Марш справедливости по-бельгийски

Как-то раз в Бельгии случилось событие из ряда вон: капрал бельгийских ВВС и инструктор по стрельбе Юрген Конингс вооружился до зубов и ушёл в леса. С собой он прихватил пистолет, четыре противотанковых гранатомёта, автомат, две тысячи патронов — и ещё много чего по мелочи.

То были времена ковида. Правительство судорожно пыталось хоть как-то реагировать на объявленную пандемию, и получалось из ряда вон плохо. Министром здравоохранения тогда была самый «здоровый» (нет, не от слова «здоровье») и когда-то самый популярный политик Бельгии — Магги де Блок, известная под прозвищем «Железная Магги». Любопытный факт: на русский язык её имя неудачно переводится как «Кубик Магги».

Незадолго до пандемии при ней был уничтожен стратегический запас медицинских масок как «просроченный», а новый так и не появился. Когда случился аврал, страны Евросоюза немедленно забыли о том, что они находятся в союзе, и принялись подрезать друг у друга поставки, включая те самые медицинские маски и стратегически важную туалетную бумагу. 

Решение проблемы вроде бы нашли: Магги отправила в Турцию пять миллионов евро, чтобы закупить масок — и… деньги растворились где-то по дороге. В народе ходили слухи про внезапно выросшие виллы в Тоскане, но доказательств, разумеется, никто так и не увидел, поэтому всё это лишь слухи. Но свой пост она почему-то всё же потеряла и довольно быстро исчезла из большой политики.

В СМИ постоянно выступал вирусолог Марк ван Ранст и говорил, в общем-то, обычные для вирусологов того периода вещи про самоизоляцию, дистанцию и прочие радости жизни. Но точка кипения была такой, что довольно популярной народной шуткой стало: «Он вынужден сидеть в самоизоляции, потому что если выйдет на улицу — ему выбьют зубы».

И вот в этот период у капрала Юргена Конингса окончательно сорвало резьбу. Выкрикивая угрозы убить членов правительства и лично ван Ранста, он повязал на лоб повязку и исчез в лесах. Началась крупнейшая в современной истории Бельгии операция по розыску человека: перекрытые дороги, блокпосты, армия, полиция, вертолёты, сотни прочёсываемых квадратных километров.

Возле городка Groot Homo (да, буквально «Большой Гомо» — название от фамилии философа Haumont) нашли его машину, начинённую взрывчаткой и ловушками. Где-то в лесу слышались выстрелы. Страна несколько недель жила в состоянии нервного ожидания. Вирусолога взяли под охрану — и он сам оказался на усиленной самоизоляции.

Бельгийцы — очень спортивный народ, и они страшно любят велосипеды. Они ездят на велосипедах повсюду: на работу, в магазин, в лес, просто так, ради удовольствия. Страна просто испещрена велодорожками. Порой они готовы часами смотреть по телевизору велогонки или воодушевлённо стоять вдоль дороги в ожидании, когда мимо пронесётся очередной пелотон.

И вот одним солнечным утром на велосипеде по лесу катался мэр городка Маасейк. Смотрит в кусты — а там Юрген. Мёртвый. Вот само так вышло, никто не виноват. Ну умер и умер.

Во времена этих событий я как-то вечером выпивал с солдатом НАТО — приятной, доброй девушкой. Она тогда высказала мнение: в армии никто не верит в версию самоубийства Юргена Конингса. Не может такой идеологически заряженный человек просто тихо покончить с собой в лесу. Это даже звучит глупо.

Так закончился самый масштабный вооружённый кризис в истории Бельгии XXI века. 

Ах, да: любые совпадения случайны.