Глеб Лютаев и его «Жертва»: интервью с писателем

Недавно в книжный свет вышла новинка, которой гордится не только сам автор, но и я. В свое время я приложила к этому роману свои корректорские лапки, и мне он очень зашел. А хорошими вещами надо делиться, я считаю. Поэтому сегодня вашему вниманию публикую интервью с Глебом Лютаевым – автором мистического триллера «Жертва», выпущенного издательством АСТ. Поговорили о нюансах написания романа, о том, как выйти на редактора издательства и насколько страшно с ним работать, о критиках и, конечно, творческих планах.

Расскажи эту удивительную историю о том, как автор самиздата стал автором одного из ведущих российских издательств.

Глеб: Как ни странно, меня заметил книжный блогер. В 2020 году я опубликовал на Литрес свою первую книгу «Параллельный фарватер». Абсолютно не разбираясь в книгоиздательском мире, я отправил рукопись с синопсисом в Эксмо и АСТ. От обоих не получил ответа. Параллельно отправлял книгу на обзор книжным блогерам. В конце 2021 г. опубликовал на Литрес «Жертву» под другим названием. После уехал на СВО. В 2023 году создал и связался с теми блогерами, с которыми сотрудничал в запрещённой ныне соцсети. И вот однажды одна из них написала: «Сижу с подругой, работает в издательстве, я расхвалила твою книгу. Напиши ей». Я написал, позже скинул синопсис и рукопись «Жертвы». Работнику издательства понравилось, и они взяли мой роман. Кажется, всё просто, но учитывая, что ни с кем из действующих лиц я не был знаком лично, история получилась забавная.

Банальный вопрос, но именно его так хочется задать автору мистики и хоррора: в чем ты черпал вдохновение для «Жертвы»? Как вообще пришла в голову такая идея для книги?

Глеб: Идея «Жертвы» пришла из воспоминаний. Помнится, в детстве, когда учился в школе, услышал некую легенду про одного художника. И когда уже начал писать книги, мне не давала покоя та история. Думал, думал и придумал, как всё обставить. Не смогу нормально ответить без спойлеров. Скажу лишь, что причиной написания «Жертвы» стали воспоминания из детства. Всё, что есть в книге помимо художника – лишь дополнение.

Как долго ты писал этот роман? 

Глеб: Книгу написал примерно за 2,5 – 3 месяца. Мне повезло: я находился в командировке и жил в гостиничном номере, где никто меня не отвлекал. Черновой вариант позже дорабатывался, но всё вместе заняло не больше полугода.

В романе перед главным героем встал очень непростой выбор. И он его сделал. А что бы выбрал ты, оказавшись в подобной ситуации?

Глеб: Непростой выбор главного героя в книге можно рассматривать с нескольких сторон. Но что касается меня, наверное, я поступил бы так же. Понимаю, что подобные поступки добром обычно не заканчиваются. Но там, где в игру вступает сердце, разум дремлет, и ничто с этим не поделаешь. Однако на определённом этапе, видя все «побочные эффекты» своего выбора, я бы, наверное, стал думать, как всё исправить, и не дождался бы произошедшей трагедии.

Мог бы у «Жертвы» быть альтернативный финал?

Глеб: Конечно, у «Жертвы» мог быть иной финал, и некоторые мне даже советовали сделать его более мягким. Однако я видел финал именно таким и нисколько не сомневался в правильности выбора. В итоге получил кучу отзывов от читателей, которые по достоинству оценили концовку. Большинство сошлось во мнении, что такой финал – единственно правильный.

Поделись опытом работы с редактором издательства. Много ли получил правок? Со всеми ли был согласен?

 Глеб: С редактором издательства работа получилась что надо. При всей её строгости ничего катастрофического в правках я не увидел. Сюжет остался прежним, ни одна сцена не была вырезана. Так, чисто правки, разбивка предложений и т. п. Я не убрал ничего, что считал важным для истории, и редактор отнеслась к этому с пониманием. Изменение названия романа воспринял как должное. Но все предложенные мной варианты (которые мне самому не нравились) издательство отвергло. Я не возражал, когда роман назвали «Жертвой», хоть изначально мне не понравилось. Что касается обложки, то идей у меня не было. Так что это чисто издательская работа, которой я остался доволен.

«Жертва» — не единственный твой роман и даже не дебютный. Какая из твоих книг тебе кажется лучшей для экранизации? 

Глеб: Тут однозначного мнения у меня нет. Например, мне кажется, что из «Параллельного фарватера» можно было бы сделать отличный мини-сериал. Открытое море, затерявшийся посреди тумана корабль с небольшой группой людей на борту этому только способствуют. «Жертва» и «Сеанс в преисподней» могли бы стать самостоятельными фильмами. «Жертва» — мистический хоррор с примесью семейной драмы, «Сеанс в преисподней» — нечто между хоррором и красочной фантастикой, где не последнюю роль могли бы сыграть яркие сны, в которые погружается главный герой. Да и линия СВО вполне подробно прописана, а мистическая составляющая в обоих сюжетных линиях лишь сделала бы фильм лучше.

Какой этап работы над рукописью для тебя обычно самый хардовый и бесячий и почему?

 Глеб: Обычно я отчётливо вижу начало и конец истории. А вот середина иногда представляет собой что-то туманное, неясное. С ней, с серединой, приходится порой возиться. Не то чтобы бесит, но работа над ней сложнее, чем над остальной частью текста. Почему? Да потому что начало я придумываю сразу, как и концовку. А вот то, что происходит между ними, приходит обычно не сразу, в результате долгих размышлений и набора текста на авось. Порой и не знаешь, куда поведёт автора печатное слово.

Первое мнение о написанном очень важно для писателя. Кому доверяешь рукопись с пылу с жару? Как находишь бета-ридеров?

 Глеб: Рукопись отдавать на прочтение я предпочитаю после того, как хотя бы один раз отредактирую сам. Иначе те, кто читает, не поняли бы ничего. При этом мне важно, что человек думает именно о сюжете и героях, найдёт ли нестыковки, которые я мог упустить, и понравится ли читателю конфликт. Прочее я оставляю себе до более углублённой редактуры. Текст вычищается мной и моим редактором Алиндой Ивлевой (обычно), а вот о замысле и сюжете как раз хочется поговорить с бета-ридерами. В последнее время нахожу их на своём канале. Пишу пост, два-три человека отзываются. Но ещё до написания черновика рассказываю историю супруге. Чаще всего, когда долго едем в машине. По сути, она первая узнаёт о новой истории, и чаще всего уже на этом этапе я мысленно вношу правки.

После первых читателей появляются все остальные. И не всем всё нравится. Твое отношение к критике и критикам.

Глеб: К объективной критике отношусь адекватно. Не может всем всё нравиться. Конечно, слушать похвалу на порядок приятнее, но если бы только хвалили, то я не задумывался о тех вещах, в которых нужно совершенствоваться как автору. Задевает обычно, когда люди хотят видеть в книгах только динамику, только одно за другим события. Книга – не кино. Здесь важно и, скажем так, технически возможно показать переживания героев, открыть читателю их внутренний мир: о чём думают, за что переживают, почему выбрали то или иное действие. Немного обидно становится за литературу в целом, если читатель всё вышеописанное воспринимает как тягомотину и/или графоманию.

Какие книги/фильмы сильно повлияли на тебя как на автора? 

Глеб: Разумеется, Стивен Кинг. И ещё немного Джеймс Роллинс. Одно время читал книги обоих взахлёб. Именно тогда, в 2013 году, мне и пришла идея «Параллельного фарватера». Кинг определил выбранный мной жанр, Роллинс заставил поверить, что написать роман – вполне посильная задача. К тому же благодаря Роллинсу я люблю внедрять в свои истории реальные события современности или загадочные явления, которым пока не находится логичное объяснение. Ну и ещё сериал «Секретные материалы» и книги, написанные по ним. Ещё в детстве я пристрастился ко всему мистическому и загадочному, наблюдая за расследованиями Скалли и Малдера.

А какие книги мощно изменили тебя как человека, твои взгляды на жизнь?

Глеб: Честно говоря, таких книг, наверное, нет. О жизни и её философском смысле, может быть, немного заставляют меня задумываться научно-фантастические романы и рассказы китайского писателя Лю Цысиня. После его трилогии «Воспоминания о прошлом Земли», более известной как «Задача трёх тел», я ещё долго отходил. Да и другие его произведения подолгу не отпускают. В них он заставляет читателя не просто оценить события в книге, а именно подумать о роли человека во вселенной.

Над чем работаешь прямо сейчас?

Глеб: Сейчас работаю над двумя романами. Один из них – продолжение моей первой книги «Параллельный фарватер». История объёмная и запутанная. «Параллельный фарватер» не просто книга – это цикл, который, как подозреваю, растянется на многие годы. Однако с него начинался мой литературный путь, и он очень мне дорог. Люблю работать над ним. Вторая рукопись, за редактирование которой взялся совсем недавно, называется «Монастырь» и была написана мной в 2020 году. Теперь приходится много трудиться над ней, учитывая изменения в законодательстве РФ. И то, и другое пока не собираюсь публиковать в самиздате. Вдруг «Жертва» возымеет успех и издательство решится взять у меня что-то ещё. Тогда и продолжение «Параллельного фарватера», и «Монастырь» станут своего рода эксклюзивами, нигде и никогда ранее не публиковавшимися.