Литература-2

Вопрос дня: что есть литература?

Здесь в блогах частенько идут баталии на предмет "да это вообще не литература!" и мне захотелось немного поразбираться в вопросе. Приведу только некоторые итоги расследования и интересные мысли разных людей, кто над этим думал профессионально. Термин "литература" в смысле, приближающемся к современному - явление довольно позднее (19 век). Многие известные писатели и литературоведы (Л.Н. Толстой, Сартр, Барт, Гудмен) пытались придать ему какой-то четкий смысл - получалось не очень.  Французский философ-литературовед Ролан Барт, в конце концов, пришел к  компромиссу -  шутке-тавтологии:  

Литература - это то, что здесь и сейчас называют литературой

и, как обычно, в ней есть лишь доля шутки. Книжные магазины Британии разобрались с проблемой чисто практически: раздел Literature - это учебники и деловая литература, а раздел Fiction - все остальное самое интересное, к чему в целом тяготеет АТ. Французский литературовед-структуралист Жерар Женнет предложил провести подвижную границу между литературой и не литературой с помощью т.н. режимов литературности:  в конститутивном режиме произведение относится к литературе по уже сложившимся исторически общепринятым критериям (даже если это произведение сейчас никто не читает),  а в  кондициональном режиме - все  зависит от текущих оценок и критериев и тексты в нем  постоянно  пересматриваются (например, "Мысли" Паскаля изначально не относились к литературе, а сейчас относятся). Эта идея оказалась рабочей, причем кондициональный режим отхватывает с течением времени  все новые и новые тексты, расширяя сферу литературы и размывая границы между литературой и иным (хотя этот режим теоретически мог бы двигаться и в обратном направлении).

Характеризацию  литературы в смысле Fiction удобно разбить на следующие пункты.

1. Объем понятия литературы.

Было бы неинтересно и бесполезно назвать литературой вообще все печатные тексты на Земле. В 19 веке аристотелевские эпопея (повествование) и драма (представление) стали отказываться от стиха  в сторону прозы и литература стала триадой: роман, театр и поэзия (уже как отделившийся жанр). Литература теперь тяготеет к романтизму, истории, географии, становится национальной (появляются литературы), при этом акцент литературности смещается с вопроса "Что?"  к вопросу "Кто?" - появляется тяготение к великим писателям-личностям. Понятно, что эти критерии по своей природе не могут быть  жесткими. Эллиот писал:

Существующие памятники образуют идеальную соразмерность, которая изменяется с появлением нового (истинно нового) произведения искусства, добавляющегося к ним...

В 20 веке кондициональный режим литературности примененный к лучшим текстам сделал частью литературы стихи в прозе, автобиографию, путевые заметки, детективы, комиксы, детские книги... 

2. Функция литературы

Вопрос о функции литературы - это вопрос: "Что делает литература?" Аристотель писал о катарсисе и удовольствии от узнавания нового  - отсюда возникло гуманистическое определение литературы как особого способа литературного познания, который отличается как от научного, так и от чисто философского. Предметом этого познания является общее, возможное, правдоподобное, выраженное в тексте, а его инструментом является индивидуальное, единичное сознание. Некоторые литературоведы считают, что именно чтение в средние века стало главной предпосылкой концепции индивидуальности и субъективности, которые укрепились в общественном сознании в Новое время, а при развитом капитализме стали основой устройства общества и его законов. Образцом свободного современного человека становится читатель: в опыте чтения

барьер индивидуального "я", где он был человеком, подобным всем прочим, рухнул (М. Пруст), я - это другой (Рембо), я стал безличен (Малларме)      

В конце 19 века, когда наука уже очевидным образом потеснила религию, некоторые литературоведы провозгласили литературу хранителем общественной этики и морали и даже  проводником государственных идеологий. Однако, та же литература становится и источником раскола, новизны, протеста, оппозиции, предсказаний, при этом в силу своей подвижности, она делает свои открытия и пророчества раньше ученых и философов.    
   
3. Форма содержания литературы.

Со времен античности до середины 18 века литература определялась как подражание или репрезентация  (mimesis) человеческих поступков посредством речи, на основе которого создается история (mythos). Таким образом, исторически первым признаком литературы был правдоподобный вымысел. По современным меркам Аристотель сильно ограничил возможности вымысла, оставив для него только повествовательный и драматический роды, и исключив наставления, сатиру, лирику. В современном подходе к форме содержания литературы вымысел не является ни необходимым, ни достаточным условием литературы - он является лишь ее возможным свойством.

4. Форма выражения литературы. 

С середины 18 века в противовес вымыслу появился эстетический критерий - идея прекрасного и отсылка литературы к себе как собственной цели и ценности. С конца 19 века к этому добавляется романтическая идея подлинного переживания абсолюта или небытия в литературе.

Подлинная жизнь, жизнь, наконец, обретенная и озаренная, а, значит, и единственно полно переживаемая - это литература (М. Пруст)  

Более формальный критерий литературного выражения - это отделение литературного языка от обыденного: обыденная речь локальна, денотативна, конкретна,  свободна, литературная или поэтическая - имеет протяженный след, коннотативна, неоднозначна, экспрессивна, автореференциальна, организована, плотна. Слова здесь всегда значат больше, чем они значат.  

Литература является и не может быть ничем иным, кроме как продолжением и применением некоторых свойств языка 
(П. Валери).  

Интересную концепцию внесла в теорию литературы русская школа формализма (Якобсон, Шкловский) - я с удивлением обнаружил, что  пользовался ей сам по наитию - это отстранение как экспериментирование с возможностями языка с помощью приемов, нарушающих привычно-автоматические формы читательского восприятия. При этом история литературы возникает в новом свете  как постоянно обновляемое отстранение, связанное с  перераспределением и модификацией литературных приемов. Позже Якобсон развил более широкую теорию коммуникации, в которой выделил шесть функций акта коммуникации: экпрессивную, поэтическую, конативную (принуждение к реакции адресата), референтивную, металингвистическую и фатическую (разговорный контакт). Литература, как разновидность коммуникации, отличалась в этой теории поэтической доминантой.

В итоге, современная более гибкая точка зрения на литературную отстраненность заключается не в том, что литература использует какие-то новые языковые средства, а в способе их организации (более плотная, чем в других коммуникациях  метафорическая сеть, дозированная писательским вкусом и чувством меры).  

Разумеется, можно привести различные примеры, которые, вроде бы опровергают этот критерий: бихевиористское белое письмо Хэмингуэя или Камю (когда фиксируются только внешние проявления персонажей, без внутренних монологов и метафор), ранний лаконичный Довлатов, поздний Пелевин или, например, использование литературных приемов отстраненности в рекламе, которую не хочется относить к жанру литературы. Я думаю, что в этих случаях, а так же и во многих других, можно говорить про контекстную отстраненность, которая  возникает не на уровне текста, а на уровне его прочтения читателем, когда недостающие внутренние детали и метафоры читатель достраивает сам, а контекст рекламы уничтожает литературную отстраненность как признак литературы. Во всяком случае, никакого более надежного основания для литературности формы выражения я не нашел. Женнет склоняется к этой идее с более общих позиций:

Литературность - явление множественное и потому требует создания плюралистической теории

Итоги

В поисках этой плюралистичности и избежания порочного круга, в котором литература - это то, что носители языка согласны считать литературой, литературная критика пришла к идее интерпретативных сообществ, которые в том числе устанавливают критерии литературности текста, при этом, возможно полностью  отрываясь от того контекста, в котором это произведение создавалось, то есть в отрыве от его истории. "Мы хотим это читать, мы будем это читать, и нам нравится читать это именно так!" - примерно так работает типичное интерпретативное  сообщество. Выглядит субъективно, зато 1) правдиво отражает то, что происходит в действительности; б) концепция интепретативных  сообществ очень гибка и потому, очень живуча...

"Отсюда вывод, что литература - это вечный недостаток логического основания" (А. Компаньон)

Мне кажется, этим она и прекрасна!

(продолжение следует)