Они думали, что строят дом. Первый путник принёс не деньги, а приговор.

Дом под крышей. Печь сложена. Кажется, самое страшное позади. Но Сибирь испытывает не строения, а души.

Сначала появилась Катя — девочка из вымирающей деревни, с рюкзаком и альбомом для рисования. Она не просила помощи. Она просто стояла, стараясь не плакать, и спрашивала: «А я… Я могу вам помочь?». Они взяли её, не зная, что эта тихая девочка станет их глазами — она видела душу места так, как не могли они.

Потом приехал Владимир — инвестор из Новосибирска, пахнущий деньгами и пустотой. Он изучил их «проект», их «математику смысла», и вынес вердикт:

— С точки зрения бизнеса — это полный провал. Катастрофа.

Они замерли, готовые потерять всё. Но Владимир отодвинул чек.

— Я не дам вам денег на проект. Я дам вам деньги на жизнь. На то, чтобы выжили этой зимой. Без отчётов. На доверии.

Этот дар оказался страшнее отказа. Теперь они были в ответе не перед фондом, а перед чужой болью. А боль, как оказалось, заразна.

Всё началось с тёти Глаши. Потом слёг Никифор Петрович. Затем — Катя. И наконец Лена. Странный вирус выкосил почти всех. Максим остался один среди горячечного бреда и страха, что их общее дело умрёт, так и не начавшись. И в самый пик отчаяния в дверь вошла...

Кто пришёл в разгар болезни? Как выживали те, кто должен был всех спасать? И что значит — «выращивать корневище» вместо того, чтобы строить стены?

История о том, как дом становится крепостью, а случайные люди — семьёй, в 1 части, главе 3 «Сибирского узла».

Читать про первую зиму и испытание болезнью: https://author.today/reader/541223/5171810

Ставьте ️, если верите, что самое прочное строится не из брёвен, а из доверия и общей боли.

Добавляйте в библиотеку , чтобы узнать подробности.