Вишня думает о воспитании

Мне говорят, что я была избалована любовью с детства. Я не жалуюсь, но от обвинений отказываюсь. Мне говорят, что я веду себя неправильно. Я киваю и не верю. Потому что невозможно растить ребенка в среде любви и понимания, а потом винить его в том, что он этим пользуется и строит мировоззрение на основе своего же воспитания.

Я не избалована и не груба. Я есть зеркало ваших слов и поступков. А ругать отражение - это как гнаться за собственной тенью, совершенно не имеет смысла. 

Вас задевает отсутствие уважения и субординации, но выстраивать эти границы должна была не я. Теперь степень моего свободомыслия определяется манерами, привитыми с детства и, по меньшей мере, осознанным самоконтролем. И если контролировать нечего, я переступаю эту границу, как ступеньку или бордюр, потому что никто не воздвигал на этом месте стену.

Иногда мне кажется, что я не права. Но водка с вишней - это существенный аргумент против этого несправедливого обвинения.

Зачастую обвинения в моей невоспитанности звучат для меня абсурдно. Как если бы человека учили с детства здороваться, поощряли его вежливость или игнорировали ее проявление, а потом, когда он вырос, били по рукам и бесконечно спрашивали зачем он это делает и как ему не стыдно так разговаривать с людьми. Как может быть стыдно то, к чему ты привык как к должному? Как может быть неправильным то, что для тебя всегда было естественно верным? Разве это грубость? Разве шутки - это проявление неуважения? Разве невозможно говорить с родителем на равных, если ты сам уже взрослый человек? Мир сложен. Но я не могу найти в себе сил преклонить голову перед другим человеком, даже если это мой родитель. Я готова взыскать в себе уважение и благодарность за все, что мой родитель для меня сделал, а это не малые заслуги. Но готова ли я всегда молчать, подставляя щеки для битья? Вряд-ли. Было бы интересно узнать, поменяю ли я свое мнение, когда у меня будет свой взрослый отпрыск. Но это слишком долгоиграющий эксперимент. Остаётся полагаться на здравомыслие.