

Спит спокойно, глазки закрывает…

Да… я бы пела её моему малышу.

Как сильно я бы хотела его увидеть… 

Говорят то, что должно произойти – обязательно произойдёт. Пусть иначе, чем ты думаешь, но случится. Возможно, у меня должен был появиться ребёнок. И он появится. Просто иначе. Придёт другой дорогой, и будет выглядеть иначе – но это будет МОЙ ребенок.

Мой дом подготовили быстро. День за днем, вместе с другими «мамочками», я приходила в Центр, где нам читали лекции и рассказывали, как нам надо будет воспитывать и учить наших малышей. О том, какие навыки мы должны прививать, пользуясь их инстинктами и особенностями. Чтобы для них, это стало естественным и простым, как само дыхание. Я не пропускала ни одно занятие и всё ждала. Ждала того самого дня – когда ОН должен был родиться.

Он вырос в инкубаторе. Слыша ритм моего тела и под биение моего сердца. Он слышал мой голос и пение, в котором звучала моя любовь. И мои руки были первыми, что он почувствовал после своего рождения. Я взяла на руки маленькое, хрупкое тельце. Мокрое, в слизи, и прижала к себе, даря своё тепло. 

– Мико… мой Мико, – сказала я.

И это были первые слова, что он услышал в этом мире.