За писят тыщ

В первый же день, как получил комстатус, я стал фантазировать на тему «Сколько бы я хотел получать за свои книги». Число колеблется, ибо несмотря на твердокаменный рубль, ценники в магазинах меняются почти ежемесячно. И не в приятном направлении. Но, думаю, на сегодня меня бы устроила сумма в 50 тыщ рублей в месяц. 

(На заметку язвам и скептикам: я не говорю, что мои книги достойны этих денег, я говорю, что хотел бы их получить).

Подобный фокус у меня вышел только один раз – когда стартанули «Пресвитерианцы». Больше не удавалось. И я понимаю, что аппетит приходит во время еды, так что через пару месяцев я наверняка захочу больше… Но разговор нынче не об этом.

Иногда… прям совсем иногда хочется сложить в шкаф свою брутальность и маскулинность и побыть этакой девачкой, за которую все проблемы решает кто-то другой.

(На заметку феминистам: я говорю не обо всех женщинах, а об определенной группе девачек, которые существуют, и это факт).

И вот чтобы нашелся человек, который скажет: Василий, вы – чертов гений! Я буду вам платить сразу все писят тыщ каждый месяц – вы только пишите! Пишите в свое удовольствие!

Заманчиво? Не то слово! (правда, сумма моментально кажется не такой уж и достойной… настоящий ценитель мог бы и больше платить))). Но, посмаковав жизнь девачки, я вдруг подумал.

А буду ли я писать так же, как раньше? Последние четыре года я заставлял себя писать чуть ли не ежедневно. Спешил (и конечно, от этого страдало качество), постоянно думал, как увлечь читателя. Чтобы их становилось больше. Я даже порой хитрил и читерил (правда, не очень умело, о чем красноречиво говорит мой рейтинг)). Но главное – я писал, писал и писал.

Стану ли я также «выжимать из себя талант», если заветные писят тыщ уже будут греть мой карман? Буду ли стараться понравиться читателю? Не начну ли халтурить и вываливать на АТэшечку какие-нибудь убогие ранние архивы, ленивые тексты, не требующие подготовки – лишь бы выполнить требование своего благодетеля? Никаких поисков, волнений, депрессий…

В конце концов, буду ли я также рад этому полтиннику, который не выстрадан и не вымучен ежедневным писательским насилием над собой?

Хочется писят тыщ, ребята) Но девачкой быть не очень хочется) Дилемма, однако.