"И позовут меня воды"

Выложено продолжение романа.

Кладбище в Мокше, как и во всех губернских городах, было устроено по указу правительствующего сената после печально известной чумы екатерининских времен. И хотя собственно Мокшу чума не затронула, кладбище, как и везде, было предписано обустроить за городской чертой. Однако за прошедшее столетие город разросся в размерах. Разрослось и кладбище, особенно после нескольких вспышек холеры. И если раньше кладбище располагалось довольно далеко от Сурьи, на высоком берегу, то теперь могилы заняли значительную часть склона. Тех, кто посещали места последнего упокоения в Европе или хотя бы в европеизированных городах Российской империи, от вида мокшанского погоста пришли бы в ужас. Или, наоборот, восхитились живописностью зрелища.

Могилы, кресты и памятники вместо того, чтобы выстроиться строгими линиями, находились в совершеннейшем беспорядке. Какое-то подобие дорожек наблюдалось только близ кладбищенской церкви Всех Святых – там хоронили наиболее состоятельных граждан Мокши, и некоторые приплачивали сторожу, чтоб приглядывал за могилами. Хотя в такую жару и сторож не утруждал себя работой. Но путь Николая лежал к старой части кладбища. Там могилы жались друг к другу, в соответствии со словами поэта, как испуганное стадо. И не эпидемии были тому виной. Эта часть кладбища переполнилась за минувшие десятилетия. Мест для захоронений попросту не осталось. Шиповник здесь совершенно разросся, цветы, не успевшие еще завясть, распространяли одуряющий аромат. Большинство могил покрывала высокая трава. Кресты и памятники покосились, оградки обрушились. То же касалось и собственно ограды кладбища, которая здесь представляла собой не кованую решетку, окружавшую главные ворота, но простой дощатый забор, зиявший проломами. В городской думе не раз поднимали вопрос о приведении ограды в порядок, но в казне неизменно недоставало средств, и благотворителей, чтоб выделить на это деньги, не находилось.