Быть драконом

Сегодня закончила редактировать свою повесть «Быть драконом. Бегство». Это уже вторя редактура после выкладки, что, конечно, безобразие. Убирать надолго в черновики не стала, воспользовалась этой классной инструкцией.

Обещала рассказать историю появления этой повести. Рассказываю.

Мне было 16 лет, меня с моим младшим братом отправили в летний лагерь. Из развлечений там было - искупаться в море пять минут, позагорать на пляже полчаса (что я ненавидела) и вечерняя дискотека часа полтора (что я ненавидела ещё больше). Ну, два раза за всё время были мастер-классы. Что самое ужасное — там не было книжек!

К счастью, у меня были с собой краски, альбом и несколько чистых тетрадок. Вот в двух из этих тетрадок я и написала первый черновик «повести про драконов». Тогда мне казалось, что дать драконам способность превращаться в людей — это офигеть какой оригинальный ход, никто, кроме меня, до такого не додумался. К тому же эта идея имела для меня глубоко личное значение: в раннем детстве мне однажды приснились драконы в облике людей, один из них меня схватил и куда-то потащил... На этом жутком моменте я проснулась. В детстве мне вообще периодически снились яркие кошмары, после которых я долго не могла прийти в себя.

В общем, повесть была написана от скуки и в состоянии отвращения к тому месту, где мне пришлось провести кусок того лета. Думаю, в тексте это местами заметно.

Когда мои соседки по комнате узнали, что я пишу повесть — они первым делом поинтересовались у меня, использую ли я фразы из других книг. Для меня это было примерно как если бы меня спросили, ворую ли я шоколадки в магазине. 

Героиню по имени Мирли (в том первом варианте её звали Мика) я списала с себя. Когда я стала читать соседкам свою повесть — они опознали прототип и потребовали, чтобы их я тоже добавила в историю. И не совсем уж на эпизодических ролях. Так появились четыре драконихи. И не только появились, но и заняли прочное место в сюжете.

Позже, после лагеря, я несколько раз пыталась перепечатать текст рукописи на компьютер, внося некоторые исправления. Тот первоначальный вариант из тетрадок казался мне всё более наивным и неумелым (каким он и является). С годами многое переосмысляла в этой истории, в частности — образ главного героя. Изначально это был просто подросток, который хочет быть крутым, как чистокровные драконы, но в ходе сюжета переосмысляет свои ценности. «Вынашивая» его в себе, я поняла, что мой «полудрак» не так прост. Одно время я даже хотела дать ему синдром саванта, но отказалась от этой идеи.

Со временем придумалось продолжение. Я мечтала, что напишу целый фэнтезийный многотомник. Но шли годы, и у меня всё как-то руки не доходили даже до того, чтобы как следует заняться первой книгой...

Короче, прошло аж целых пятнадцать лет! И однажды меня накрыло маниакальным эпизодом. Для мании характерны ускоренное мышление, неадекватно приподнятое настроение, повышенная активность. И вот в таком состоянии я играючи напечатала всю повесть. И отредактировала. И выложила на АТ. 

Потом я надолго убрала повесть в черновики для редактуры. Отредактировала. Выложила снова. Потом я участвовала в «Синих занавесках», поразилась тому, какой у меня текст сырой, несмотря на редактуру. И отредактировала ещё раз. Надеюсь, последний.