Отдел

Так, уже было однажды. Жена, замахнув рюмаху для храбрости, усадила меня за стол и рассказала, что она катится куда-то в пропасть. За ней ухаживает мужчина, он ей тоже нравится, меня никогда нет дома, и она не знает, как выбраться из этой ситуации. Я завис, не понимая, что мне делать с этой информацией, а жена, увидев мою растерянность, сказала, что я единственный близкий человек, с которым может обсудить ту задницу, в которой она очутилась. Не помню, что я тогда ответил, но больше она таких разговоров не заводила.

Мы и так знаем, что нам давно пора разбегаться. Если начинать разборки, то всплывет столько дерьма, что это точно станет точкой невозврата к прежней, привычной жизни. Надо будет срочно решать кучу бытовых проблем и думать, как строить дальнейшую судьбу, а мне этого очень не хочется. Не сейчас. Понимаю, что веду себя как трус и лентяй, но не могу пока по-другому. Да, конечно, могу, но не хочу, вот и тяну кота за главный заработок ветеринара.

Даже в те редкие дни, когда ночую дома, я уже давно сплю на кухонном диванчике. В первый раз это было после очередной ссоры с женой из-за того, что я постоянно задерживаюсь на работе. Мой довод о ненормированном рабочем дне, жена легко побила доводом об очень даже нормированной зарплате. Истина в нашем споре так и не родилась, ибо спор сразу перешел в ругань.

Правда, тогда я уже через день вернулся в супружескую кровать, и мы как следует оторвались в честь этого. Будто зелёные молодожены, полночи занимались примирительным сексом и обещали больше не ругаться, но слово не сдержали оба. Работа также занимала почти все время, и диван стал появляться в моей жизни все чаще, а постель с женой все реже. Пока не стало понятно, что возвращаться в общую кровать, основу супружеской жизни еще молодых людей, вообще бессмысленно. https://author.today/work/546085