Писательская годовщина: скидки и лирика

Сегодня я отмечаю свой второй день рождения: в этот день двадцать с хвостиком лет назад я начала свою первую книгу.

В честь этого для вас — скидка 25% на все мои законченные истории:

✩ Откупное дитя  (приключения; однотомник) — добрая колдовская сказка про ведьму, которая пока только учится быть ведьмой среди странных сил, хтонических чудовищ и говорящих птиц. Есть второстепенная любовная линия

♡ цикл Калейдоскоп Бездны (романтическое фэнтези, фантастический детектив; три однотомника в цикле, завершены) — лиричные и атмосферные истории о непростых отношениях. Здесь много рефлексии и эмоций, а ещё крепкая интрига, большой необычный мир и неожиданные сюжетные повороты

♡ Половина пути (романтическое фэнтези, романтическая эротика; однотомник) — неторопливая история о долгой дороге, во время которой герои сближаются, узнают друг друга и самих себя и учатся сражаться со своими кошмарами. Нежная эротическая линия: поддержки и заботы в ней примерно наравне со страстью

✩ Хлам (young adult, социальная фантастика, киберпанк; однотомник) — динамичная и злая история о мире, полном странных правил и социальных институтов, и подростках, пытающихся отстоять в нём себя. Есть второстепенная любовная линия

...а для меня — лиричное настроение.

Двадцать лет — это много, даже если большую часть из них ты ребёнок. И за это время, конечно, много чего было: от порнофанфиков на заказ до рассказов в литературных журналах, от феерических писательских запоев до железобетонного творческого блока. Но в эту годовщину я предпочитаю думать не про те много лет, что были, а про те много лет, что будут.

Когда-то я работала в музыкальной школе, и однажды к нам в гости с мастер-классом приходила прекрасная Е.В.

Е.В. был семьдесят один год, и она была оперной певицей. Очень ярко накрашенная, неожиданно сухая для оперы женщина с крошечной алой сумочкой — с ней был аккомпаниатор, но Е.В. безжалостно согнала его из-за пианино и почти всё занятие играла сама. Е.В. говорила "дощщь" и "дьверь", но если бы не это, на слух я ни за что не догалась бы, что ей больше сорока.

Я — совсем не певица. Я вообще, если хотите знать, стояла у двери и выразительно кашляла на людей, которые пытались по привычке вломиться в зал. Но кое-какие слова Е.В. я запомнила очень хорошо.

После очередного весьма унылого упражнения она сказала:

Мы делаем всё это не для того, чтобы выйти на сцену завтра и взять гран-при. А для того, чтобы выйти на сцену завтра, и послезавтра, и через неделю, и через год, и через пятьдесят лет, и чтобы тогда твой голос всё ещё был жив.

После того занятия я выпросила у коллеги сигарету и мучительно травилась ею на заднем дворе, потому что мой-то голос был глубоко болен. Я кромсала ножницами очередной текст, и это никак ему не помогало. Я сидела среди миллионов знаков недописок, которые никогда не станут книгами, и пыталась выдавить из себя наконец-то хоть что-нибудь.

Теперь я иногда напоминаю себе: послезавтра. Я делаю (или не делаю) вот это для того, чтобы писать послезавтра. И неважно, что об этом думают всякие там журавли и синицы, и какие там шансы нужно хватать, и за какой хвост.

Этот подход уже подарил мне семь книг, и это ровно на семь книг больше, чем мне представлялось на том мастер-классе.

Вот на них сегодня скидки. А впереди ещё много историй.