Ignis aeterni

Доброго времени суток, дорогие друзья. Продолжаю в виде личного флэшмоба тематику религиозности в своих книгах отрывком из "о имя порядка: на закате древней эпохи":

- Ты говоришь, что наши воины и гражданские не пострадают, - с тяжестью и медленно заговорил мужчина. – Говоришь, что не будет никаких проблем с нашими… правами?

- Всё верно, - кивнул посол. – Наш договор не рушим, наши клинки не тронут вас. Только разве наши жрецы и заклинатели будут свободно среди вас ходить, вы позволите скараггам строить наши капища нашим богам и не смеете запрещать распространение нашей веры. Так же ваши власти обязуются предоставлять на нужды шаманов и капищ сотню девиц красивых и мужчин крепких в год, а также тысячу мер зерна, птицы и вина для постоя наших гарнизонов.

- Вот это хорошее предложение, не спорю! – указал пальцем на посла Иоганн, скривив губы от наигранной улыбки. – Вы хотите прийти сюда и делать, что вам понравиться. Вы желаете, чтобы в неримских городах проводились кровавые и безумные ритуалы, чтобы ваши заклинатели и шаманы приносили в жертву наших мужчин и женщин, чтобы скверна лилась из ваших капищ.

- Господин…

- Я не договорил, дикарь, - рявкнул граф, его речь только распалялась. – Хороший договор при котором мы будем отдавать еду и вино вам, должны расчленить свою страну и смотреть на то, как демоны ходят среди нас и пожирают наши души, - граф резко обернулся к воинам, размахнул плащом. – Неримляне, вы хотите, чтобы среди вас ходили демоны и совращали ваших сыновей и дочерей?

- Нет! Никогда! – хором ответили солдаты.

- Неримляне, вы хотите поить и кормить чужаков? Вы хотите, чтобы спустя пару десятилетей наша страна стала рассадником скверны? Вы хотите принять воинов, которые ещё вчера резали ваших товарищей в Арктвенде?

- Нет! – ещё сильнее заорали бойцы. – Никогда!

- Ты слышал, посол, - Иоганн указал в сторону моря. – Иди и готовься, сообщи своему демону, что неримляне не променяют единства и независимости на безумие.

- В таком случае, наши клинки обагрят ваши земли, вашей кровью, - отстранённо и холодно произнёс скарагг. – У вас есть время одуматься. Подумайте, граф, вы готовы заплатить кровью своих солдат, кровью женщин и детей за независимость, которую не достигните? Скараггская Империя готова выставить сотни тысяч, мы можем нести потери месяцами, что не скажешь про вас. На одного вашего мага приходится сотня шаманов наших племён. Вожди десяти племён одни из самых искусных воителей, которые стоит двадцати ваших рыцарей, а племенные союзы Нешкель, Варрготт, Иккитца, Катткет, Морошш, Морррцук, Нерегг, Тротт, Ушшо и Эшш. Наши шаманки и наставницы мудрее и искуснее любого вашего повелителя морей вероятностей.

- Лучше смерть, нежели скверны рабство.

- Ты уверен? – отстранённо спросил скарагг. – Может тогда хочешь увидеть? Нуждаешься в доказательстве, что наши боги и «великий дух» действительно могуч?

- Нет никаких богов, - резко и даже с истерическим надрывом обозначил комиссар, грозно взирая старыми глазами. – Вы все ошибаетесь и вам ещё предстоит понять, что мы – всего лишь материя, нашими жизнями никто не управляет, и боги это всего лишь психоэмоциональная конструкция, созданная нашим мозгом для нас же!

На этот раз не звучали ласково-лисьи речи скарагга, не было предложений. Только демонстрация проклятой духовной силы и могущества, чей источник – чёрные и осквернённые места метафизического мира.

- Ну смотри, - он поднял руку к небесам и буквально завопил, белки глаз стали неестественно красными:

- Хашшара акхаан арматтх! Хашшран! Хашшран! Хашшран! Веррухо!

Пред неримлянами вспыхнуло зелёное пламя, выросшее прямо из ниоткуда – оно горело прямо из досок под ногами, не имея источника или топлива. Изумрудный пожар взвился на два-три метра, от него исходило странное мистическое свечение от которого исходил невообразимый хтонический ужас, по коже побежало жжение, а в голове водворилось лёгкое головокружение. Стрелки могли одним залпом смести всю делегацию скараггов в море, не спасут даже доспехи. Один только выстрел – враг кубарем улетит в море, но что-то не давало зародиться этой мысли, что-то глушило её в самом зачатке.

- Люди… аэтерна… арпы, - мерзкий липкий голос донёсся из огня, он резонировал внутри черепной коробки, каждый вздох отдавался неприятной колкой болью в затылке, колени едва ли не подкашивались от каждой буквы. – К вам молвит совет богов великих, тех, кто взирает за вами и смотрит на дела ваши! Мы видели, как вы ссоритесь и проклинаете друг друга, как вы лжёте и желаете смерти, с улыбкой взирая в лица знакомых. Мы смотрим, как вы грешите и предаёте ближнего, как вы замышляете злое и насколько вы погрязли в похоти и ненависти к соседям! Мы знаем, какой муж изменил жене, и какая жена принимала друзей мужа. Мы знаем, кто подсыпал отраву в кубок друга, чтобы тот умер и была возможность занять его место. Мы знаем, какой торговец подбросил другому незаконный товар, чтобы занять его торговое место. Мы знаем, насколько вы ничтожны, мы знаем, что вами правят глубинные эмоции и страсти, - речь на мгновение прекратилась, но лишь за тем, чтобы вновь вспыхнуть с пущей силой. – «Дух великий» есть наш повелитель, Эзекиль, наш посланник и карающая длань, скарагги – бич в его руках! Склонитесь пред нами! Склонитесь и подчинитесь! Склонитесь и подчинитесь! Склонитесь и подчинитесь!

Граф дотронулся до висков. По искривлённым губам можно было различить боль, пронзившую голову генерала Иоганна. В это же время комиссар стал тереть морщинистую шею, ощущая, что её нечто сдавливает.

- Прекрати, - прохрипел комиссар, взявшись за свою фуражку и стянув её на грудь, к сердцу и сжав.

Речь посла оказалась невообразимо взбудоражена и пресыщена эмоциями, с широко распахнутыми глазами он сказал:

- Я… я не могу остановить речи самих богов!

На валу же Геллон наблюдал за тем, как воины еле как держаться на ногах. Как кто-то опёрся на алебарду, чтобы не упасть, иные же вцепились пальцами в ближайшую опору, чтобы не начать глотать песок. Он воззрел направо и увидел, как Фриджидиэн аккуратно и нежно поддерживает Лишари не обращая внимания на ручеёк крови из носа и ушей. 

- Отец Захариил, - воззвал Геллон, ощущая неприятную мокроту в горле и то, как воздух наполняет запах могильной гнилости. – Думаю, пора показать, что их боги не более чем переполненные скверной духи.

- Да, Геллон, покажем, что есть истинная вера, - уверенно кивнул Захариил. 

Они быстро спустились к проходу, который охраняли воины гвардейской роты, воткнувшие большие мечи в землю и сжавшие их рукояти, еле держа себя пред ногами. 

- Стой! – поднял латную перчатку воитель. – Нельзя!

- Посмотри туда, - спокойно и вкрадчиво произнёс Захариил. – Им нужна помощь.

- Пропустите их, - крикнул капитан Брюгге. – Пустите, пусть они пройдут!

Гвардейцы отступили, сняли с низких ворот запирающую балку и отворили со скрипом петлей их. Два «Стража Завета» вышли на расчищенное поле и пошли уверенно, держа себя. Стрелки на башнях и укреплениях с трясущимися руками следили за тем, как рыцарь и капеллан подобрались к полыхающему огню.

- Склонитесь пред нами! Склонитесь и подчинитесь! Склонитесь и подчинитесь! Склонитесь и подчинитесь! – продолжали вопить «боги» и их голос словно бы скребся изнури головы, мозг дрожал при звучании каждой буквы, он словно бы высасывал жизнь. 

Захариил быстрым движением вынул небольшую чашу и вознеся дрожащие руки к небесам, крепко и уверенно взмолился:

- Единый, славный Боже, Отец всех, прошу Тебя – покажи свою благость и окажи милость к нам. Вот пламя нечестивое, и глас нечестивый. Погаси его светом святого света Своего! 

Случилось невообразимое. На одно мгновение серая плотная завесь над головой разошлась, словно бы её смахнули рукой и дали путь солнечному лучу. Яркий поток света протянулся от неба к земле словно бы благословенная рука помощи.

- Покл… покар.. проклят, - голос ложных богов сбился и стал резко жёванным, невнятным.

Зелёный огонь сначала заплясал, как бешенный, стал дёргаться словно буйнопомешанный и спустя пару секунд пал ниц и совершенно потух. Все неримские войска моментально пришли в себя, морок с болью спали… это было похоже на принятие лекарства после долгой боли, на глоток свежей холодной воды после духоты и марева.

- Что это было? – очнулись солдаты, стрелки на башнях моментально направили луки и арбалеты в сторону противников.

- Стоять! – приказали офицеры. – Не стрелять без приказа!

Скарагг опешил. Видно, что он не ожидал полного разворота событий и с лицом, полным изумления смотрел за тем, как к нему подходит человек с пылающей чашей. Огонь, небольшое, но насыщенное пламя из сосуда одним своим видом дарило проникающую боль. Могучие воины, облачённые в кость, сами стали шататься и качаться. Кто-то хватанулся за рога на шлеме, иной опёрся на плечо товарища, а третий еле-еле держался на ногах, качаясь, словно пьяный.

- Кто ты? – речь посла была пронизана дрожью, сам он скрыл лицо за сеткой когтей.

Граф с комиссаром отошли назад, встав рядом с Геллоном и наблюдая за концами переговоров.

- Магистр святости, капеллан Ордена, который наблюдал за вами и тем, как вы из просто кровавых дикарей превращаетесь в опьянённых безумием и одержимостью дикарей, - пламенно говорил Захариил, огонь в чаше пылал, исторгая невообразимый свет.

- Что это… за… магия, - пятился назад посол, прикрывая лицо, отчего оно казалось разлиновано золотыми когтями.

- Это не магия, я лишён сего дара, - пламенно молвил Захриил. – Это чудо и чем сильнее вера, тем сильнее чудо верующего. 

- Ваше… будущее… предрешено, - выдавливал из себя слова посол.

- Вы ничего не знаете о грядущем! – глаза капеллана вспыхнули ясным солнечным светом, само тело засияло, а исходивший свет доставлял мучения скараггам, теми не могли смотреть на него, могучие воины скрывали лица, опирались на секиры и молоты подобно слепым на палки; голос Захариила продолжал буквально гореть от внутренней силы и святой убеждённости. – Мы будем молвить с вами языком светлой веры, говорить свами языком стали и сразимся с вами пока вы не увидите славу Единого Бога и не поймёте, что ваши боги – ложные боги, не более чем тёмные духовные твари, которые питаются вашими страстями и которые поработят ваши души после смерти.

- Лжёшь! – фыркнул посол. – Они… истинн…!

- Так почему же святой огнь чаши пересилил скверное пламя? – вдохновлённо вопросил Захариил, вознеся чашу над головой. – Почему моя короткая молитва к Единому, заглушила мерзкие вопли инфернальных монстров, которых вы зовёте богами? – он сделал шаг к скараггу, но тот попятился. – Так почему же ты отступаешь от меня и едва ли не на коленях?! – капеллан опустил сосуд и движением руки потушил пляшущий огонёк, его речь потекла подобно спокойному и мирному ручью, а распахнутая ладонь была протянута скараггу. – Потому что есть лишь один Творец, один Бог и ты видел его силу.

- Хм, - шмыгнул пришелец с юга, зацепившись за руку неримлянина и потирая голову. – Я всё равно не поверю.

- Твоё право, - сказал Геллон. – Но знай, тут никто без боя не сдастся. Мы готовы пролить кровь во имя Единого. Ради Нерима.

- Хорошо, - фыркнул посол, тяжело поворачивая головой и пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха, приходя в себя. – Завтра… завтра мы вас раздавим, как гнилой плод. Можете напоследок возлечь с жёнами, молиться, пить или ныть – неважно, ибо завтра вам всем придёт конец.

- Иди прочь, скарагг и передай своим мрачным и тёмным повелителям, что их тут ждут. «Великий дух» вас не спасёт, ибо никогда ещё демоны и слуги зла не спасали! – предостергнул Зариил.

Скарагги покидали место переговоров, которое принесло важный результат – силы Нерима получили день подготовки. Принимая во внимание, что противников – орды, это невообразимый жест щедрости, который даст защитникам столь ценное время. С другой стороны, пред такой мощью, пред лавиной из демонопоклонников мало что устоит – готовься ты или нет, мощь Империи Скараггов огромна и остаётся лишь одно – отчаянно обороняться до тех пор, пока не придёт помощь с севера или попросту продать жизни по дороже, упростив дело Коареку и Альме, которая уже наверняка выдвинулась на помощь с армиями Нерима, как думают большинство южан.

Граф же не стал медлить и быстро взяв себя в руки, стал грозно молвить:

- Подготовьте серебряные зеркала, - распорядился Иоганн, резко обернувшись к высшим офицерам. – Мне нужно связаться с командирами дивизий и бригады морской пехоты. Так же доведите до всех подразделений, что с этого момента мы в осадном положении.

Воины гвардейской роты развернулись вместе со своим командиром, направившись к выходу.

Геллон взглянул в сторону моря, в самую даль, где отступил туман и его сердце содрогнулось. От края до края горизонта водная гладь полнилась кораблями – их искажённые носы, рваные парусины, мачты, походившие на исполинские леса… и им не было числа. Туман сбросил свою завесь, явив по истине устрашающую картину – всё кишит суднами, вызывая дрожь в сердце. Всё это походило на один колоссальный плавучий мегаполис, где есть и низкие дома, есть и высотные крепости, ставшие оплотом для тысяч бойцов.

- Сколько же их? – тяжело вздохнула Лишари, подошедшая вместе с Фриджидиэном к краю верфи. – Клянусь жопой прорицателя, нам кабздец!

Десятки кораблей. Казалось, что если они все единой волной двинуться вперёд, то станут неостановимой лавиной, которую невозможно остановить и она в буквальном смысле – смоет всё пред собой… ничего не сможет остановить это.

- Вы испугались, госпожа Пегаст? – с вызовом спросил Захариил. – Пришло время внять словам Единого! Внять тем словам, которые Его посланник вам вложил в уши в древних пирийских руинах.

- Откуда? – опешила девушка.

- Он, - Захариил поднял руку к небесам, – всё знает!