Про смех без причины

Время от времени бывает так, что я внезапно вспоминаю какой-нибудь прикол и начинаю смеяться. Поскольку чувство юмора у меня уровня семилетки, то и воспоминания соответствующие.

Например, сегодня, плавая в бассейне, я вдруг вспомнил о существовании высокопоставленного чиновника по имени Василий Попик, активно сражавшегося за право иметь ник в интернете vpopik. Не знаю, почему я вообще про него подумал, но меня просто разорвало прямо посреди дорожки.

Есть ещё один неочевидный прикол, от которого меня сразу начинает трясти в конвульсиях: слово «кулёк». Изначально это слово ассоциировалось у меня с бабушками, продававшими жареные семечки возле остановок. Они сворачивали газеты в кульки и насыпали туда стакан семечек. Но потом произошла история, которая перевернула моё представление о назначении данных приспособлений.

Примерно во второй половине нулевых я познакомился с огромным количеством очень интересных русскоязычных персонажей, проживавших на просторах ЕС. Был среди них и мой тёзка, живший на мизерное пособие по безработице в антверпенской общаге, в крошечной комнатке два на два метра. В ней помещались: стол, стул, кровать и раковина.

Общаги для одиноких людей на пособии — это часто обычные жилые дома, где на одном этаже одна-две спальные комнаты, а между этажами может быть кухня, душ или туалет (обычно что-то одно). Практически все его соседи были выходцами из разных частей Африки, и так вышло, что он умудрился там со всеми перессориться. Опасаясь за целостность своей оболочки, он перемещался перебежками и без крайней необходимости вообще не выходил из комнаты.

Чтобы лишний раз не бегать в туалет, он придумал гениальную схему: по-маленькому ходил, естественно, в раковину, а по-большому… в пакетики. А потом, на цыпочках, под покровом ночи, выносил всё это куда-то. Эти пакеты он упорно называл кульками. Оказалось, что это какой-то региональный прикол на просторах СНГ: якобы в некоторых регионах используется исключительно слово «кулёк».

Всё бы ничего, но он где-то достал старенький ноутбук и начал на форумах описывать свою сладкую жизнь. Якобы теперь он богатый европеец, ездит на дорогих автомобилях, расставляет пальцы веером, и оставшиеся на Родине не понимают даже десятой части его счастья. Эти истории о роскошной жизни в Европе привлекли молодую фитоняшку из Санкт-Петербурга, которая за свои деньги оформила визу и прилетела к нему в гости. В их планах была любовь до гроба и куча обеспеченных наследников.

История умалчивает о выражении её лица, когда она узнала, что будущие наследники получат только дурной запах немытого тела, а ей теперь придётся наваливать в раковину, но именно с тех пор от слова «кулёк» у меня может начаться истерика.

Говорят, она просто по-быстрому нашла гостиницу и поменяла обратный билет, но кто знает — может, потом какая-нибудь любительница безработных наркоманов таки обрела своё счастье.