Время поучительных историй

  Сквозь промежуток не до конца задёрнутых штор лучи яркого августовского солнца разбудили меня. Я попытался спрятать ещё закрытые глаза от ослепляющих лучей, но я уже проснулся. Время было ближе к обеду. Немного полежав попытался встать и понимаю что я этого не могу сделать как обычно. Любое движение вызывало боль во всём теле, от кончиков пальцев на ногах до шеи. Первая мысль, – «Меня что, избили накануне вечером?» Я до конца скинул одеяло с себя, посмотрел внимательно на своё тело. Нет, на теле не было ни гематом, ни отёков, ни даже синячка. Было абсолютно нормальное тело здорового человека. Я аккуратно перекатился с кровати на пол и опираясь на свою же кровать, только так, смог встать на ноги. Посмотрел в зеркало, лицо тоже было без повреждений. Но меня пугал тот факт, что я почти ничего не помню о вчерашнем вечере. Водку глотать стаканами у меня привычки не было, мне только исполнилось 26 лет, такое было впервые чтобы я что-то не помнил. Помнил только, что с двумя друзьями пили пиво на даче и дальше «провал», даже не помнил как попал домой. Появилась другая мысль, – «Может меня отравили чем-то вроде клофелина?» Но зачем? Каких-то больших денег у меня не было. Я посмотрел в окно, моя скромная машина стояла во дворе на своём месте, ключи и документы тоже были в сохранности. И тут я увидел валяющуюся на полу в коридоре свою летнюю рубашку, в которой был вчера, она была вся в крови. Но спина у меня тоже была без порезов и ссадин, это была не моя кровь. Тут я понял, что что-то всё таки произошло.

  Через непродолжительное время раздался звонок в дверь. Я открыл. На пороге стояли два друга, но не те, с которыми пил пиво вчера.

– Как дела? Как самочувствие? – сразу спросили они.

– Нормально. – ответил я, думая что они намекают на возможное похмелье.

– Вот это вы вчера покатались. Один в морге, второй – пока не понятно, но возможно тоже в морге окажется. Ты вообще помнишь как всё произошло? – продолжили они возбуждённым голосом.

  И тут меня вновь ослепили включенные проблесковые маячки автомобилей экстренных служб и ГИБДД, как и вчера на пустой ночной трассе, только теперь это было в воображении. Стали появляться вспышки памяти обстоятельств вчерашнего вечера и по крупицам стал собираться пазл. Я вспомнил почти всё, но сначала расскажу небольшую предысторию.

  Два моих друга, назовём их Антон и Миша, решили приобрести престижный автомобиль вскладчину. Они были из обычных небогатых семей, как и я. Все мы росли и жили в одном дворе. Один из них продал, доставшийся по наследству, дом в соседнем райцентре. У другого тоже что-то продали из семьи, чтобы дать сыну деньги. Они были не женатые и эти деньги были вырваны из их родительских семей. Приобрели они BMW 535 не сильно б/у, лет семь ей было. Для того времени, для провинциального города, это был эффектный, дорогой, можно сказать мажорный автомобиль. Было начало лета 2007 года. Свою покупку они аргументировали тем, что такой автомобиль им был нужен «для статуса». Они начинали своё небольшое, но перспективное дело. Но каких-то своих денег они ещё особо не зарабатывали. Я даже тогда понимал, что это полный бред, самоутверждаться за счёт автомобиля. Понимаю, когда взрослый состоявшийся человек покупает такой автомобиль за свои деньги, когда он ему уже положен по статусу. Но никак не наоборот. Плюс к этому, не понимал, как это личный автомобиль чтобы был на двоих. Я «звёзд с неба не хватал», у меня была «восьмёрка» (ВАЗ 21083), деньги на которую я заработал в Москве, имея уже профессию. Мне с 16-ти лет родители давали 00 рублей, 00 копеек, у меня было всё стабильно) С этими друзьями я общался и дружил очень тесно. Кстати, я им подал идею какое именно дело открыть и насколько мог консультировал их в технической части этого дела. Они давали мне покататься на своей BMW, но я особо не просил, потому что понимал, что в случае чего может наступить ответственность рублём. Конечно после Лады в такой машине ощущаешь себя как на корабле. Но для меня оно того не стоило, чтобы на кон ставить пол жизни ради этого комфорта и «престижа».

  В один из выходных дней мы как обычно собрались попить пива. Один из друзей Миша был чем-то занят в этот вечер и с нами не поехал. Мы с Антоном сели в BMW, но вдвоём как-то скучно и позвали ещё одного парня (не помню как его зовут), он был нам просто приятель, знакомый. Взяли пиво, поехали к этому знакомому на дачу в ближайший пригород, почти в черте города. В ходе беседы речь заходила об автомобилях и Антон невольно начинал как бы хвастать своей машиной. Разрешил этому знакомому сесть за руль и проехать маленький круг по придомовой территории. Начинало темнеть, на даче было мало света и мы решили собираться. И по «традиции» мы скорее всего решили поехать в ночной клуб, чтобы продолжить. Я не знаю были ли у этого парня права, но своей машины у него точно не было. Но Антон, на моё удивление, почему-то посадил этого знакомого за руль чтобы доехать до клуба, сам сел рядом, я сел на заднее сиденье. Выехали на асфальт и этот парень сразу надавил на «газ», видимо чтобы почувствовать динамику ускорения и мощность двигателя. Естественно у такой машины скорость возросла почти мгновенно. Приближался Т-образный перекресток где мы должны были выехать на главную дорогу. Уже показался знак «Уступи дорогу», но он не сбрасывал скорость. И всё.. помню только Антон крикнул, – «Тормози». Но это уже было за доли секунды, до самого столкновения, которого я тоже не помню. Но помню, перед глазами большие бетонные блоки ФБС смонтированные в подпорную стену. Как позже рассказали специалисты из ГИБДД, тормозного пути совсем не было и скорость была около 200 км/ч. Подушки безопасности не сработали. Я не знаю, проводилась ли техническая экспертиза над остатками этого автомобиля, но позже читал, что у BMW этой серии были случаи проблем с тормозами. Промежуток времени от столкновения до приезда Скорых, как ни пытался вспомнить, я не помню до сих пор, хотя Скорую я встречал на ногах и из машины выбрался сам. Но это даже очень хорошо, что у меня в последствии не всплывали в памяти их окровавленные тела. У водителя были травмы не совместимые с жизнью, Антона тоже не сразу определили что он жив.

  И вот на следующий день я стоял перед двумя другими друзьями, один из которых был совладельцем той злосчастной BMW, и рассказывал что мог вспомнить на тот момент. Они удивлялись тому, что я стою на своих ногах и разговариваю с ними. Миша уже видел свою машину, это был просто кусок железа, непохожий не только на BMW, а просто на автомобиль. Друзья уговаривали меня пойти на похороны этого приятеля, которые должны быть завтра. Говорили, что мать погибшего захочет спросить про обстоятельства гибели. Но я наотрез отказался. Во-первых, у меня у самого состояние не идеальное, ходил я с трудом и болью. Во-вторых, я его хорошо не знал, не знал его мать, мне нечего было там делать. Но сказал, что если захотят поговорить со мной, то пусть придут, я всё расскажу. Но так никто и не пришёл со стороны погибшего, хотя бы просто узнать из первых уст о последних часах его жизни. Друг Антон, второй пострадавший в аварии, находился в коме. Врачи, нейрохирурги нашего провинциального города боролись за его жизнь как могли. Было несколько трепанаций черепа, собирали консилиумы. Но прогноз был неутешительным, что в лучшем случае он останется «овощем». Помимо других повреждений, был повреждён мозжечок.

  Через дня три ко мне снова пришли друзья и рассказали что Антона вывели из комы, он в сознании и к нему можно приехать в больницу. Я не видел смысла ехать, он лежал не движимый, не мог разговаривать и скорее всего ничего не помнил и не узнавал никого. Но друзья убедили и мы поехали к нему в больницу. Зашли в отдельную палату реанимации, с ним находилась его мама. Здороваться было не с кем, у него были только открыты глаза, в остальном он был «овощем». Но он посмотрел на всех нас. Потом его взгляд вернулся ко мне, он посмотрел на меня, посмотрел мне в глаза. Тут его самые кончики пальцев хаотично задёргались, глаза забегали в разные стороны, даже были какие-то подёргивания мимических мышц. Он видимо узнал меня и возможно что-то вспомнил из того рокового вечера. Это было очень неприятное зрелище. Его мама сказала, что нам лучше уйти, т.к. Антон стал сильно нервничать. Его мама сама врач-терапевт, очень хорошая женщина, никогда никому в помощи не отказывала, во дворе её все знали и уважали. Но сейчас, она боролась за жизнь и здоровье уже своего сына. И в этом деле просто «земля горела под её ногами». Она как-то доставала очень редкие и дорогие импортные лекарства для мозга, связывалась с передовыми нейрохирургами из других городов. Потом было несколько продолжительных курсов реабилитаций в Питере и это дало свои плоды, усилия были не напрасны.

  Мы вышли из больницы, я ощутил резкую слабость чуть ли не до потери сознания. Друг сказал, что нужно показаться врачам. И мы сразу же пошли в травмпункт, благо он находился на этой же территории прям рядом. Там уже мне поставили диагноз «сотрясение мозга», прописали таблетки, сказали наблюдаться в поликлинике. В общем лечиться и естественно никакого алкоголя.

  В последующие дни я в основном сидел дома. Депрессии или какого-то уныния не было, но начался процесс самокопания и осмысливания жизни. Было чувство вины или чувство стыда перед самим собой, как минимум, за последние года два своей жизни. Это были сплошные пьянки-гулянки, кабаки, непонятные девки. Я и раньше понимал, что я что-то делаю не так, но придумывал себе оправдания, что «все так живут из моего окружения и я так живу». После этого события, я понимал, что меня могло уже не быть или мог стать каким-нибудь лежачим инвалидом, что ещё хуже. Господь Бог ткнул меня моей же мордой в мою жизнь, но пощадил. Теперь я осознавал, что не надо оглядываться на чью-то жизнь, надо жить своей жизнью по своей совести.

  В один из дней (я ещё лечился), зашёл ко мне Миша, который остался без машины из за той аварии, говорит, – «Что ты дома сидишь всё время, пошли погуляем, лето кончается, погода хорошая». Я сначала ответил, – «Что-то и желания нет, да и не куда ходить». Но согласился с ним, и мы пошли просто прогуляться по близлежащей площади. Уже подходя обратно к дому, он предложил зайти в летнее кафе, которое находилось прям рядом с нашим домом. Это было абсолютно не пафосное кафе, наполовину фастфуд, но там делали самую вкусную шаурму в городе. Готовил профессиональный повар, он был по происхождению, по национальности и по гражданству грек. Мы заказали по шаурме, он себе пиво, я себе кофе взял. За соседним столиком сидели три девушки примерно нашего возраста или чуть помладше. Но одна из них прям сильно отличалась от своих подруг, если не сказать кардинально. Она выглядела очень ухоженно: маникюр, прическа, неброский, но интересный макияж. Хотя в те годы, в нашем провинциальном городе, салонов красоты было раз-два и обчёлся, это сейчас на каждом углу. Это была брюнетка с карими глазами, милыми, почти кукольными чертами лица. Невысокого роста, но с идеальной фигурой. Стильно и не дёшево одета. Хотя в те годы многие ещё одевались на рынках. Я обратил на неё внимание, но не более того. Старался не знакомиться с такими девушками, не хотелось выглядеть «колхозником» на их фоне. Да и после этих трагических событий было совсем не до общения с противоположным полом. Мы допили-доели и стали собираться. Уже встали, чтобы направиться к выходу. И тут эта самая девушка подходит именно ко мне и говорит, – «Привет. И что, ты даже у меня номер телефона не возьмёшь?!» – прям так она и сказала, даже не спросив моего имени. Сам себя я каким-то красавцем не считал, да и в нашей среде было выражение, что "мужик должен выглядеть немного красивее обезьяны". У меня на несколько секунд пропал дал речи, у друга тоже слегка отвисла челюсть) Я сначала кивнул головой, а потом, когда речь восстановилась, произнёс, – «Привет, конечно возьму!» – и записал её номер телефона. Но было ещё не до свиданий, тело ещё немного побаливало, движения были ещё немного скованными. Плюс к этому, я как-то скептически отнесся к этому необычному знакомству. Но всё таки, через несколько дней позвонил ей. Подумал, раз взял номер телефона, значит, как бы пообещал позвонить. Мы встретились, и она оказалась вполне земная девушка и тоже нацеленная на семью. У меня было и раньше, что самые глубинные и искренние желания реализовывались без каких-то оснований на это. Но не так же быстро! И через год с небольшим у нас родилась любимая и желанная дочь.

  На этом моя поучительная история закончилась благополучно для меня, но началась другая история, тоже в каком-то смысле поучительная, уже длинною в половину сознательной жизни.