Проклятие Ледяного. 5. 31-32

31. Вэртана

Она еще навзрыд дышала трудно,

Но пламя ее полностью омыло,

Очистило и возвратило силы,

И дева сном забылась беспробудным.

Княжна мне в ноги рухнула, стеная

О преданности и о службе верной,

И даже о любви ко мне безмерной.

– Тэйлара ведь сестра моя родная!

 Я ж вспомнила, что имени не знаю

Княжны, а коль назвать все вещи честно,

Осталась даже участь неизвестной.

Имен обычно зря не поминаю.

Прикончить жертву проще безымянной.

Так легче делать душу деревянной.

Но этой жить начертано и править.

Придется над людьми ее поставить.

32. Вэртана

– А ну-ка встань и назови прозванье.

– От матери досталось в виде дара

Мне солнечное прозвище Саддара – 

Извечное светила призыванье.

Владычица! Двинь войско для удара!

Пронзен весь княжий род, все княжьи жены,

Наложницы. То Живор Прокаженный

Взял власть и так кроваво верховодит.

По городу смерть непрестанно бродит.

– А что за зверь, поведай, этот Живор?

Резвится, вижу, он не в меру живо.

– Мой брат, но матери у нас разнятся.

А казни ему даже ночью снятся.

Полк палачей им верно уже созван.

Не за болезнь он Прокаженным прозван.

Проказа злобы его душу съела,

Но цело и красиво его тело.