Трифон мышегон

Есть среди героинь горфэнтези у меня девушки с интересными, звучными именами. Капитолина, Ульяна, Таисия, Валерия. Недавно появились Злата, Снежана, Алина. Нежно люблю свою тезку Ксюшу, Машу с Лялей и Еву, которая Евангелина, хотя названа в честь бабушки Евдокии. Теперь еще есть илона. Но нет и вряд ли появится Глафира. И не потому, что имя мне не нравится или вызывает комические ассоциации. просто Глаша - это мальчик и котик Синеглаз. Про него сегодняшний субботний отрывок.  А поскольку сегодня не только День всех влюбленных, но и Трифон Мышегон, то сегодняшний субботний отрывок о нем. 

Спасибо за один из артов Sveta-Wetta Avdoshina

Путешествие по тайным ходам Маркуса Левенталя оказалось суровым испытанием не только для бедной Камиллы, которая, конечно, не привыкла к таким марш-броскам по полосе препятствий, но и для Синеглаза. И виноват тут, как ни странно, оказался облик тотема. Тело роу-су, конечно, прекрасно приспособлено для долгих прогулок по горам и охоты в травяном лесу, прыжкам с уступа на уступ, полетам через расщелины. Но назовите хоть одну нормальную кошку, которая любила бы вертикальные стены, стволы и лестницы.

И ладно, когда приходилось подниматься. Синеглаз карабкался с легкостью, почти не касаясь лапами ступеней. Но дорога в основном вела вниз. И на каждом спуске он едва сдерживался, чтобы бездумно не сигануть в зияющий провал. Прыжок с высоты в два-три человеческих роста всегда давался ему легко. Особенно если при приземлении ждала мохнатая спина зенебока или пушистый сугроб. Но стволы вентиляционных и лифтовых шахт, по которым пролегал их маршрут, заканчивались где-то в глубинах рудника, а горизонтальные штреки и ответвления, ведущие на уровни и этажи, располагались в лучших традициях Евклидовой геометрии строго перпендикулярно.

Поэтому Синеглазу невольно приходилось, пугая Камиллу шипением или сердитым рычанием, цепляться когтями и аккуратно переносить тело со ступеньки на ступеньку. Если шахта оказывалась достаточно узкой, он опирался задними лапами на противоположную стену или цеплялся за свисающие кабели, тщась не прорвать изоляцию.

Камилла покорно следовала за ним, ухитряясь даже подбадривать, когда у Синеглаза заканчивалось терпение, и при виде очередной шахты, направление которых ему подсказывала Кристин, он начинал фыркать, вздымал на загривке шерсть и колотил себя по бокам хвостом.

– Ну потерпи, Глаша, скоро уже придем, наверно! Мама даст тебе сметаны или сливок.

Синеглаз негромко мурлыкнул и в полутьме коридора доброжелательно потерся об озябшие ноги девочки, украдкой облизнув оцарапанную об острый штырь подушечку правой передней лапы. От пары литров сметаны или банки кошачьих консервов он бы сейчас точно не отказался. Поужинать он не успел. Но откуда эти вкусности могут взяться у матери Камиллы, если она живет в не менее стесненных условиях, чем Рукодельница и ее семья?

И каким образом Камилла прознала про это девчачье сокращение его имени, которым он позволял себя называть только маленькой царевне? Ну какой он им Глаша? Тем более что к фамильному цвету глаз это сокращение отношения никакого не имело. Впрочем, горделивое Нила Аки в устах профессора Нарайана звучало и вовсе как оскорбление. Из-за таких, как этот подлый интриган, асуры Васуки оказались повержены. В сохранении древних технологий и создании могущественной империи на планетах Головы Заклинателя Синеглаз видел прежде всего заслугу тех сородичей, которые не предали оставшихся верными своим вождям людей. Впрочем, обе принцессы Сансары тоже показывали пример, проявляя древние добродетели иногда на грани самоотречения.