KPI и как с ним бороться

Руководители, которые не очень хорошо понимают, что и зачем делает их предприятие, часто стараются изобрести какие-нибудь формальные показатели, чтобы оценивать по ним сотрудников. По-английски это называется KPI – Key Performance Indicators, ключевые показатели эффективности (поэтому по-русски правильно КПЭ, а не КПИ, как пишут едва ли не все).

Есть заблуждение, что эта ересь пошла у нас от людей, закончивших МВА, а там -- от американцев с их процессным подходом к управлению. На самом деле оттуда -- только название, а само это безобразие появилось очень давно.

В мемуарах академика А.Н. Крылова есть чудесный эпизод. В 1916 году его назначили директором Главной физической обсерватории. Там все дела были поставлены как при одном из предыдущих начальников. Дальше -- цитирую академика, лучше него не скажешь:

Г. Вильд был человек большой учености и необыкновенного трудолюбия. ... Как директор, видимо, держал в обсерватории полный порядок; будучи на русской государственной службе в чине тайного советника, он все делопроизводство обсерватории вел на немецком языке и не только свои личные труды, но и труды обсерватории издавал на немецком языке. Он строго следил за работой служащих. Так, после него сохранились за каждый год его управления переплетенные тетради с заголовками «Berichte des Smotritels» и такие же тетради с заголовком «Tagebuch» ("Дневник" -- прим. pascendi). Каждый служащий должен был заносить в соответствующую графу то, что он делал. Но догадлив наш брат моряк. Служил в обсерватории при Вильде лейтенант И.Б. Шпиндлер, который затем был штатным преподавателем в Морской академии и в Морском корпусе. По совместной с ним службе я его знал. Так он в внльдовский дневник вписывал по-немецки: «Habe Humboldts «Kosmos» studierts und darüber nachgedacht», т.е. «изучал «Космос» Гумбольдта и размышлял над этим», или: «изучал теорию земного магнетизма Гаусса и размышлял но этому поводу»; «изучал сегодняшнее предсказание погоды и размышлял по этому поводу» и т.д., и везде стояла одобрительная «птичка» Вильда. 

Так как размышление никаких видимых знаков не оставляет, то, конечно, при всей своей учености Вильд не мог установить, о чем Шпиндлер размышлял, а знавшие Шпиндлера могли с уверенностью сказать, что размышлял он не о Гумбольдте и Гауссе, а о том, как он назначил малый шлем в бубнах и остался без пяти.

Это хорошая подсказка всем, кого на работе начальство заставляет писать отчеты об использовании рабочего времени.