Тяжесть, которая уходит

Удивительно, как в тему моих мыслей случился сегодня флешмоб "Самая тяжёлая сцена"

В рамках него я предложу не отрывок, а целое короткое эссе по такой сцене. Изначальная сцена, которая там обсуждается, не моя, она из Пасифика. А вот эссе, выстраданное и выдранное из глубин темных вод, моё. Тяжелое, но облегчающее.

Возвращаясь домой

Мне никак не похоронить Франца.

Я всё кручу так и эдак этот мотив, всё думаю, каких слов не хватает в его смерти. Прихожу каждый раз к одному: им троим, там, в кабинете, хватило всего. В этом неизбежность их трагедии. Не хватает мне, здесь и сейчас.

И — страшно сказать — не хватает возможности оказаться там вместо Франца. Вместо бедного, освобожденного Франца. Боже мой, как ему повезло. Боже мой. «Боже мой». Это просто фигура речи.

Где твоя доброта, Боже мой? Где твоя простая, ясная свобода не быть собою, а стать чем угодно? Мне больно и страшно, когда я вижу, как широка эта пропасть. Когда я чувствую, что я давно уже не хочу летать.

Коварство пропасти, впрочем, в том, что она прикрыта стеклянным полом — или потолком, тут уж кто откуда умудрился взглянуть. Вы понимаете, Боже? Можете ли вы понять?

Я смотрю сверху — это уже неизмеримое преимущество. Вы думаете, что смотрите извне — это неизмеримая невозможность. Вы не можете подтолкнуть падающего. И я шагаю сама.

Мне говорили, что где-то должны быть крылья. Не знаю. У меня только китель с шоколадными медальками. И каждая из них уже засохла. Что за ирония. Мы таскаем с полки заветренные пирожки, пока ты смотришь на нас со снисхожденьем и жалостью. Мой китель снимается только с кожей.

Господи. Это просто фигура речи.

Всё будет хорошо.

Все остальные размышления на ту же тему тут.