Попаданцы -тень мрака
Автор: Владимир ЛещенкоОдин из попаданцев вспоминает...
На пристани было и крытое помещение, где можно было спрятаться от дождя и подождать своего катера, давно запертая будка с надписью «Касса». На внешней стене этого зала ожидания висел уже выгоревший плакат, «Перестройка — властное веление времени» -казавшийся ему там и тогда — высшей нелепостью.
Вверх, на берег, вели такие же трапы, как те, по которым входили пассажиры на борт, только длинные. Представляли они собой длинные доски, на которые были набиты поперечные планочки, чтоб не скользить -по ним они и попали в Кубему.
Там не было ни гостиницы, ни милиции… Но увидя «открытый лист»их как показалось Колыванову — со неохотой — пустили пожить в школу — такую же большую избу -по летнему времени пустую.
…Обитало тут особое приполярное племя, вроде русские, а вроде и нет… «Какие мы йуские (русские)? Мы так себе, севейные…»-говорили они сами.
Это потомки казаков, которые в несколько десятков лет прошли сквозь огромный край от «Камня» -Урала до Охотского моря в поисках мехов и золота. Они поднимались по рекам, перетаскивали по волокам свои неуклюжие суда, сбитые деревянными гвоздями, с парусом из грубой рогожи или тюленьих шкур, с грубо кованным якорем или вообще обвязанным сыромятными моржовыми ремнями тяжелым камнем вместо него. В походах своих они дрались с племенами — отвечая сталью на кремень и кость и страшным огненным боем на стрелы. Забирали вождей в аманаты -заложники, а женщин в жены -венчаясь если не было с ними попа или монаха — вокруг местных «болванов». И по сию пору эти невысокие скуластые люди говорили на старинном наречии и палку, называли «жезлом», а луговину — «пажитью». Себя они называли еще «беломорскими», и «детьми Беломорской женки». Мол предки их пришли сюда везя с собой одну русскую девушку — и хоть переженились на местных, но кровь ее текла в них…
Он с удивлением узнал что те на своих зимних посиделках всё еще поют древние русские песни и поморские былины о Владимире Красном Солнышке и его богатырях.
Жители много рассказали между делом — и про старинные войны с «чукцами», и про дружбу с ними, и про то что в старину добывали пушнину даже на Аляске. А еще что особо ценили местные модницы «мышьи» меха что приходили из Америки (Как оказалось — то были шкуры полярных сурков)
Рассказали и про Хайэл Гхар — то урочище что они намеревались раскопать. Но куда меньше. Место, окутанное мрачными легендами, словно туманом, который так часто стелился над здешней тайгой и тундрой. Говорили, что когда-то здесь обитало племя — то ли какая-то ветвь чукчей давно отделившаяся и не водившая дела с прежними соплеменниками, то ли мифические «онкилоны». А может вообще пресловутые «лельгилены» — это народ который аборигены всерьез числили потомками злых богов * . Считалось, что они ушли с земли много веков назад и владели чёрным колдовством. Лельгилены поклонялись страшным звероподобным божествам и злым демонам и в конце концов отправились в Нижний мир. Их шаманы, искусные в темных ритуалах, не гнушались человеческими жертвоприношениями -даже больше — они их любили — вернее любили Те кому лельгилены служили. (А черт — Улайну то как раз они от этой участи и спасли! Может быть и тут Им поклоняются?)
Так или иначе о Хайэл Гхар не было толком известно почти ничего. Пара абзацев в старых еще допетровских летописях, записи фольклористов шестидесятых, да информация о какой-то экспедиции владивостокских историков. И почти забытые мифы. Местные жители унаследовали эти мифы от пращуров по туземной линии. Они старались обходить проклятое место стороной, шепчась о дурной славе и невидимых опасностях...
Говорили неохотно и с плохо скрытым опасением -хоть вроде народ давно приобщившийся к цивилизации — с телевизорами и радиоприемниками в избах и даже с книжками на полках…
Например такое — мол слышали от стариков: будто в незапамятные времена особо доверенные шаманы, открыли для загнанных врагами жителей проход в «Нижний Мир» — а когда племя ушло за врата -закрыли их, а потом покончили с собой, чтобы тайна умерла вместе с ними… Говорили что они ушли в одну из многочисленных пещер здешних гор что вели в какие-то счастливые цветущие долины или вообще «В другие места»…Там на сотни и тысячи квадратных километров тянутся совершенно безжизненные и никем не преодоленные пространства, голые скалы, дикие хребты, лунные пейзажи, множество мелких рек, непроходимая болотистая тундра и глухая тайга. В горы не заходили даже местные чукчи и якуты, помещая там «страну мертвых»…
И не случайно...