Между краской и криком: почему Ван Гог — это "вкусно"?

Сходила на выставку Ван Гога и до сих пор не могу прийти в себя. Знаете это чувство, когда искусство не просто нравится, а буквально прошибает до слез? Но не от жалости, а от какой-то запредельной честности.

Я смотрела на его поздние работы — те, что написаны за месяц, за неделю до финала. И это было... вкусно.

Странно говорить так о работах человека в депрессии, но посмотрите на эти мазки! Они грубые, живые, почти абстрактные. Синие, глубокие голубые, приглушенно-серые тона... и среди этой холодной меланхолии вдруг прорывается красный. Как пульс. Как последний крик.

Что я вынесла оттуда для своего творчества (и для "Между строк"):

•Фактура решает всё. В тексте, как и в живописи, есть свои "мазки". Можно писать гладко и правильно, а можно — грубо, сочно, чтобы каждое слово "дышало" и имело вес.

•Эмоциональный поток. Ван Гог не планировал композицию до миллиметра — он вбивал свое состояние в холст. Я тоже верю в поток: когда сцена в книге ведет тебя сама, и ты не знаешь, что случится в финале, пока не поставишь точку.

•Вкус боли. Самые личные, самые тяжелые моменты в искусстве часто выглядят самыми притягательными. В этом есть какая-то странная магия — эстетика на грани распада.

Теперь эта "синева" с красными искрами точно просочится в мою книжную лавку к Розитте. Чувствую, что следующая глава будет пахнуть масляной краской и старыми тайнами.

А у вас бывало так, что чужая боль в искусстве казалась вам невероятно красивой?